Немира. Колесо судьбы - Катя Зазовка

Видимо, спутник почувствовал, что Немира сейчас закричит, и сильнее зажал ей рот. А на ухо велел не шевелиться. О боги, как же хорошо, что этот угрюмый, своевольный и несговорчивый мужчина сейчас рядом. Не то закончить ей свои деньки в пасти чудовища. Хотя вряд ли. Наверняка она бы погибла много раньше, и ночи бы не пережила. Ведьмарь жестами велел молчать и оставаться на месте, а сам схватился за резную рукоять меча и хотел уже было выйти из укрытия, но Немира повисла на его предплечье.

– Отпусти, – одними губами проговорил он. Немира отчаянно замотала головой, в ужасе вытаращив глаза. – Отпусти, он все равно не уйдет, пока не сыщет нас.

Немира снова глянула на волка, пытавшегося учуять на земле их следы, и лишь сильнее сжала руку спасителя. А когда зверь повернулся, открыв взору сгнивший до костей зад, она и вовсе чуть в обморок не упала. Не волколак – нежить! Воздух наполнил протяжный вой. Но не чистый, как у живого волка, что зовет луну, а харкающий. Что ж, хорошо, что полуразложившееся горло и такой способно издавать. А так рыскал бы неслышно – никто бы и не проведал о нем. Хотя, если бы не спутник, она все равно не приметила бы этого полугнилого волчару.

Немира ослабила хватку лишь на мгновение, но этого времени хватило, чтобы ведьмарь обнажил клинок и выпрыгнул из папоротника. Зверюга ощерился, заливая вялую траву желтоватой слюной. Это ведь слюна? Раздумывать Немира не стала – и так живот скрутило от ужаса и отвращения. Жуткий оскал нежити и подгнивший бок – последнее, что она успела заметить.

Дальше ведьмарь словно в ветер претворился и стал двигаться с такой быстротой, что все его движения слились в одно темное пятно. Когда же он остановился, поляна оказалась усеяна кусками зловонной плоти и обрывками шерсти. К горлу подкатила тошнота – и Немира поспешно отвернулась.

– Больше он никому зла не причинит, – подытожил ведьмарь, силясь восстановить дыхание.

– Пойдем отсюда поскорее, – сипло попросила Немира, все еще борясь с рвотным позывом.

– Придется малость задержаться.

– Зачем? – она испуганно обернулась и тут же об этом пожалела. Ведьмарь с непроницаемым выражением лика собирал в кучу сочащиеся гноем разрубленные останки. То еще зрелище! И хотя Немира особливой чуткостью не отличалась, но эта «пригожесть» была выше ее сил. Болотная девка и то поприятней была, хотя бы тиной местами прикрыта.

– А вот зачем, – горка плоти мгновенно вспыхнула, издавая на весь лес «аромат» паленого волоса.

– Чтобы больше не шастал, – догадалась Немира.

Ведьмарь достал из кошеля пару монет, качнул головой, но все ж бросил наземь.

– А теперь пошли. Этот дым издалека твоих преследователей привлечет.

Немира поспешила за спутником. В ближайшее время она не намеревалась ни спорить с ним, ни тем более отставать. Правда, в городе она все равно не останется. И чуть позже обязательно придумает, как именно уговорить ведьмаря взять ее с собой.

* * *

Шайка добралась до поляны аккурат, когда Сварожич претворил кости нежити в золу, но тонкий дымок еще убегал в небо.

– Они были тут, – проскрипела ведьма раньше, чем Лисица успел спросить. – Сейчас узнаю, куда подались дальше. Ничего не трогайте, – предупредила Юга и, закатив очи, снова заплясала.

Еще более посветлевший Рьят с благоговением наблюдал за своей «барышней». Киряк же молча исходился от злости, с нетерпением ожидая подходящего мига, чтоб невзначай избавиться от мерзкой старухи. Но пока такой возможности не представилось. Дикое вращение все длилось и длилось. И как у нее только голова не кружится, почитай, уже как десятков семь не молодуха? Хотя чего дивиться? Из брата силу, поди, и сосет. У-у-у! Ведьма! Чтоб ее лесные духи разодрали!

Покуда Юга вчитывалась в послание рун, Рьят переминался с ноги на ногу, а потом углядел в траве монетку, а там и еще одну. Потянулся за медяком. Но стоило кончикам пальцев коснуться чеканной поверхности, как незримая нить дрогнула – ловушка сработала. Киряк и крикнуть не поспел, как что-то громыхнуло. Жухлая трава обагрилась кровью. Рьят корчился на земле. Близнец бросился к раненому:

– Помогите!

Но Серпутий, Казлейка и Плешивый не решались даже шелохнуться, страшась, что малейшее движение – и они повторят судьбу Рьята, что скрутился калачиком, словно это могло помочь заправить кишки обратно в живот.

– Ведьма, сделай что-нибудь! – завопил Киряк.

Юга подбежала к извивающемуся от боли бандюге. Презрительно оглядела непонятного цвета месиво из кишок, потрогала запястье, глянула на зрачки и мотнула головой:

– Поздно. Ему уже ничем не помочь.

– Брат, держись! – подбодрил попеременно воющего и стонущего близнеца Киряк.

– Я помогу ему, – приблизился к раненому Лисица.

Киряк недоверчиво покосился на главаря, но отошел в сторону. И зря. Острый клинок резко вошел в горло.

– А-а-а! Как ты посмел?! – взревел близнец, затрясшийся от ужаса и негодования.

– Всего лишь избавил его от страданий, – равнодушно протянул главарь, выдернул меч из плоти и вогнал в землю, избавляя клинок от тусклого багрянца.

– Он мой брат! – Ноздри Киряка трепетали от ярости.

– Значит, получишь двойное жалованье. – Меч вернулся в ножны.

Киряк безвольно опустился на колени рядом с погибшим.

– Эй, Юга, ты узнала, куда они направились?

– В Кревин, мой господин, – ответила старуха, вытаскивая из сумки флягу.

– Тогда немедленно снимаемся с места. Нужно догнать их до того, как они затеряются в толпе.

– Правильно, мой господин. В городе даже я не смогу их учуять, – закивала Юга и сунула флягу в руки Киряку, что сидел подле мертвого брата. – Вот выпей, полегчает.

Тот молча отпил.

– Вот и добре, – старуха растянула рот в довольной улыбке. – А горе скоро пройдет. Очень скоро.

Киряк поднял на ведьму светлые очи и только диву дался. И чего он ее раньше боялся? Не такая уж она и страшная. Да и бородавок не так много.

– Вперед, хватит разглагольствовать! – гаркнул Лисица.

Подельники, осторожно обогнув поляну, устремились за исчезающим в лесной чаще главарем. Старуха поудобнее устроилась на спине нового возлюбленного и скомандовала:

– Эгей! Гони без устали!

И счастливый Киряк, уже позабывший о брате, понесся вперед, ловко перепрыгивая валежник и ямы.

* * *

Немира обливалась потом. Пустой узелок казался набитым камнями, гарсет – точно сделанным из железа. Даже мягкие кожаные поршни претворились в несгибаемые деревяшки. Во рту пересохло. Вдох-выдох. Вдох-выдох. Но дыхание все равно сбивалось, и ноги снова цеплялись одна за другую. Усталость начинала брать свое – и Немира шла все медленнее.

– Поспеши! – наверное, в сотый раз велел ведьмарь. И она послушно ускорилась, но очередного рывка хватило не болей чем на пяток шагов. В конце концов Немира споткнулась о корч, притаившийся во мхе, и мешком рухнула наземь.