Карты судьбы - Наталья Колесова

– Много спрашиваю, да? Это только любопытство, леди, и оно не несет ничего плохого ни тебе, ни твоим людям. Любопытство всегда звало меня в дорогу. А ты? Ты бывала где-нибудь, кроме Гавани?

– Мы живем обособленно. Пару раз была в Оленьем Лесу, еще в одном владении. На ярмарках в Хейме. Агнор хотел свозить меня в столицу, но…

– И тебе никогда не хотелось узнать, что там, за горами?

– Я люблю слушать моряков и купцов, когда они до нас доходят. Но уехать…

Я вздохнула, оглядываясь.

– Нет. Это – моя жизнь. Это моя Гавань. Я не представляю, как можно уйти за горы и перестать видеть море. Нет. Нет, Эрл, я бы не смогла уйти отсюда. Никогда.

Капитан слушал меня, глядя в землю. Я помедлила, прежде чем спросить:

– А ты? Тебе никогда не хотелось вернуться домой? Ты так и останешься вечным бродягой?

Эрл наклонился, зачерпнул пригоршню снега.

– Мне просто не к кому и некуда возвращаться. Идем, тебя заждались к ужину.

Я прикусила губу, глядя в его спину. Никогда не расспрашивала его ни о чем, а тут… Движимая чувством вины, я сказала необдуманно:

– Ты можешь остаться в Гавани, если захочешь… Офицер резко развернулся – я увидела его изумленные глаза, кривую усмешку на бледных обветренных губах.

– Благодарю за доброту, леди!

Не было в его голосе никакой благодарности. Похоже, что бы я ни сказала и ни сделала в отношении Эрла – все будет невпопад. Не стоит и пытаться.

… Я была рыбой, я была птицей, парящей в синем океане, прозрачном от неба до самого дна. Солнце таяло, плавилось в толще воды, словно старая золотая монета; рыбы вспыхивали мгновенными праздничными фейерверками, а рядом плыл кто-то сильный и стремительный – я не видела его, лишь различала туманную тень, лишь чувствовала успокоительное присутствие…

«Я жду тебя, – сказал он, – я жду…»

Я сидела в кровати, обняв колени, и улыбалась. В моих покоях было холодно, не спасал горевший всю ночь камин и теплые одеяла. Но все это неважно, потому что скоро придет весна.

И сны станут явью.

Я спускалась по лестнице, скользя ладонью по гладким от старости деревянным перилам. Зима уходила из души, из тела, из памяти. Возвращалось давно и крепко подзабытое. Другая жизнь, другая радость…

– Нет, ничего об этом не знаю, – упрямо твердил старческий голос. – Не слышал, не знаю…

И другой – раздраженный, молодой:

– Ну что ты заладил – «не знаю, не знаю!» Так узнай и скажи мне!

Из-за угла вышли Рогнар и капитан Эрл. При виде меня на лице управляющего появилось виноватое выражение: похоже, речь шла обо мне.

– Доброго утра, леди Янга, – Рогнар склонил седую голову и поспешил прочь. Я мимолетно подумала, что в последнее время Рогнар сам не свой – заболел или чем-то встревожен. Не забыть переговорить с ним… Забота прошла и канула, и я с задумчивой улыбкой взглянула на Эрла. Сегодня утром даже он мне казался мил.

– Славное утро, капитан, – сказала я, проходя мимо. Он сказал что-то, и я мельком оглянулась. Эрл стоял и

смотрел мне вслед. Я открыто улыбнулась ему – и он мне в ответ, неуверенно и немного растерянно, именно улыбнулся, а не усмехнулся, как обычно, и оттого лицо его помолодело и стало симпатичным, и даже как будто напомнило кого-то…

Это все сон, подумала я, все сегодня выглядит как сквозь волшебную призму…

Едва миновал месяц бурь, офицеры решили послать разведчиков за пределы Гавани. Никто лучше наших не знает здешние места, но они настаивали, чтобы пошел кто-нибудь сведущий в воинском деле.

– Вы слишком слабы! – заявила я Дэйву и повернулась к Эрлу, – а вы…

– …хромой, – закончил он. – Рад, что вы так печетесь о нашем здоровье, но мы собирались послать Хагена и Джейка.

– И еще, – решительно сказала я. – Что бы ни случилось. Никто из ваших людей не должен указать стрейкерам дорогу в Гавань.

Дэйв внимательно смотрел на меня.

– Другими словами, если им придется спасаться бегством…

– Пусть ищут спасения в другом месте.

Дэйв отвел взгляд: хотя он сознавал мою правоту, ему было неприятно, что это сказала именно я – женщина. Я сжала зубы. Что ж, тем лучше. Легче будет не думать о том, какая у него приятная улыбка, и как мягко светятся его глаза, когда он на меня смотрит…

Поддержка пришла с неожиданной стороны. Эрл лениво поднялся, засунув пальцы под широкий ремень.

– Леди права. На ее месте я поступил бы так же.

Дэйв окинул нас взглядом – в усталых серых глазах мелькнула усмешка.

– Не сомневаюсь…

Порджес просто засиял, когда узнал, что отправляется вместе с разведчиками. Как я и опасалась, молодые мужчины, овладев кое-какими воинскими навыками, просто рвались опробовать их в деле – даже самый благоразумный из них.

Порджес вдруг помрачнел.

– А этот… капитан здесь остается?

– Конечно, он еще плохой ходок, – ответила я, не понимая причины его озабоченности.

– Этот малый пройдоха еще тот! – недовольно сообщил Порджес. – Всюду свой нос сует, словно он здесь хозяин! Не знаю, как вы тут с ним справитесь без меня.

Я сумела спрятать улыбку.

– Уж как-нибудь, Порджес. Я же остаюсь не одна. Да и отсутствовать ты будешь недолго.

Он неспокойно качнул головой.

– Говорил вам, доверяете какому-то бродяге, кто знает, что у него на уме! Мнится, решил он прибрать к рукам Гавань… И вас.

– Меня?

– Вы же не замечаете, как он на вас смотрит. Прямо как кот мышку стережет!

Сравнение с мышью меня развеселило.

– Надеюсь, до твоего возвращения меня не съедят!

– Экая вы недогадливая, леди Янга! – выдохнул Порджес. Щеки его раскраснелись. – Да ведь он вас как женщину хочет!

Я потеряла дар речи. Этакая чушь… Я знаю, как смотрят на женщину, которую желают. Так никто никогда на меня не смотрел.

– Порджес! Да он меня терпеть не может!

– Может, для вас оно и так. Да только со стороны-то виднее, леди. А вы такая молоденькая, неопытная… Что вам стоит голову задурить речами ласковыми…

Я засмеялась. Ласковое слово – от Эрла! Скорее Дракон его обронит!

– Я буду очень осмотрительна, Порджес. А теперь иди, офицеры ждут.

Порджес посмотрел на меня печальными глазами, качнул головой и пошел прочь.

Нам не впервой было снаряжать охотников – но не на такую дичь… Провожая взглядом четыре фигуры, медленно двигавшиеся по белому склону, я подумала вслух:

– Лучше бы я пошла сама.