Пепельная земля - Александр Конторович

– Так! – берет бразды правления в свои руки губернатор, видя, что разговор пошел куда-то не в ту сторону. – С бандитами будем разбираться позже. Кстати, а сколько их осталось в живых?

– Около трехсот человек.

– Так мало? – Он явно ошарашен. – И что же они делают?

– Уголь добывают. Лагерь для этого они сами построить распорядились. Вот теперь сами там и живут.

– И кто распорядился это сделать?

– Это мое приказание.

– Надо вернуть их в город!

– Зачем?

– В интересах следствия!

А еще тебе нужны верные, обязанные своим спасением из лагеря люди. Которые будут выполнять любые распоряжения.

– И кто будет работать на разрезе?

– Но ведь кто-то работал там и раньше?

Соображает дядя. Убрать из города большую часть рабочих и тем самым ослабить оборону? Обойдетесь.

– Я подумаю над этим. Сразу сделать это не выйдет, надо организовать замену бандитам, сформировать бригады... Мне будет нужен господин Ванаев, он пользуется большим авторитетом среди шахтеров.

– Но он же обычный бригадир?

Успели, значит, Трофима допросить?

– А больше тут никого нет.

– С нами прибыл директор разреза!

Ну, все, падлы, предусмотрели! Со своей колокольни, разумеется.

– Да? Ну я не рекомендовал бы ему выступать перед рабочими. Могут не так понять... В трудный момент он оказался неведомо где.

– Но мы же были обязаны сохранить руководящие кадры!

Так. Все ясно теперь. Вот они – организаторы этого бардака. Как там Сценарист говорил: «Триумфальное возвращение прежней элиты?» Вот она, передо мною сидит. Возможно, что и не вся. Но уж большая ее часть наверняка тут.

– Вы их сохранили, не спорю. Но вот свой авторитет перед населением они утратили безвозвратно, увы... Так что без господина Ванаева разговора с шахтерами не будет.

Мои собеседники переглядываются.

– М-м-м... но... где гарантии, что он сумеет их убедить?

Что ж вы с ним сделали, что так теперь его опасаетесь?

– Ничем помочь не могу. Кроме него, никто шахтеров не уговорит. Да и оружия у них на руках достаточно, меня могут и не послушать.

– Но у вас ведь есть части, подчиненные лично вам?

Ах, как досадно, что они есть! Или, по крайней мере, предполагается, что они существуют. То-то ты так со мною вежливо и говоришь...

– Да, я располагаю такими подразделениями. Но они выполняют конкретное задание, и я не буду их отвлекать на исполнение не свойственных им функций. Да ведь у вас свои силы имеются. Тот же СОБР. Пускай и займется своим прямым делом – порядок поддерживает.

Начальник СОБРа еле заметно поморщился. Ага, ясно теперь, каким ты уважением среди своих подчиненных пользуешься. Да и обломилась ваша затея меня с местными поссорить, что тоже радости вам не прибавило. А судя по кислой морде генерала, затея эта как раз ему и принадлежала.

– Ну... – губернатор в замешательстве. – Пожалуй, что мы могли бы отпустить господина Ванаева... под вашу ответственность, господин майор!

– Без проблем.

– Да и, кроме того, необходимо принять меры для сдачи оружия населением! Мы понимаем, тогда были экстраординарные обстоятельства, это было вызвано необходимостью... Но сейчас-то все в норме! В городе установлена законная власть (ты, дядя, не поторопился?), и потребности в этом больше нет. Господин генерал, – обращается Поливанов к начальнику УВД, – надо это организовать! Немедленно!

– Будет исполнено! – важно наклоняет голову тот. – Я немедленно этим займусь. Господин майор, ваши люди окажут мне необходимую помощь?

– Я приму меры к тому, чтобы собрать всех, имеющих оружие, в одном месте.

– Вот и хорошо!

Так, похоже, что разговор закончен. Мне, во всяком случае, тут делать больше нечего. Встаю с места.

– Я могу быть свободным?

– Да-да! – тоже приподнимается из кресла губернатор. – Господина Ванаева к вам проводят, а мы все ждем вас в гости... вместе с капитаном Волковым, разумеется!

«В наручниках и под конвоем...»

Прихватив оружие, спускаюсь вниз.

Попов сидит на прежнем месте. Увидев меня, он встает навстречу:

– Пообщались?

– Угу. Покурим?

Мы выходим на крыльцо, и капитан протягивает мне пачку сигарет.

– Да не курю я. Ты уж сам подыми, внутри ведь не дадут?

Он кивает и вытаскивает из пачки сигарету. Щелкает зажигалкой.

– Ну и как твои впечатления, майор?

– Зоопарк... Ты сколько уже лет пашешь?

– Пятнадцатый год. А что?

– До сих пор капитан?

– У начальства на это свое мнение есть. И с мнением отряда оно не совпадает.

– Ну, оттого и я по сей день майором хожу. Только вот моего начальства тут нет. И, откровенно тебе скажу, что я этим ничуть не огорчен.

– А кто ж тут есть?

– Никого, кроме нас самих. Ты в курсе, что твоих бойцов хотят использовать для разоружения населения?

Попов кивает:

– Знаю.

– И?

Он сплевывает под ноги.

– Чего ты меня тут за нос водишь?! Остопиз...ла мне уже вся эта свистопляска, это ты хотел знать?!

– Здесь, за домами, танковый полк. И несколько тысяч автоматчиков. Как понимаешь, на все убеждения и приказы вашего начальства я положил с присвистом. И выполнять их не собираюсь. Более того, в том, что тут творилось, есть и их заслуга. И весьма немаленькая. Могу открыть вам выход и выпустить колонну из города. Мы не хотим воевать, хватит уже. Нас и так не очень много осталось. Сейчас ко мне выведут нашего товарища, и я уйду. Вернусь через час. Так что у тебя есть время подумать.

Скрипит входная дверь, и на крыльцо выходит Ванаев. Он весь какой-то осунувшийся. Увидев меня, вскидывается и быстро сбегает по ступенькам.

– Николаич!

– Утра тебе, не скажу, чтобы доброго. Пошли?

– Потопали!

Он поворачивается к капитану:

– Бывай, мужик. За доброту – спасибо!

– И тебе, дядя, не хворать, – кивает Попов. – Глядишь, свидимся еще?

Он протягивает Трофиму руку, и тот ее пожимает. Киваю капитану и спускаюсь вниз.

– Как ты? – спрашиваю у Ванаева.

– Херово... – Он мотает головой, словно прогоняя обрывки сна. – Черт, я и не думал даже, что еще раз вот так...

– В смысле?