Охотники и жертвы - Райчел Мид

— Никто не знает, — задумчиво произнесла я.

— И она не хочет, чтобы узнали. Тебе известно, какиеони, эти королевские особы. — Он помолчал. — Ну, за исключениемЛиссы, конечно Мие с ними приходится нелегко.

— А ты откуда все это узнал?

— Мой дядя страж у Дроздовых.

— И ты никому не проболтался?

— Пока ты не вырвала у меня это признание. Ну и какойпуть будет избран: во зло или во благо?

— Думаю, я дам ей отсрочку…

— Мисс Хэзевей, вы знаете, что не должны находитьсяздесь.

Одна из надзирательниц возвышалась над нами с выражениемосуждения на лице.

Я не шутила, когда сказала Мейсону, что он мыслит в точностикак я. И не хуже меня умеет плести всякую чушь.

— Мы делаем групповой проект для гуманитарного курса.Как, по-вашему, это возможно, если Роза в изоляции?

Надзирательница подозрительно сощурилась.

— Не похоже, будто вы заняты делом.

Я взяла книгу, которую дал мне священник, и наобум открылаее.

— Мы… ммм… вот над чем работаем.

Надзирательница, однако, не полностью утратила своюподозрительность.

— Один час. Я дам вам еще один час. И для вас же будетлучше, если я увижу, что вы действительно работаете.

— Да, мэм. — Меисон сделал честное выражениелица. — Не сомневайтесь.

Она удалилась, не спуская с нас взгляда.

— Мой герой, — вздохнула я.

— Что это? — спросил он, кивнув на книгу.

— Священник дал. У меня во время службы возник вопрос.

Он изумленно вытаращился на меня.

— Прекрати и прими заинтересованный вид. — Язаскользила пальцем по оглавлению. — Хочу найти одну женщину по имениАнна.

Мейсон вместе с креслом придвинулся ко мне.

— Ладно. Давай посмотрим.

Я нашла номер страницы, и, что неудивительно, она вывеламеня на раздел о святом Владимире. Мы принялись проглядывать главу в поискахимени «Анна». И в конце концов нашли, однако автор мало что мог рассказать о ней.Он использовал цитату из написанного человеком, жившим, по-видимому, во временасвятого Владимира.

«И всегда рядом с Владимиром Анна, дочь Федора. Их любовьчиста и непорочна, как у брата с сестрой. Не раз она спасала Владимира отстригоя, покушающегося на его святость. Более того, она всегда успокаиваетВладимира, когда дух в нем становится слишком могуч, чтобы выносить его бремя,и, пользуясь этим, сатанинская тьма старается ослабить телесное здоровье. Оназащищает Владимира, поскольку они связаны между собой с тех пор, как он спасее, когда она была ребенком. Таков знак божественной любви — Он дал блаженномуВладимиру стража, подобного ей, поцелованной тьмой и всегда знающей, что у негона сердце и в уме».

— Ну, теперь все ясно, — сказал Мейсон — Она былаего стражем.

— Это не объясняет, почему она была «поцелована тьмой»и что оно означает.

— Скорее всего, ничего.

Однако в глубине души я не верила. И снова прочла отрывок,пытаясь вникнуть в суть устаревших выражений. Мейсон с любопытством наблюдал замной, с таким видом, будто очень хотел бы помочь.

— Может, они спали друг с другом, — предположилон.

Я засмеялась.

— Он же святой.

— Ну и что? Святым, скорее всего, тоже нравится секс. Аэтот треп насчет «брата и сестры» просто прикрытие. Он ткнул пальцем встрочку. — Видишь? Они «связаны между собой», — Он подмигнулмне. — Явный шифр.

— Связаны. Действительно, немного странное слово вконтексте этого описания, но оно совсем не обязательно означает, что Анна иВладимир срывали друг с друга одежды.

— Я так не думаю. Они были близки, вот и все. Могут жепарни с девушками просто дружить?

Я сказала это со значением, и он бросил на менянеодобрительный взгляд.

— Да? Мы с тобой друзья, но я не знаю, что у тебя «насердце и на уме». — Мейсон напустил на себя философский вид. —Конечно, многие утверждают, будто никто не знает, что таит в себе женскоесердце…

— Ох, заткнись! Я стукнула его по руке.

— Поскольку они странные, загадочные создания, —продолжал он тем же ученым тоном, — и мужчина должен уметь читать мысли,если хочет сделать их счастливыми.

Меня затрясло от смеха, который я никак не моглаконтролировать; ох, не обойтись без неприятностей.

— Ну, попытайся прочесть мои мысли и перестань бытьтаким…

Смех оборвался, я снова перевела взгляд на книгу.

«Связаны между собой, и она всегда знает, что у него насердце и на уме».

Они были «связаны», внезапно дошло до меня. Это так, готовапоспорить на все, что у меня есть, что, впрочем, не так уж много. Я былапотрясена. Существует много неясных рассказов и легенд о том, как стражи иморои бывали «связаны». Однако это первый конкретный случай, о котором мнестало доподлинно известно. Мейсон заметил мое потрясение.

— Что с тобой? Вид у тебя какой-то странный.

Я отмахнулась от него:

— Все в порядке.