За что не берутся даже джинны - Татьяна Андрианова

Линк хотел было возразить, но встретил разъяренный взгляд нашей охотницы за нежитью и решил, что умереть в борьбе с выползнями было проще, чем возражать Лиссе. Правильно сделал, между прочим. Уважаю догадливых мужчин. Лично я предпочла бы встречу с разъяренным драконом (ежели таковые водятся в этом мире), чем возражать Лиссе в данный момент. Поэтому колышки вбили еще раз, причем я не столько забивала их, сколько с остервенением втаптывала в скальную породу. Охотница нагло воспользовалась ситуацией и бросила все попытки устанавливать шатер: вместо этого она решила руководить процессом. В итоге у меня сложилось мнение, что проклятый шатер устанавливаю я одна, а остальные попросту валяют дурака: Лисса орет на нас как оглашенная, а Линк неуклюже делает вид, будто следует указаниям, но лишь все портит. Я закусила губу от напряжения, но едва мне удалось укрепить свой конец шатра, как парень дернул с другой стороны и все старания пошли насмарку.

— Линк! Какого черта ты там делаешь?! — раненым зверем взревела я, и мое справедливое возмущение Тиграш поддержал рыком.

— А ты что делаешь? — не менее злобно огрызнулся он. — Могла бы и отпустить.

— Не тяни так сильно, придурок! — яростно зашипела я. — Ты же все своротил!

— Я-то как раз ничего не своротил! — хмыкнул он, отпуская свой край. Материя тут же бросилась мне в лицо, словно ожидала подходящего момента. — Отпустите свой край, леди! Если, конечно, думаете эту ночь провести не под открытым небом!

Несколько минут яростной борьбы с полотнищем, во время которой я была близка к тому, чтобы взять мечи и порубать ткань в капусту, — и парень сжалился над моим несчастьем, стянув шелк с озверевшей меня. Вместо благодарности я чуть не залепила плюху прямо в радостную самодовольную морду, но промахнулась и опрокинулась навзничь под радостный смех окружающих, после чего пришла к неутешительному выводу, что моих талантов, к сожалению, никто не ценит. Народ вокруг еще радовался, когда я поднялась на ноги. Определенно, поговорка: «Смех без причины — признак дурачины» не лишена своей актуальности не только в земной жизни, но и в параллельном мире.

— А я говорю, что ты все испортил! — упрямо прорычала я, мечтая добраться до Линка, и дернула веревку с такой силой, что вбитые им колышки вылетели, как из катапульты.

— Глупая баба, — пробормотал он себе под нос. За этим последовал свирепый рывок, и мой край сорвался ко всем чертям.

Я издала утробный рык льва, охраняющего свою территорию, отбросила веревку с тканью, поискала глазами что-нибудь тяжелое или на худой конец молоток, но нашла лишь чей-то рваный башмак. Преисполнившись жаждой убийства, я направилась к Линку, чтобы придушить мерзавца, а в промежутках, когда буду восстанавливать дыхание, высказать все, что я о нем думаю. Линк отправился ко мне с другой стороны, чтобы доходчиво донести до меня свои взгляды. В итоге мы принялись гоняться друг за другом, ругаясь на чем свет стоит. Наконец чудом державшиеся центральные колья выскочили, материя опала бесформенной грудой и дала возможность увидеть окончательно перекошенные радостью встречи лица поверх руин.

— Я же тебе говорил?!

— Я же тебе говорила?!

С негодованием выкрикнув эту фразу, я метнула в него рваный башмак. Надо отдать должное парню, он хоть и не ожидал такого подвоха, но увернулся. Импровизированный снаряд пролетел по дуге и угодил прямо в лоб Лиссе. Девушка издала возмущенный вопль и одарила нас таким взглядом, что будь мы из легковоспламеняющегося материала — сгорели бы в две секунды.

— Ну? — тоном вышедшей из себя драконихи поинтересовалась она. — Выползень вас побери! Какого лешего вы вместо того, чтобы ставить шатер, кидаетесь обувью?!

