На пороге тьмы - Мария Круз

Остановив какого-то малорослого и невероятно чумазого парня, спросил у него:

– Василь Иваныча где найти смогу?

– Вон там, за «бюсингом», – махнул чумазый рукой в сторону большого грузовика, стоящего на подпорках вместо колес. – В кондейке чаи гоняет.

– Понял, спасибо.

Пошел куда сказали, обходя машины и прочие препятствия, но кондейку, тесную, с большим окном, выходящим в гараж, нашел пустой – лишь на столе на расстеленной газете стояла исходящая паром кружка чаю, а рядом с нею лежал бутерброд с колбасой. Судя по всему, обитатель кондейки куда-то вышел, может, даже по уважительной причине. Поэтому суетиться не стал, а так и решил подождать в дверях, привалившись к косяку, наблюдая за суетой во дворе, который хорошо просматривался через открытую калитку в больших воротах. Там какой-то большой самосвал, с горой груженный углем, завывая двигателем, сдавал задом. В общем, работа уже кипела.

Ждал недолго – минуты три. В калитку почти что забежал невысокий пожилой дядька, бородатый, хоть и лысый, в кожушке без рукавов, надетом поверх грубого свитера. С ходу протянул мне руку, спросив:

– Бирюков? На мотоцикл?

– Так точно.

– Тогда чего время тянуть, пошли сразу, – решительно сказал Василь Иваныч, разворачиваясь и направляясь обратно на выход.

Я потопал за ним, оказавшись во дворе, уставленном разнообразными машинами, часть из которых была на ходу, а вторая явно нуждалась в ремонте. Привлек внимание ряд машин, здорово смахивающих на «ГАЗ-51», но с эмблемой «Шевроле». У некоторых в кузове стояли зачехленные пулеметы на треногах.

– Говорят, вас от ленд-лиза снабжают?

– И трофеями тоже, «кюбели» вон стоят, – он указал рукой в дальний конец двора, где в рядок стояли три серых «кюбельвагена». – С нашими машинами проблем побольше, тут американцы во главе всего. А у нас работа знаешь какая – чиниться через сто верст некогда. А вообще, тут автопарк, – пояснил мой провожатый. – Броня – с обратной стороны, нам туда.

– Бронетехника? – удивился я. – А мотоциклы при чем? Они у вас бронированные, что ли?

– Темнота! – сказал как припечатал Василь Иванович. – Историю учить надо: мотоциклы всегда были в составе танковых частей. И подчинялись управлению бронетанковой техники. У нас по крайней мере. И в Отстойнике тоже.

– А как у нас – я без понятия, – соскочил я с темы. – Может, и не так.

По пути он заглянул в какой-то склад, откуда вышел с десятилитровой канистрой и воронкой, сразу сунув все это мне.

Калитка в заборе, дежурный с ППШ, с виду бдительный, но ничего не проверяющий, за забором еще двор открылся, засыпанный гравием. По обе стороны вытянулись кирпичные боксы явно недавней постройки, некоторые из них были открыты. В крайнем стояла загадочная машина, напоминающая стальной зеленый ящик на узких гусеницах, из которого бивнем торчал вперед ствол пулемета, а внутри самого ящика стоял еще один – ДШК на треноге.

– Это что, Василь Иваныч?

– Английский легкий тягач, – ответил тот. – «Карриер» называется, второй модели. Хорошая штука, и лезет везде, и тащит что хочешь, и личный состав возит. Как хочешь, так ее и пользуй. Правда, они у нас нечасто на выезде – и траки бережем, и ресурс, и дороги в городе. Это если только где прорыв. Если гусеничную по городу начнешь без нужды гонять, глава администрации башку снимет. Ну с работы точно слетишь, город и так в грязи тонет.

– А так на чем выезжают?

– Да по-разному, но больше на двух машинах, – взялся объяснять дежурный. – «Шевроле»-полуторка с пулеметами в кузове, там и личный состав, и огнем поддержка случай чего, и вторая машина, с генератором на прицепе. Но вторая группа на трех «шнауцерах» катается, а в четвертой «мерседес»-полуторка в версии для перевозки личного состава. Теперь вот мотоциклы придать собрались: и разведка на маршруте, и сгонять куда по-скорому.

– То есть моя работа, – уточнил я.

– Если водить умеешь, – уклончиво сказал Василь Иванович.

В парке бронетехники было куда тише и спокойней, чем там, где стояли машины. Заметно было, что там жизнь кипит, а тут вроде как все про запас стоит, хранится – и ладно. Возятся двое-трое механиков, да и все. Или, может, даже из экипажей кто.

– Сюда нам, – сказал Василь Иванович, брякнув большой связкой ключей, которую тащил в руке. – Навались на воротину, чтобы я замок выдернул.

Я прижал увесистые ворота, и дежурный по парку ловко снял навесной полукруглый замок, повесив его дужкой на ручку.

– Давай потянули.

Ворота на смазанных петлях распахнулись, открыв нашим взглядам не слишком просторный бокс, в котором тесно стояли аж четыре крашенных в матово-зеленый цвет мотоцикла с колясками.

– Вот этот крайний и бери, – сказал Василь Иванович, постучав по резиновой рукоятке руля.

– Ключи?

Он посмотрел на меня с недоумением, затем вздохнул горестно. Сказал:

– Машина военная, вон тумблер поверни – и стартер ногой запускается. Кто же их с ключом делать будет?

Я подумал, что у нас грузовики с ключами катались, и нормально. Но вслух говорить ничего не стал. Обошел вокруг, оглядел.

Большой. Увесистый. Два сиденья раковинами, заднее – с рукояткой, чтобы пассажиру держаться. В коляске – совсем простенькое, обитое неизменным дерматином. Две фары: одна со светомаскировкой, поменьше, вторая – большая, нормальная. Надо же, на два фонаря не поскупились, а на грузовиках военных всего одной фарой обходятся. Тут еще блюдце сигнала как третья фара. Спидометр на баке как у уважающего себя чоппера. Тоже «харлей», уважаю. А вот движок оппозитный, не классика – двухгоршковая «рогатка». И привод не цепной, а карданный, что вообще для меня удивительно. Но так у «немцев» было, на всяких «цюндапах» и «БМВ», – видать, решили воспользоваться удачной конструкцией. Да и сама рама мотоцикла выглядит солидно – явно усилена, «люльку» таскать. Насколько я помню по своей действительности, ленд-лизовские «харлеи» под коляску плохо были приспособлены: раму вело у них, – а этот хоть куда, все продумано.

У переднего колеса инструментальный ящик, сумки из толстой кожи у заднего, с обеих сторон. Маленький багажник под запаской в коляске, но все же пара канистр и пара цинков патронов туда влезет.

Присел, заглянул под низ. От заднего колеса привод идет на коляску, так что с этим все в порядке. Тормоза и спереди, и сзади, все как положено: задний – ножной, а передний рукой включается.

– Заправляем? – спросил я, поднимаясь с корточек.

Завелся «харлей» почти сразу, я всего-то раз пять толкнул ногой рычаг стартера, вытянув подсос. Мотор рыкнул утробно, одинокая выхлопная труба выбросила облако сизого дыма, машина завибрировала немного и начала быстро прогреваться, так что пришлось заслонку почти сразу прикрывать.

– Ну что, вези давай, – заявил Василь Иваныч, забираясь в коляску. – И на таланты твои посмотрим, и меня покатаешь заодно.