Охотник на вампиров. Пропасть - Ольга Грибова

— Полностью поддерживаю, — как ни странно, Лидия встала на нашу сторону.

— Ну вот еще, — Дитрих обиженно фыркнул. — С Амарантой все равно ничего бы не случилось, даже если бы она упала. Тебя никто не заставлял помогать ей. В этом моей вины нет.

— Но она есть в том, что ты её толкнул, — Андрей выглядел не на шутку обозленным. Он двинулся к Дитриху, и я испугалась, что наша невинная забава может перерасти в серьезную потасовку. Подобные ссоры не были редкостью, но они приводили в ярость Грэгори, а я не хотела, чтобы Андрею из-за меня досталось.

Я отчаянно искала, чем бы их отвлечь друг от друга, и вдруг почувствовала какое-то движение на улице внизу. Я наклонилась через перила крыши и увидела, что под навесом дома пряталась от дождя какая-то женщина. Закуска вполне может послужить неплохой альтернативой драке, подумала я и окликнула разошедшихся братьев. Раздосадованные моим вмешательством, они все же повернулись ко мне. Я указала на женщину. На губах Дитриха появилась озорная улыбка, он подмигнул Андрею и тут же спрыгнул вниз. Нам не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Ноги мягко коснулись асфальта, и я приземлилась в нескольких шагах от того места, где стоял Дитрих. Через секунду после этого к нам присоединились Андрей и Лидия.

Дитрих уже шел к женщине. Его одежда насквозь промокла, светлые волосы прядями свисали на лоб, чуть прикрывая выразительные глаза; нетерпеливым движением головы он отбросил их назад. Сейчас он был похож на обычного, только очень красивого, подростка, который заблудился в большом городе. Я знала по опыту — женщины (в первую очередь те, что успели стать матерями) не могли перед ним устоять, особенно когда он улыбался так, как сейчас: чистой и немного застенчивой улыбкой. Поэтому мы дали ему возможность действовать самостоятельно, и остановились поодаль, надежно скрытые от посторонних глаз крыльцом магазина, расположенного в соседнем доме.

Дитрих неторопливо приближался к женщине; она заметила его фигуру, подсвеченную вспышкой молнии, и испугалась. Но как только она рассмотрела его лицо, её испуг сменился умилением. Мне всегда было непонятно, как такое отвратительное существо, как Дитрих, смысл жизни которого заключался в том, чтобы испортить её окружающим, могло вызывать у людей столь теплые чувства. Все-таки довольно часто бывает, что все самое невинное на вид в итоге оказывается бесконечно порочным.

Женщина улыбнулась Дитриху и спросила, что он делает один в столь поздний час. Я расслышала её полный заботы голос даже сквозь шум дождя, бьющего по крышам домов. Конечно, подумала я, мы могли бы просто наброситься на неё и получить то, что нам нужно, но так было гораздо интереснее. К тому же в большом городе, где полно людей, её крик мог бы доставить нам уйму неприятностей.

Некоторое время Дитрих что-то объяснял женщине, а мы тем временем подкрадывались поближе. Потом лицо женщины снова изменилось: вначале на нем появилось изумление пополам с недоумением, а затем они сменились отвращением. Я усмехнулась, решив, что Дитрих наконец показал себя во всей красе. Женщина испуганно отшатнулась, и до меня долетел животный рык названного брата, чем-то напоминающий смех, если, конечно, дикие звери умеют смеяться. Одно движение вперед, и его зубы уже оказались у шеи женщины. Прежде чем сомкнуть челюсти, он повернулся к нам, чтобы мы могли видеть лицо истинного хищника, склонившегося над жертвой.

— Приглашаю всех к столу, — произнес он и вонзил клыки в шею женщины.

Нас не надо было просить дважды. Уже через мгновение мы очутились возле них. Я взяла руку женщины и с жадностью прокусила её у самого запястья. Я не была голодна, мое тело все еще хранило тепло прошлой трапезы, которая состоялась всего два дня назад, но я с удовольствием позволила себе насладиться моментом.

Через полчаса, мокрые и испачканные в крови, но сытые и довольные собой, мы вошли в наш городской дом и сразу разошлись по своим комнатам, чтобы привести себя в порядок. Уже возле дверей спальни я встретила Грэгори; он остановил меня, поймав за руку.

— Все в порядке? — задал он уже ставший дежурным вопрос.

Мое возвращение в лоно семьи проходило не очень-то гладко. Были и срывы, и новые попытки сбежать, но в итоге я сумела примириться с собой. Немалая заслуга в этом принадлежала Андрею. С тех пор прошло достаточно времени, но Грэгори все еще волновался за меня, и я постоянно чувствовала на себе его испытующий взгляд.

— Все прекрасно, — уверенно заявила я.

Грэг неожиданно улыбнулся (вообще-то он редко это делал) и я вдруг поняла: вопросов больше не будет. Начиная с сегодняшнего дня, я официально прощена за все свои прегрешения. Он отпустил мою руку, и я скрылась в спальне.

За прошедшие полгода произошло много событий, и я не знала, хорошо это или нет. Мне все еще было немного страшно. Я сильно переменилась, и не уверена, что в лучшую сторону. Иногда я думала, как поступил бы Влад, если бы мы вновь встретились? Ведь я стала настоящим вампиром, не знающим жалости и сострадания; именно такой меня всегда мечтал видеть Грэгори. А значит, Владу следовало сразу же убить меня, не задумываясь.

Так пропасть, которая и без того существовала между нами, стала только шире и непреодолимей. И я сама сделала её такой. Теперь не стоило и думать о том, чтобы вернуть все назад. Но, в конце концов, это не я его бросила.

В моей обновленной жизни не было места ни Владу, ни даже воспоминаниям о нем. Хотя с последними бороться сложнее всего. Но я надеялась, что рано или поздно та рана, что была в моей груди, заживет или хотя бы станет меньше болеть. Ведь времени у меня более чем достаточно. Я лишь хотела верить, что не проведу свою вечную жизнь, постоянно думая о человеке, который оставил меня ради своих убеждений.