Любовь к красному - Ольга Гусейнова

— Ы-ы-ы… — выдохнула я в отчаянии. — Я застряла, представляешь?!

— В каком смысле — застряла?

— В прямом! Руку заело… наверное, рукав зацепился…

Я подергала руку — без толку. Затем потянула второй рукой рукав, еще раз, а в третий, психанув, сильно дернула — раздался звук треснувшей ткани, на плече.

— Что там у тебя трещит? — принимала активное участие в моем злоключении подруга.

— Жизнь! — рявкнула я. — И рукав жакета оторвался, елки-палки.

— Так сними и попробуй выдернуть его, а потом и руку, — внесла «дельное» предложение Ясмина, вряд ли представлявшая, как я тут раскорячилась.

— У меня под жакетом только бюстье, боюсь, соседи не оценят стриптиз посреди улицы.

— О, я уверена, обязательно оценят. Но ты можешь расслабиться: в полседьмого мало кто из дома выходит. Они же не работают в «Теренс и Крылов». Помнится, машину ты поставила у ворот и, как обычно, криво. Значит, с улицы тебя прикрывает зад автомобиля и соседские кустики.

— Если меня посчитают нарушительницей общественных нравов, во всем будешь виновата ты! — проворчала я, как змея из кожи, выворачиваясь под немыслимыми углами из жакета.

Откинув мешающийся хвост за спину, я поправила белье, а то чуть грудь не вывалилась от усердия. Только бы никто не увидел, как я тут в красном кружевном бюстье, застегивающемся спереди и плотно облегающем тело до талии, «развлекаюсь». Узкую юбку тоже пришлось немного задрать, чтобы не мешалась, в результате еще и бежевые кружевные резинки от чулок выставила на обозрение. Полное бесстыдство!

— Эва, не переживай, да кто тебя извращенкой-то сочтет? Ты что? У тебя же на лбу крупными буквами написано: «Не подходи, а то заморозит!»

— А сейчас я полуголая и изогнулась неприлично, — поддразнила я. — Поэтому надпись на лбу вряд ли кто разглядит.

— Ладно, потренируйся на мне, а потом брутальному самцу, который должным образом оценит твое положение, расскажешь или лучше покажешь.

— Спасибо, я как-нибудь обойдусь, вот вытащу рукав этот, призраками проклятый…

Я пыхтела все отчаянней, но ткань застряла основательно, а моя рука, зажатая между сиденьем и стойкой, начала терять чувствительность.

— Эва, сколько можно уже мужчин избегать? А? — в отчаянье завопила Ясмина, будто в данный момент поговорить больше не о чем. — Ну не повезло тебе один раз, встретила морального урода, неужели теперь всех под одну гребенку равнять?

— Ты права, очень не повезло. Так не повезло, что три дня в коме провалялась, с трудом выжила, — выдохнула я зло, но не на подругу, с которой мы «сражаемся» на эту тему не впервой, а на обстоятельства.

— Послушай, снаряд в одну воронку дважды не попадает, — привела она «коронный» довод. — Да, твой первый мужчина оказался садистом, но нельзя же себя из-за этого хоронить? Отталкивать всех, кто по-настоящему в тебе заинтересован.

— Уж не о своем ли начальстве печешься? — ехидно осведомилась я.

— О, к тебе Тадеуш до сих пор мосты наводит? — завопила добровольная «сводня». — Ну ты посмотри, вот и герой будущего романа нашелся.

— Смотрю. А не слишком ли ты к нему снисходительна? Женатый мужчина, который пытается ухаживать за другой женщиной, — не герой.

— Ему простительно — начал разводиться. Правда, даже с такой женой, как у него, имущество и детей делить придется долго и нудно.

— Некрасивая ситуация, — посочувствовала я начальнику юридического отдела.

— Эва, вы почти идеальная пара. Мужчина с высоким положением в обществе, которому не повезло в первом браке, потому что жена изменяла и злоупотребляла алкоголем…

— Ты сейчас перед судебным заседанием решила речь отрепетировать? — хихикнула я, порядком вымотавшись дергать затекшей рукой.

— Да послушай меня! Он как узнает, что у тебя был только один мужчина, секс с которым ты даже не помнишь, а после пять лет вообще без интимных отношений…

— Ясмина, я тебе язык вырву, если ты хоть кому-то намекнешь! — рыкнула я, приподнимаясь и становясь на четвереньки, чтобы дотянуться до динамика телефона.

— Эва, если наши мужчины пронюхают, что такая красотка хранит себя для гипотетического любимого, замучаешься отбиваться от предложений выйти замуж.

— Все, хватит болтать! Если я через пять минут не освобожусь сама, тебе придется срочно ехать ко мне, — взвыла я от отчаяния. — Иначе опоздаю на работу, и меня уволят. А автомобильный плен вряд ли сочтут достаточным основанием для оправдания. Твой шеф меня не интересует. Совсем! И знаешь, я без обнародования подробностей своей отсутствующей интимной жизни найду себе достойного мужчину. И вообще…

— Ладно-ладно, ты чего разнервничалась, — озадачилась Ясмина. — Сейчас допью кофе и оденусь. Перезвоню перед выездом.

— Твой кофе пахнет даже здесь, — устало выдохнула я, обессиленно уткнувшись лицом в сиденье, на самом деле чувствуя запах этого чудесного напитка. — Поторопись, а?!

Ясмина отключилась, а я снова забилась в отчаянной попытке вырвать руку из тисков собственного коварного автомобиля, будь он неладен, уже не против содрать кожу на запястье, но освободиться.

— Девушка, может быть, вам помочь? — раздался глубокий грудной мужской голос, буквально прошивший меня от макушки до кончиков пальцев, — слишком низкий, чуть грубоватый, чересчур мужественный.

Я сперва застыла от неожиданности, затем медленно повернула голову. Восходящее солнце немного слепило, но не мешало рассматривать рослого мужчину с массивной атлетической фигурой, одетого в белую офисную рубашку с двумя верхними расстегнутыми пуговицами, черные классические брюки и туфли. Еще я словно со стороны видела, как стою коленями на асфальте, локтем упираясь в резиновый коврик у пассажирского сиденья. Задом к огромному незнакомцу, который возвышается надо мной.

— Э-э-э… я ключи уронила… простите…

Ситуация — нелепей не бывает.

Мужчина легко и плавно опустился позади меня на колени и все равно оказался слишком большим. Слишком сильным, широкоплечим, мускулистым и опасным. И невероятным!

Загорелый брюнет с глубокими, полночно-черными глазами в обрамлении пушистых ресниц, чуть более густыми, чтобы быть идеальными, бровями. Высокий лоб пересекают тонкие морщинки. Прямой нос «уточкой», высокие скулы и твердая линия подбородка добавляют его лицу мужественности. Не красавчик, но из той породы мужчин, на которых женщины реагируют самой своей женской сутью.

Вот и я замерла в весьма двусмысленной позе, нагнувшись и одновременно в немом удивлении таращась на незнакомца. А когда обратила внимание на его виски, у меня глаза, наверное, из орбит вылезли, — шелон! Мало того, не цветной вьюнок, а абсолютно черный, как и глаза.

— Не волнуйтесь, девушка, я Доминик Ресс, а вы моя новая соседка, верно?!