Маршал Победы. Освободительный поход "попаданца" - Михаил Ланцов

6 января 1942 года. Вашингтон. Белый дом. Рабочий кабинет президента США

– Опять провал? – Рузвельт смотрел в глаза Уоллесу с плохо скрываемым презрением.

– Господин президент, – вступился за вице-президента начальник Управления стратегических служб[12]. – Ситуация действительно была странная. Мы получили сведения о том, что дипломатическая миссия Японии в США получила по телеграфу ноту с фактическим объявлением войны и ориентировочные сроки ее вручения. Также мы выяснили, что основной удар будет нанесен по Перл-Харбору. И даже со сроками определились. Но что-то пошло не так. По крайней мере, известные нам каналы связи японцев ничего не дали.

– И как это понимать?

– Я полагаю, они знали о том, что мы их слушаем, и смогли развернуть несколько альтернативных каналов связи. А по известным нам продолжали гнать дезинформацию вполне благопристойного вида, дабы не вызвать у нас подозрения.

– Как они могли узнать? Вы же меня заверяли в том, что это невозможно. Утечка?

– Вероятнее всего. Проводим внутреннее расследование, хотя результатов оно пока не дало.

– Хм… если там работали те же ребята, что и с ураном, то вряд ли даст, – усмехнулся Рузвельт, покосившись на мистера Уоллеса. – Впрочем, удар был все равно нанесен по Перл-Харбору.

– Да. Когда прошли все сроки, мы начали опасаться нападения на иные наши базы в Тихом океане. Те же Филиппины. Японцы как будто этого и ждали.

– Вы полагаете, что это не мы их, а они нас слушали?

– Это вполне допустимо. Только не подтверждается нашей резидентурой.

– После озвученных вами обстоятельств я не удивлюсь, что резидентура провалена и работает под контролем либо кормится с ручки микадо.

– Господин президент, – попытался начать оправдываться Уильям Донован, но его резко прервали.

– Не отвлекайтесь. Что там произошло? Кроме газетной истории, вы что-то смогли выяснить?

– Так точно, сэр, – кивнул руководитель УСС. – Двадцать второго декабря японское ударное соединение, возглавляемое новейшим линкором «Ямато», покинуло базу на Курильских островах и двинулось на Перл-Харбор. Сутками раньше из Сасебо вышел конвой с десантными кораблями, прикрываемый легкими силами.

– «Ямато»? Странно. Мы вроде не ожидали его участия.

– Именно. Но, как оказалось, японцы собрали все свободные силы, что у них имелись для атаки нашей базы.

– Кстати, а почему вы не обратили внимание на конвой?

– Потому что он вышел из базы в Сасебо, которая не есть лучшее место для подготовки десанта на Гавайские острова, при этом, согласно полученным нами разведывательным сведениям, он должен был доставить десант на Филиппины. Как оказалось, это была дезинформация. – Проглотив усмешку президента, мистер Донован продолжил: – Так вот. Нападение было построено следующим образом. В четыре часа двадцать седьмого числа, то есть сразу после завершения праздников, когда даже вахты слегка приняли и расслабились, началась атака самолетов противника, направленная на разрушение взлетной полосы и подавление средств ПВО. Буквально через пятнадцать минут они оказались поддержаны главным калибром всех двенадцати линкоров. Дальше в игру вступили легкие силы и пошел десант сразу по нескольким направлениям.

– Как так получилось, что радиолокационная служба не смогла обнаружить противника?

– Точно это не известно, но наши эксперты считают, что без диверсантов тут не обошлось. В пользу этой версии говорит тот факт, что личный состав гарнизона на удивление крепко спал. То есть в продовольствие могло быть подмешано снотворное или еще что-то.

– А откуда это известно? Ведь остров все еще контролируют японцы.

– Несколько пилотов все-таки смогли взлететь и сбежать на соседние острова.

– Странно… – задумчиво произнес Рузвельт.

– Наш диапазон радиосвязи был забит помехами, поэтому воспользоваться радиостанциями мы не смогли, и эти летчики – наш единственный источник информации.

– Получается, что японцы тоже ими не пользовались. Хм…

– У нас есть подозрения, что напротив. Я ведь специально подчеркнул, что наш диапазон.

– Какие потери у противника, вы, как понимаю, не знаете.

– Крупных кораблей они не потеряли. Повреждено три эсминца и легкий крейсер. Уничтожено порядка двух десятков торпедных катеров…

– Чего?! – удивился Рузвельт. – Они-то там как оказались? Насколько я знаю, японцы вообще этот класс кораблей не строят.

– Примерно полгода назад отношения между Москвой и Токио очень сильно потеплели. Настолько, что Союз стал поставлять японцам много стратегически важных товаров, таких как авиационный бензин. Как недавно выяснилось, русские поставляли японцам также торпедные катера, которые войска микадо использовали для поддержки десанта.

– Вот оно, значит, что… – слегка посерев лицом, произнес Рузвельт.

– Мы запросили Москву по этому поводу, – ожил мистер Уоллес. – Они не стали отпираться и сказали, что да, действительно были осуществлены поставки устаревших торпедных катеров, которые они сняли с вооружения. Хотя, по нашим сведениям, это ложь. – Рузвельт напрягся. – Численность и состав торпедных катеров во флотах Союза последние полтора года только растет. Никаких крупных партий не списывалось. Однако в Японию было поставлено пятьдесят семь торпедных катеров. Как оказалось, эти кораблики собирали в Хабаровске специально для поставок в Японию. Обычных катеров, а не этих поделок Левкова на воздушной подушке[13], которые составляют сейчас основной костяк этого класса кораблей в Союзе.

– Час от часу не легче, – потер виски Рузвельт. – Хорошо. Каковы итоги битвы за Перл-Харбор?

– База захвачена японцами. Мы потеряли все корабли, которые находились в тот момент там. Воздушная разведка говорит о том, что в бухте развернуты активные ремонтно-восстановительные работы, но точных сведений нет. – Рузвельт поджал губы. – В составе конвоя, вышедшего из Сасебо, была плавучая мастерская. Плюс ресурсы захваченной базы. Кроме того, захвачены склады и большие запасы нефти.

– Усильте воздушную разведку. Нам нужно точно знать, какими силами располагает Япония. Этот проклятый десант оказался для всех полной неожиданностью.

– Хм… – слегка замялся мистер Донован.

– Что?

– Дело в том, что некоторые наши эксперты считают, что военная операция в Перл-Харборе очень многое заимствовала от захвата Хельсинки русскими. Учитывая факт сильного потепления отношений с Союзом, японцы вполне могли рассчитывать на помощь Москвы в подготовке и планировании этой операции.