Свирель Гангмара - Виктор Ночкин

Старуха тут же прекратила браниться и громогласно провозгласила:

— Начальником! А что? Я всегда знала, что мальчик себя покажет! Начальником!

Гордо оглядев толпу у ворот, она подобрала корзины и, грозно топоча башмаками, зашагала к дому.

Тут в ворота вступила новая группа беглецов. Полдюжины латников сопровождали толстяка в нарядном камзоле, усаженного верхом без седла на упряжную лошадь. Шляпу всадник потерял, волосы его были растрепаны, а лицо пересекала свежая ссадина.

— Смотри-ка, и господину казначею нынче досталось, — тихо произнес кто-то рядом со Свеном.

Парень оглянулся и узнал в говорившем пожилого стражника, прибывшего с предыдущей группой беглецов. Тот, перехватив взгляд подмастерья, сразу отвернулся.

Толстый казначей боком сполз с коня (Свен подумал, что бедняга отбил нынче жирный зад о лошадиную спину), латники заботливо поддерживали вельможу под руки. Потрогав ссадину, толстяк поднес ладонь к глазам. Вид собственной крови — а еще и наверняка острое чувство пережитой опасности — привел его в ярость. Тряся малиновыми щеками и грозя окровавленным кулаком, казначей стал орать, что уж теперь-то разбойнику не спустят, теперь-то Марольд Черный ответит за все! Уж казначей-то добьется, чтобы в Пинед прислали сильный отряд и схватили злодея!

— Гилфингом клянусь! — визжал толстяк. — И месяца не пройдет, а этого мерзавца по городу проволокут в цепях! Живого или мертвого!

— Ишь ты, — буркнул давешний стражник, — как его милость-то раздухарились… Сколько мы жалоб подавали, сколько мастер Эдвар просил подмогу, никто не пошевелился. А как на своей шкуре начальство почуяло, каков Марольд Ночь, так сразу — в цепях! Живого или мертвого!

Говорил солдат совсем тихо, но Свен услышал.

Толстый казначей, сопровождаемый латниками, удалился. Должно быть, отправился в ратушу, срывать досаду на членах городского совета. Мало-помалу толпа у ворот растаяла. Возчики все еще опасались покидать Пинед, но и торчать на тесном пятачке тоже глупо. Каждый, должно быть, уже надумал, чем можно заняться в городе во время этой вынужденной задержки.

Те же, кто только собирался на рынок, и подавно отправились по делам. Свен поглядел на дорогу — больше беглецов не было, тьма на горизонте рассеивалась. Дым, поднимавшийся от подожженных фургонов, стал пожиже.

Показался Бэр со стражниками. Вместе с ними явились латники — те, что сопровождали обоз. Вид у всех был невеселый, что, впрочем, вполне естественно.

— Ну, как тут у вас?

— Все тихо, мастер сержант. — Свен развел руками, мол, не о чем докладывать. — На дороге никого.

— Господин казначей изволят гневаться, — сказал Бэр, покосившись на столичных солдат. — Велено снова к обозу отправляться. Ничего в той стороне не видать?

— Ничего, — кивнул подмастерье. — Посветлей там стало, у холмов. И дымит не так сильно. Может, разбойники уже убрались?

— Хорошо бы, если так, — вздохнул Бэр. — Да и в самом деле, чего им торчать на дороге? Забрали добычу, и ходу… Известное дело…

Еще раз, оглянувшись на отданных под его начало чужих солдат, сержант вздохнул и буркнул:

— Пойдем, что ли…

Звеня доспехами, войско двинулось по дороге. Солдаты шли не спеша, а сержант и не думал их поторопить. Стражников легко было понять — только что они были разбиты и не надеялись справиться с бандой Марольда, но если попала начальству вожжа под хвост — делать нечего, нужно исполнять приказ. А чем медленней они будут идти, тем дальше уберется Марольд. Свен провожал солдат взглядом, пока отряд не скрылся в лощине. Снова сделалось тихо и скучно.

Солнце припекало, в шлеме и куртке стало жарковато, подмастерье прошел в тень, постоял под стеной, несколько минут разглядывал пустой тракт… потом поднялся на башню, где камни еще хранили прохладу и дул ветерок. Разглядывая, как бледнеет и тает темное пятно вдалеке между холмами, Свен задумался. Из разговоров в толпе он понял, что накануне заезжий колдун пытался устроить засаду злодею Марольду в доме Лоры. Значит, красавица не врала о «серьезных людях», которые делают ей подарки? Выходит, так…

Свену стало досадно. Хотя, с другой стороны, что в этой Лоре? Обычная вертихвостка. Да. Если уж связалась с таким отъявленным злодеем, как Марольд Ночь, то Свену она не нужна. Свен — о-го-го! Вот сейчас он уже начальник караула, а дальше… Что дальше, парень не знал, но чувствовал, что держать оружие в руках ему нравится. Эх, выдался бы только случай показать себя, а уж он не растеряется! Среди латников, сопровождавших казначея, Свен приметил молодого парня, едва ли намного старшего, чем он сам. Солдатик держался очень бойко и хвастал, что нынче сразил двоих разбойников, охотно демонстрируя окровавленный клинок. И снаряжение у латника было почти такое же красивое, как у давешнего гонца. Вот если бы попасть на службу… Свен справится не хуже, чем этот солдат!

Говорят, скоро у них будет герцог, молодой принц Алекиан, старший сын самого императора! Наверное, это очень воинственный вельможа — так, может, он объявит набор в гвардию? Может, захочет отправиться в поход? Принцы должны любить войну и подвиги, как же иначе? Вот тогда бы Свен подался в столицу и нанялся в гвардию… а почему нет? Хотя бы простым копейщиком или оруженосцем — для начала. А уж потом… потом… Подмастерье размечтался, как возвратится из похода в родной Пинед… на нем звенящая кольчуга, надраенный шлем, меч в красивых ножнах… Вот тогда-то и Лора поглядит совсем иначе. А у Свена, само собой, отыщутся в кармане подарки для красавицы. Ведь на войне случается добыча, трофеи! И Лора… то есть — тьфу! — какая Лора? Тогда любая девушка будет рада вниманию героя Свена. Так что дело теперь за немногим — только бы попасть в солдаты.

Спустя час в Пинед возвратился стражник с поручением Бэра — прислать несколько повозок. Требовалось вывезти тела убитых и остатки груза с разбитых фургонов. Кто-то из членов совета распорядился, и требуемый транспорт стал собираться у ворот. Возчики расспрашивали стражника, присланного Бэром, тот охотно рассказывал, что творится на дороге. По его словам выходило, что убитых немного, всего около десятка. Зато из груза почти ничего не уцелело. Пару фургонов сами разбойники подпалили сгоряча, да так и не стали гасить огонь, и без того добыча нынче им досталась огромная. Еще стражник сказал, что с полдюжины столичных солдат, которые разбежались по округе и которых уже сочли убитыми, вернулись к дороге.

Кто-то заметил, мол, городу в общем-то повезло — Марольд ограбил казначея не после, а до того, как тот получил подати со здешней общины. Стало быть, Пинед полностью рассчитается с гонзорской казной, а вот тем, чьи взносы похищены Марольдом, гораздо хуже — с ними-то еще неизвестно, как обойдется начальство. Не велит ли заново взыскать налог? На умника тут же зашикали, напоминая о гибели пинедских стражников… но Свену показалось, что эти беспринципные рассуждения пришлись землякам по душе. Все были довольны, что Марольд не похитил налогов с Пинеда.