Путешествие в ЭДЕМ. Исторический триллер - Пётр Лонгин

Иван клюёт носом на посту, едва не роняя винтовку с пропусками на штыке. Люди входят и выходят из Смольного. Появляется дородный призрак коммунизма. Он очень вырос и заматерел. Призрак идёт вдоль фасада здания и заглядывает в окна, к нему то и дело на плечи, словно расшалившиеся котята, забираются бесенята.

В одном окне Свердлов что-то диктует машинистке. В третьем Антонов-Овсеенко с товарищами на карте Петербурга играет в политические красно-белые шахматы. Красные пешки продвигаются к Зимнему, по Неве движется красная «ладья» — крейсер «Аврора». После сделанных «ходов» на карте рисуют стрелки. В четвёртом окне Троцкий отдаёт распоряжения Познанскому.

ТРОЦКИЙ Первое: до каких пор у нас в Смольном будут неисправные пулемёты?!

ПОЗНАНСКИЙ Исправим, Лев Давыдович!

ТРОЦКИЙ Второе: направить дополнительный отряд агитаторов для разложения верных правительству частей. Если не удастся привлечь на нашу сторону — довести до состояния полного нейтралитета. В трудных случаях вызывайте лично меня!

ПОЗНАНСКИЙ Непременно!

ТРОЦКИЙ А главное — немедленно организовать военную подготовку среди пролетариата!

Под окном бесенята маршируют под пристальным взором призрака коммунизма.

Кирпичная стена доходного дома в пролетарском районе. На фонаре висит соломенное чучело в гимнастёрке и галифе. На груди чучела написано «Керенский». Иван обучает нескольких красногвардейцев стрельбе. Те кое-как передёргивают затворы, прицеливаются и стреляют.

Со звоном разбиваются фонарь и несколько окон, кирпичная стена изрешечена. Невредимое чучело нагло хихикает. Тут свою винтовку поднимает Иван. Семь выстрелов — и у чучела появляются «глаза» и «рот» из пулевых отверстий. Уголки «рта» скорбно опущены вниз.

ИВАН Что, видали?..

Рабочие уважительно гудят.

ИВАН В снайпяра вы не гожи, да ладно! От наш хильфебель говаривал: «Пуля — дура, а штык — ён молодец!» Поняли?.. Делай как я!

Иван бросается на чучело в штыковую атаку, оно пытается прикрыть руками «причинное место», Иван наносит укол в живот, выдёргивает штык и пробегает дальше. Вслед за ним это повторяют с разной степенью успеха ученики-красногвардейцы. Чучело рыдает, закрыв «лицо» «руками»…

* * *

24 октября, поздний вечер.

Смольный. Кабинет Троцкого. На стене кабинета карта Петрограда. Троцкий сидит за столом. Перед столом члены Военно-революционного комитета.

ТРОЦКИЙ Итак, пора! Все знают, что им делать в этот исторический момент?

ВСЕ (вразнобой) Все!.. Все!.. Все, Лев Давыдович!

ТРОЦКИЙ Так вперёд! Да здравствует мировая революция!

Троцкий чётким ораторским жестом указывает на дверь. Члены ВРК, толкаясь, протискиваются в дверь. Троцкий сидит за столом. Рядом с телефоном стаканчик, полный красных флажков. Троцкий, съев бутерброд из чёрного хлеба с красной икрой, ковыряет флажком в зубах. Звонит телефон.

ТРОЦКИЙ Алло!.. Да, Троцкий! Что?.. Петропавловка наша?.. Сагитировали?.. Молодцы! Продолжайте так же, товарищи!

Троцкий вешает трубку и достаёт из стаканчика ещё один флажок и начинает расчёсывать усы и бородку. Снова звонит телефон.

ТРОЦКИЙ Алло!.. Троцкий! Мосты?.. А их не поднимут?.. Ах, механизмы сломаны? Прекрасно! Очень по-пролетарски! А «Аврора» успела пройти? Где она?.. (смеясь) Торопитесь, товарищ! Мост пока не Троцкий, а Троицкий… хотя… (вешает трубку)

Телефон звонит. К нему тянется рука.

Это, оказывается, телефон на столе в кабинете Керенского в Зимнем Дворце.

КЕРЕНСКИЙ Главковерх у телефона! Что?!. А где верные правительству войска?.. Где, где?!. В… В… Вы забываетесь!

Керенский сердито бросает трубку. Бегает по кабинету из угла в угол, затем резко останавливается и выбегает из комнаты.