Рекс - Алекс Орлов

— Ну так что там на месте? — повторил свой вопрос Юргенсон.

— На месте будут люди из агентства, но не совсем из агентства, а просто мой знакомый теперь работает под крышей агентства… Дюк Рыжий, вы должны его помнить.

— Да, я помню Дюка, — кивнул Юргенсон.

— С ним тридцать человек. И еще Джастин-Рыбак.

— А он еще жив?

— Жив, сэр, что ему сделается?

— Так говорили, что какая-то команда с севера приезжала свести с ним счеты. И вроде они его закопали, я так слышал.

— Я тоже слышал что-то подобное, но Джастин выкарабкался.

— Это хорошая новость, раньше он здорово нам помогал. Надеюсь, что он не изменился и не лег под всех этих Рутбергов.

— Не лег, сэр, я через свои концы в полиции проверял его. Он сам по себе. Стрижет какие-то крохи, но ему хватает.

Мимо проскочила полицейская машина и следом за ней «Скорая помощь». Юргенсон и начальник охраны невольно проводили их взглядами.

Дорога пошла в гору, вдоль разбросанных тут и там ферм, многие из которых давно превратились в туристические объекты. До Ринбурга оставалось километров двадцать.

— Как полетим, сэр?

— А что ты предлагаешь?

— Для начала пошлем заявку на вылет двух рейсов из аэропорта Дункан, а сами рванем с Пелео.

— Можно и с Пелео, а в Дункан зачем обращаться? Думаешь, Рутберг в это поверит?

— Поверит или не поверит, это его проблемы, сэр. Пусть подергается, нам это только на руку.

— Хорошо, бронируй два рейса через Дункан. Но из Пелео пойдет только второй борт, а нас пусть подхватят на моей полосе в Канинге.

— Сэр, в Канинге пилоты больше не сядут. В прошлый раз они говорили…

— Не хочу ничего слышать, Эдвин! Дай им сверху десять тысяч и покончим с этим.

Эдвин по телефону связался с аэропортом, а Юргенсон стал вспоминать эти странные разговоры в следственном управлении, куда его под совершенно надуманным предлогом привезли полицейские. А потом вдруг из ниоткуда нарисовался этот Арнисон…

Юргенсон достал его визитку, задумчиво повертел в руках и убрал обратно. С одной стороны, было бы интересно нанять эту старую ищейку, работы под крылом Юргенсона ему бы хватало, но что-то здесь было не так. Что-то не сходилось.

Эдвин что-то сказал.

— А? — переспросил Юргенсон.

— Все сделал, как вы сказали, сэр. Пилоты покочевряжились, я сказал «двенадцать», и они согласились. Сядут в Канинге без вопросов… Ничего, что я сам две штуки накинул?

— Нормально, — кивнул Юргенсон, обратив внимание, что они уже проскочили мимо городского пропускного пункта.

Ринбург был закрытым городом, и абы кого в него не пропускали. Только по приглашению.

Дорога поднялась на небольшое плато, здесь стоимость земли была выше, чем в остальной части городка. Потом потянулась частная дорога Юргенсона, промелькнуло озеро с лебедями, изящный мостик, и вскоре машины притормозили перед открывающимися воротами.

Юргенсон зевнул. В последнее время он не высыпался.

Вскоре кавалькада остановилась возле крыльца, Флетчер выскочил из машины первым и придержал для хозяина дверцу. Тот вышел и, заметив на крыльце дворецкого, спросил:

— Где Барбара?

— Была у себя в комнате, сэр, — ответил тот с поклоном.

— А где наш робот?

— В спортивном зале, сэр. На беговой дорожке.

— Ну, пусть бегает, — сказал Юргенсон, поднимаясь по ступеням. То, что жена сидит дома и не шляется где-то с этим красавчиком, его вполне устраивало. Может, зря он его купил?

Так и не найдя ответа на этот вопрос, он прошел через холл и стал подниматься по лестнице — пешком на третий этаж.

Разумеется, в доме имелись лифты, но Юргенсон заметил, что в последнее время стал набирать вес.

С небольшой одышкой он таки добрался до третьего этажа и уже поплелся к своему кабинету, когда вдруг раздался громкий хлопок, и переживший покушение Юргенсон бросился на пол, прикрыв голову руками.

Пролежав так секунд десять, он поднялся и решительно направился к комнате Тилли. Он не сомневался, что громкий звук донесся именно оттуда.

Резко рванув дверь, он застал свою дочь посреди комнаты с полотенцем в руках, а вся ее одежда, волосы и окружающее пространство, включая потолок, были залеплены какой-то розоватой жидкостью.

— Что здесь произошло?! — закричал Юргенсон, потрясая кулаками.

— Ничего, папа… — пожала плечами Тилли. — Просто неудачный эксперимент…

И она покосилась на развернутую оболочку рванувшего баллона.

— Как мне надоели твои эксперименты, Тилли! Когда уже кончатся эти каникулы?! — прокричал Юргенсон и, развернувшись, поспешил к кабинету.

— Папа! — позвала Тилли, выглядывая в коридор.

— Что?! — обернулся Юргенсон.

— Что у тебя с головой, в смысле на лбу?

Юргенсон шлепнул себя по лицу и только сейчас вспомнил, что лоб у него залеплен пластырем.

— Ах это… Это я просто упал. Споткнулся и упал, — ответил он и поспешил к себе.