Мы смутились и дружно потупились. Дальнейшая установка шатра происходила в молчаливом единстве и сплоченном сопении. Плод нашего зодчества выглядел шатко, кривовато и отдаленно смахивал на Пизанскую башню, с той лишь разницей, что этаж был один. С другой стороны, знаменитая башня стоит не один десяток лет и ничего, а нам всего лишь ночь переночевать. Мы из последних сил втащили внутрь пожитки, когда Норандириэль радостно сообщила, что вода для ванной готова. Я почувствовала себя киноактрисой, которой только что вручили Оскара за лучшую женскую роль. Это была самая прекрасная новость за весь день.

Ванную устанавливал Линк, за что ему моя персональная благодарность. Воды в нее налили под завязку, и мы выразительно уставились друг на друга. Каждому хотелось залезть в нее первым, и каждый считал, что он-то уж наверняка имеет преимущество перед другими. Спорили до хрипоты, пока я, наплевав на условности, не задвинула совесть в самый дальний уголок, после чего мило улыбнулась улыбкой довольной волчицы и заявила:

— Вы как знаете, но первой ванну принимаю я.

Народ попробовал возмутиться и дружно набрал полные легкие воздуха, но я не дала собравшимся ни единого шанса выговориться:

— А все свои возражения предлагаю высказать моему секретарю. Тиграш, милый, ты ведь не против выслушать их претензии?

Кот окинул собрание задумчивым взглядом янтарных глаз, широко зевнул, явив миру великолепные клыки. После чего возражения отпали сами собой и меня оставили наедине с вожделенной ванной. Чего и следовало ожидать.

— Какая я плохая, — хихикнула я, погружаясь в теплую воду.

Но не тут-то было. Тигр тоже лелеял планы насчет водных процедур и, не особо стесняясь, плюхнулся сверху.

— Эй! Что за хамство?! — возмущенно пискнула я и попыталась вытолкнуть обнаглевшего кота.

Надо ли говорить, что мне это не удалось. Ощущение было такое, словно я пытаюсь столкнуть с места слона весом в несколько тонн и эта скотина с хоботом еще и сопротивляется. Ласковые уговоры, вкрадчивые увещевания и угрозы тоже не возымели никакого эффекта: упрямый кот не желал компромиссов и избегал диалога. Переговоры зашли в тупик. Оставался единственный путь — мыться вместе. Это была трудная задача, так как ванная не приспособлена для группового заплыва. К тому же кожа, пусть даже толстая и с особой пропиткой, — материал непрочный: один удар острых ятаганов когтей — и о ванне останется только сожалеть. Пришлось смириться с присутствием кота и устроить совместную помывку, а в глубине души теплилась зыбкая надежда на то, что он не сильно линяет. Конечно, покрыться тигриной шерстью лучше, чем оставаться грязной, но предпочтительней все-таки вымыться дочиста, раз уж есть возможность.

Дабы смыть с себя дорожную пыль, намертво прилипшую к разнообразной дряни, коей щедро окропил нас единственный убиенный выползень, ароматный песок, предоставленный Джумхадом, пришлось использовать горстями, хотя не особо уповая на конечный результат. Покинули емкость дружно, устало поддерживая друг друга, и буквально рухнули на пол. У меня еле-еле хватило сил натянуть на себя чистую майку и штаны. Кстати, седло оказалось с какой-то отталкивающей пакость пропиткой, так как оттерлось на раз. Аж завидно. Ну хоть в чем-то повезло. Уютно устроиться в углу с таким трудом сооруженного шатра мне не дали: растормошили, накормили чем-то похожим на геркулесовую кашу и лишь после того, как я дважды порывалась уткнуться лицом в миску с горячей едой, выдали спальник и позволили уснуть. Вот уж никогда не думала, что сон в спальнике посреди пустоши, кишащей выползнями, может быть таким наслаждением.