Ведьмак - Василий Сахаров

Как я и предполагал, меня отпустили по ходатайству великой княгини Ярославы Келогостовны. Наверное, Фомина не забыла, кто вытащил ее из окружения, и медлить не стала. Поэтому я так быстро обрел свободу, и старший лейтенант Мамаев, пожав мне руку, попросил не держать на него и военную контрразведку зла – служба у них такая. После чего я получил личные вещи, пистолет, документы и чистый мундир без погон и знаков различия. А трофеи, добытые в бою, естественно, остались у контрразведчиков.

Следующий этап – сборный пункт, куда стекались все окруженцы, местные резервисты и ополченцы. Там мне предстояло получить направление в военную прокуратуру Восточного военного округа и с ближайшим транспортом отправиться в Белоград. А дальше по обстоятельствам. Либо оставаться в военной прокуратуре, либо получить перевод в боевую часть, подальше от тех людей, которые были знакомы с поручиком Стойко Видовым.

Однако все вышло иначе, поскольку возле тюрьмы меня уже встречали.

– Поручик Видов? – Ко мне приблизился моложавый подтянутый штабс-капитан, судя по красной окантовке на погонах щегольского мундира, гвардеец.

– Так точно. – Я встал по стойке смирно и слегка кивнул.

– Я штабс-капитан Орленковский. Мне приказано встретить вас и доставить в Белоград.

– Господин штабс-капитан, у меня приказ явиться на сборный пункт.

– Это не важно. Я порученец великой княгини Ярославы Келогостовны, и вы временно откомандированы в ее распоряжение. С вашим начальством все улажено и согласовано.

В правой руке Орленковского появилось раскрытое удостоверение, заглянув в которое, я убедился, что он действительно порученец великой княгини. Спорить с ним смысла не было, и я подчинился.

Через три минуты рядом с тюрьмой остановился выпускаемый в Дерегийском королевстве легкобронированный автомобиль повышенной проходимости «Вэнк». Еще через полчаса мы оказались на аэродроме и погрузились в «Махаон». А еще через полтора часа приземлились в Белограде и снова оказались в штабном «Вэнке».

Орленковский был немногословен. Он выполнял свои обязанности, не больше и не меньше. Так что вызвать его на откровенный разговор не вышло. Но одно я понял сразу – кто-то так красочно расписал великой княгине мои подвиги, что она, несмотря на свою занятость, решила встретиться с поручиком Видовым лично. Причем не откладывая это в долгий ящик.

Великая княгиня проживала в загородном дворце, который принадлежал царской семье и охранялся гвардейцами. Тихое место на фоне живописных пейзажей. Кругом заповедные леса, чистые речки и гора Симуран, виды которой считались визитной карточкой Белограда. Дворец не впечатлил: комплекс из нескольких каменных зданий в три-четыре этажа, а еще есть конюшня и казарма. Все старое, и ничего особенного, к чему бы мог прилипнуть взгляд, я не заметил.

В сопровождении штабс-капитана я выбрался из автомобиля, и мы прошли во дворец. Сразу оказались в большом бальном зале, который давно не ремонтировался, свернули в боковой коридор, и строгие охранники, остановив нас и обыскав, пропустили меня в просторный кабинет, где я увидел великую княгиню.

Ярослава Келогостовна была не одна. Пожилая стройная женщина с резкими чертами лица и густой сединой в черных волосах, горделиво выпрямив спину, восседала в кожаном кресле возле окна. Одета простенько, в серое платье. Драгоценностей, кроме тяжелого перстня с гербом правящей династии на левой руке, я не заметил. Видимо, она была аскетом, и стоявшие в стороне фрейлины великой княгини, среди которых я заметил Фомину, ей подражали. Все строго. Украшений нет. Прически незатейливые.

Я остановился в нескольких шагах от великой княгини, поклонился и сказал:

– Ваше высочество, позвольте поприветствовать вас и представиться. Поручик Видов. Прибыл по вашему приказанию.

Великая княгиня усмехнулась. Еле заметно. Краешком бледных губ. После чего сказала:

– Здравствуйте, поручик. Я не могу вам приказывать, ведь вы военный. Но я благодарна вам, что вы приняли мое приглашение. И конечно же благодарна за спасение моей фрейлины и майора Тенгиева.

Удивившись, я слегка приподнял левую бровь и спросил:

– Майор спасся?

– Да. И не он один. Помимо него, благодаря вашему поступку, когда противник был ослеплен дымами, из ловушки смогли выбраться еще три человека. Все они вчера перешли линию фронта и в настоящий момент находятся в госпитале. Каждый имеет какое-либо ранение, но Тенгиев в состоянии говорить и смог до меня дозвониться. Он очень хотел бы увидеться с вами, и пока майор не появится, мне хотелось бы, чтобы вы стали моим гостем. Надеюсь, вы не против, поручик?

– Разумеется, я приму приглашение, ваше высочество.

– Хорошо. – Ярослава Келогостовна покосилась на Фомину: – Юлия Петровна, проводите поручика в гостевое крыло.

Фрейлина отделилась от своих подруг и направилась к выходу, а я, снова поклонившись великой княгине, двинулся за ней.

Молча, не говоря ни слова, мы прошли в гостевое крыло дворца, и Юлия Петровна указала на одну из комнат:

– Проходите, поручик. Здесь вы будете жить.

Комната оказалась просторной, теплой и светлой, с двумя окнами, которые выходили на лес. Есть кровать, письменный стол, пара диванов, три кресла и стул. А помимо того, что меня особенно порадовало, на одной стене висели карты Словенского царства и соседних государств. А на противоположной – телевизор, хоть и ламповый, тяжелый и неудобный, но исправный.

«Отлично, теперь можно больше информации получать», – подумал я и посмотрел на Фомину, стоявшую у двери.

– Юлия Петровна, – сказал я, указывая на ближайшее кресло, – присаживайтесь, поговорим.

– Только недолго. – Она присела.

Мы разместились друг против друга, и я сказал то, что был должен сказать:

– Благодарю вас, Юлия Петровна. Если бы не вы, то сидеть мне в тюрьме еще неделю, а то и больше.

Она заметно смутилась, опустила голову и ответила:

– Честно говоря, поручик, это не моя заслуга. У меня не было времени поговорить о вас с ее высочеством. Вкратце рассказала Ярославе Келогостовне о наших приключениях, но в подробности вдаваться не стала. Не получилось.

– Значит, Тенгиев постарался?

– Да.

– Наверное, великая княгиня его ценит?

– Конечно, ведь он… – Женщина резко замолчала и прижала к губам ладонь, словно едва не сболтнула лишнего, а затем выдавила из себя: – Майор Тенгиев давно служит ее высочеству.

– Понятно. А кто еще уцелел?

– Один солдат. Какой-то сержант из вашей группы. И есаул… Фамилию не помню…

– Дементьев?

– Он самый.

«Надо же, уцелел казак. Добрая новость. Но как бы мне это боком не вышло».