Сезон костей - Саманта Шеннон

– Да. – Помолчав, она вдруг спросила: – Долго парилась в Тауэре?

От неожиданности я чуть не подавилась баландой.

– Вообще там не была.

– Ты что, с луны свалилась? – Видя мое недоумение, Лисс покачала головой. – Ясновидцев сюда привозят из Тауэра. Иной бедняга десятку там отмотает, прежде чем попадет в Шиол.

– Не может быть! – Теперь понятно, почему мой сокамерник бормотал про девять лет.

– Очень даже может, – вздохнула Лисс. – Рефаиты – прошаренные ребята, знают, как держать нас в узде, как усмирять. За десять лет Тауэр кого угодно обломает.

– Кто они такие?

– Без понятия, но не люди – точно. – Лисс макнула хлеб в баланду. – Строят из себя богов и требуют, чтобы перед ними преклонялись.

– А мы, выходит, их почитатели, – хмыкнула я.

– Не просто почитатели – им мы обязаны жизнью. Рефаиты любят напоминать, что защищают нас от жужунов. Мол, рабство – это ради нашей же пользы. Говорят, лучше быть рабом, чем покойником. Попасть в лапы к инквизитору – тоже мало радости.

– Что еще за жужуны?

– Так мы называем эмитов.

– Почему?

– Традиция. Слово придумали «алые туники», они и воюют с этими тварями.

– И часто?

– По сезону. В основном зимой. Услышишь сирену, будь осторожна. Один гудок созывает «туник». Если гудит непрерывно, прячься. Значит, жужуны наступают.

– Можешь рассказать о них? – Я сунула в рот сухарь.

– Разные ходят слухи, – задумчиво проговорила Лисс. Отблески пламени падали ей на лицо. – «Алые» обожают нас пугать. Поговаривают, будто эмиты умеют принимать разные формы и убивать одним своим присутствием. Еще болтают, что с виду они – ходячие скелеты и им нужна кожа. Сам черт не разберет, что здесь правда, но до человеческой плоти они точно жадные. Жить без нее не могут. Если наткнешься на обглоданные конечности или калеку без рук и ног, не удивляйся.

Меня не затошнило, зато внутри все похолодело. Разум отказывался поверить в реальность происходящего.

Лисс потянулась поправить занавеску, и тут в глаза мне бросился клочок яркого шелка.

– Постой! Ты та самая гимнастка?

– Понравилось мое выступление?

– Очень.

– Так я зарабатываю на хлеб. Благо быстро научилась, а до этого балаганила у подмостков. – Лисс вытерла губы. – Видела тебя вчера с Плионой. Кстати, твоя аура наделала шуму.

Я промолчала. Обсуждать свою ауру с посторонним человеком небезопасно. Особенно в нынешних обстоятельствах.

Лисс вперила в меня пристальный взор:

– Ты зрячая?

– Нет. – Тут я не погрешила против истины.

– За что тебя взяли?

– Убила подземщика. – Снова правда.

– Как?

– Ножом. В состоянии аффекта. – Вот теперь наглая ложь.

Лисс не сводила с меня глаз. Зрячая, как и все гадалки, она безошибочно видела мою алую ауру. Будь у нее побольше информации, сразу догадалась бы, кто я и что.

– Не думаю. – Она рассеянно постукивала пальцами. – Ты не проливала кровь. – (Да, гадалка она явно неплохая.) – На оракула тоже не тянешь, – бормотала Лисс задумчиво, – не тот тип. Для фурии слишком спокойная, не медиум точно. Выходит, ты… – Гимнастка встрепенулась. – Ты странница. Верно?

Я выдержала ее взгляд. Лисс кивнула и расслабилась.

– Вот тебе и ответ.

– На какой вопрос?

– Почему Арктур выбрал именно тебя. Нашира давно мечтала заполучить призрачного странника, но ей не везло. Теперь она с тебя глаз не спустит. Решила подстраховаться: под защитой Арктура тебя никто не посмеет тронуть. Но если Нашира убедится, кто ты есть, живо подомнет под себя.

– Каким образом?

– Лучше тебе не знать.

Но меня уже было трудно удивить или напугать.

– У Наширы особый дар, – нехотя пояснила Лисс. – Заметила, какая у нее необычная аура?

Я кивнула.

– Так вот, у нее целый спектр способностей. Ей известно несколько путей в эфир.

– Чушь! Дар один для всех.

– Это в нормальном мире. Здесь его правила не работают. В Первом Шиоле свои законы. Заруби себе на носу, и жить станет проще. – Лисс подтянула ободранные колени к груди. – У Наширы пять ангелов-хранителей. Не спрашивай, как она их удерживает.

– Получается, она сборщик?

– Вряд ли. Скорее всего, была раньше, но потом ее аура деформировалась.

– Кем?

– Ангелами. – Заметив, что я непонимающе нахмурилась, Лисс подавила вздох. – Это только предположение, но мы считаем, она вобрала в себя дар всех пятерых, когда те были живы.

– Сборщикам такое не под силу.

– Вот именно. – Лисс косо посмотрела на меня. – Послушай мой совет: сиди тише воды, ниже травы и не высовывайся. Если Нашира догадается, что ты странница, тебе крышка.

Меня не так-то просто выбить из колеи. За три года в Синдикате невольно научишься смотреть в лицо опасности. Но это место все равно пугало. Слишком много неизведанного и неясного.

– Есть шанс сбить ее со следа?

– Есть, но ничтожный. Вам же предстоит пройти испытания, чтобы проявить дар. По результатам выдают тунику. После первого испытания – розовую, после второго – красную.

– Но ты ведь не прошла!

– И слава богу. Теперь вот служу под началом надсмотрщика.

– А кто был твоим куратором?

Лисс отвернулась к огню.

– Гомейса Саргас.

– Кто такой?

– Тоже наследный правитель. Их всегда двое: мужчина и женщина.

– Но Арктур…

– Обручен с Наширой, да, но к наследным не принадлежит, – презрительно фыркнула Лисс. – Только династия Саргасов вправе наследовать корону. Вот только, будучи кровными родственниками, они не могут вступить в брак – получится инцест. А Арктур из другой семьи.

– Выходит, он королевский избранник?

– По-здешнему принц-консорт. Хочешь еще бульона?

– Нет, спасибо.

Лисс плюхнула миску в таз с грязной водой.

– Почему ты провалила испытание?

– Осталась человеком. – Девушка чуть улыбнулась. – Рефаиты – не люди. Несмотря на внешность и повадки, они – не мы. Здесь, – она выразительно приложила руку к груди, – у них пусто. Чтобы поработить человека, им прежде всего нужно лишить его души.

– В смысле?

Не успела Лисс ответить, как занавеску внезапно отдернули и на пороге возник худой рефаит.