Аратта. Книга 3. Змеиное Солнце - Анна Гурова

«Скоро взойдет солнце, — с тревогой думал жрец. — Туман рассеется, и нужно будет уходить обратно в горы. А его все нет! Что, если его схватили или подстрелили со стены?»

Он покосился на окружавших его сааров. Те, как всегда, старательно делали вид, будто знать не знают о присутствии жреца Исвархи, которого Ширам невесть зачем приблизил и таскал повсюду собой. Что они с ним сделают, если саарсан не вернется? Если Исварха будет милостив — просто бросят здесь. А если нет?

Хаста принялся гнать мысли о том, что с ним, лишившимся высокой защиты, могут сделать накхи. Но тут камыши шелохнулись — и перед всадниками появился Ширам. Лицо его было хмуро, однако Хаста отметил, что настроен саарсан крайне решительно.

— Плохие вести? — спросила саари рода Бунгар.

— Пожалуй, да. В крепости нас ждут. Воины настороже, на стенах все время слышна круговая перекличка. И они не просто окликают друг друга, а поочередно пропевают строки из неизвестной мне песни.

— Значит, тихо в город не войти, — подытожил один из сааров.

— Мы войдем, — мотнул головой Ширам. — Но для этого придется немного потрудиться…

Раздумывая о чем-то, саарсан пристально глядел на Аршага. Его старший родич, смуглый, длинноусый и черноволосый, принадлежал к роду Зериг — самому южному из накхских родов, обитавшему на границе с землями степняков-сурьев.

— Мне понадобится десяток твоих воинов, — сказал Ширам.

— Конечно, как скажешь! Даже если им придется идти на верную смерть, они примут это с гордостью…

— Нет. Их смерть мне не нужна. Им придется переодеться и распустить косы.

— Расплести косы? — повторил Аршаг, не веря своим ушам. — Зачем?

— Что ты такое говоришь, Ширам? — недовольно буркнул немолодой саар рода Пама. — Или, живя в столице, ты забыл все заветы предков? Если наши родичи погибнут с распущенными косами, Мать Найя примет их за старух и усадит на веки вечные прясть бесконечную пряжу!

— Значит, у них будет хороший повод остаться в живых.

— Мои воины скорее дадут себя убить, чем согласятся на такое непотребство! — нахмурившись, объявил Аршаг.

— Тогда, — сказал Ширам, — я первый расплету косу. И не заплету ее, пока Двара не будет взята!

— Нет, — скривился саар. — Так нельзя.

— Мы должны захватить столицу юга. Тот, кто владеет Дварой, владеет лучшей переправой через Ратху и всеми предгорьями Накхарана. Там запасы еды, там кони… Если мы возьмем ее, наши руки будут развязаны. Пока город занят врагом, мы всегда рискуем получить удар в спину…

Аршаг слушал Ширама с нетерпением.

— Но зачем расплетать косы? — воскликнул он, едва его родич договорил. — Я понимаю, ты задумал какую-то уловку. Но мы и так можем скрытно подобраться, перед рассветом перебить стражу в воротах, вырезать врагов спящими…

— Загвоздка в том, что в крепости не враги.

— А кто?!

— Я объясню в свое время, — отрезал Ширам. — А сейчас делайте, как я сказал!

Тихий ропот пробежал меж собравшимися на берегу. Никто не шевельнулся. Ширам окинул сааров испытующим взглядом и принялся не спеша расплетать косу.

Вожди накхов смотрели на него, пряча под бесстрастным видом свое изумление, почти ужас. Коса для накха священна. Он не расплетает ее даже в собственной спальне — ведь и там его может застать внезапная гибель от руки лазутчика. Воин, попавший в плен и потерявший косу, считался живым мертвецом.

Ширам убрал за запястье извлеченное из косы лезвие, смотал белые ленты и встряхнул головой. Длинные смоляные волосы разбежались по спине и плечам. Все были смущены и недовольны его выходкой, только саари рода Бунгар втихомолку усмехнулась.

— Похоже, саарсан полагает себя бессмертным, — проворчал кто-то.

Ширам с вызовом поглядел на вождя рода Зериг.

— Мне нужно десять человек, — приказал он. — Еще три воза, запряженные быками, и как можно больше саконского оружия и доспехов.

* * *

Солнце уже поднялось высоко и даже начало слегка припекать, когда Ширам натянул поводья, останавливая коня. На стенах Двары завывали боевые трубы. В воздухе висела пыль. Тяжелые ворота башни на холме быстро закрывались. В бойницах то и дело вспыхивали на солнце бронзовые доспехи многочисленных воинов.

— Они уже наготове. — Саарсан повернул коня, останавливая соратников.

— Чего ж ты ожидал? — хмыкнул саар рода Пама. — Надо было нападать до рассвета, как я сразу и сказал.

— И погибнуть — арьи уже давно нас ждут, — возразил Аршаг. — Сразу после битвы у излучины сюда примчались гонцы. Как могло быть иначе?

— По-разному могло быть, — пожал плечами Ширам. — Но речь не о том.

Он ударил коня пятками, посылая его вперед и делая Аршагу знак следовать за ним.

— Сейчас мы с тобой будем браниться, — сказал он, когда они отъехали от войска.

— Вот еще, — хмыкнул Аршаг. — Ты саарсан…

— Молчи и слушай! — с нажимом произнес Ширам. — Сейчас мы начнем ругаться. Громко, яростно, размахивая руками. Можешь проклинать меня как пожелаешь.

Аршаг весело поглядел на предводителя:

— Ну, раз ты сам приказываешь… Что ты задумал?

— Узнаешь. Потом мы уедем в разные стороны. А после полудня здесь появятся…

Он наклонился к саару рода Зериг и начал что-то шептать ему на ухо. Саар отшатнулся и негромко произнес:

— Там вот зачем надо было расплетать косы! Ширам, ты спятил?

— А теперь то же самое, только громче!

— Ты спятил?! — заорал Аршаг.

— Да как ты смеешь?! — закричал в ответ Ширам. — Я велю содрать с тебя кожу и сшить из нее штаны!

Аршаг привстал в седле и, замахав руками, начал костерить саарсана на чем свет стоит.

— Стой! — оборвал его Ширам. — А теперь разворачивайся и уводи отряд в Накхаран. Остальные пусть едут с тобой. Не прячьтесь, пусть вас будет хорошо видно с городских стен…

— А ты?

— А я тут еще немного задержусь…

Длинноусый саар с чувством сплюнул под ноги его коню, развернул отряд и что есть мочи поскакал в обратную сторону. С саарсаном осталось всего с полдюжины бойцов его рода и настороженно глядящий по сторонам Хаста.

— Отлично, — глядя вслед уезжающим, пробормотал Ширам.

Когда они исчезли в поднятой копытами их коней туче пыли, саарсан обернулся к своему советнику:

— Тебе прежде доводилось бывать в Дваре?

— Доводилось, — кивнул жрец.

— Тогда слушай. Мы сейчас уйдем в степь, а ты далеко не уезжай. Когда ворота вновь откроют — а их точно не будут долго держать закрытыми, — отправляйся в город. Тебе найдется о чем поговорить с настоятелем местного храма.