Нечисть по найму - Елена Малиновская

Я кивнула, подтверждая размышления Кира. Конечно, наемники отказов не принимают. Дело только в том, что у меня давно были весьма дружеские отношения с главой их гильдии. И как свидетельство этого на редкость выгодного знакомства – охраняющий знак, при виде которого любой разгоряченный выпивкой мужчина сразу же трезвел, смиренно извинялся и с быстротой молнии исчезал в неизвестном направлении.

– Сколько в итоге возьмешь? – хмуро спросила я, поняв, что храмовник за меня расплачиваться не собирается.

– Сейчас подсчитаю. – Кир с трудом встал со своего места и, покачиваясь, отправился к столу, за которым обычно производил расчеты. – Пять серебряников за прошлую неделю, да аванс на два месяца, да серебрушка за просрочку. Итого – десять монет.

«Чего?» – едва не удивилась я в голос. Нет, Кир всегда готов был приврать, но – не себе в обиду. А хорошо считать в уме он мог в любом состоянии. Хоть мертвецки пьяный, лежа под столом.

– Спокойно, – предугадав мой вопрос, тихо шепнул незаметно подошедший храмовник и легонько сжал мой локоть. – Все в порядке. Плати, сколько он сказал, и идем уже отсюда.

Я с сомнением покосилась на Шерьяна. Оказывается, у него масса достоинств, весьма полезных в наших темных делишках. Эх, жаль, что он служитель бога, иначе бы в напарники взяла.

Кир благодушно смотрел, как я с болью в сердце и слезами на глазах отсчитываю требуемую сумму. Затем небрежно смахнул маленькую кучку монет в ящик стола, даже не удосужившись проверить. Точно, околдовал его храмовник. Такого отродясь не бывало.

– Доброй дороги! – настигло нас около самого порога напутствие трактирщика. – Надеюсь, ваше путешествие не затянется сверх уплаченного времени.

Вот тогда-то меня в первый раз посетило неясное дурное предчувствие. Будто кто-то неосторожно взял фальшивый аккорд, который неприятно резанул по ушам. Ох, во что-то неладное я влезла. Моя интуиция меня никогда не обманывала. Зря, что ли, до ста лет дожила и даже хвоста не лишилась по глупости или недомыслию.

* * *

Как я и предполагала, Шерьян даже не предложил мне помочь донести дорожную сумку. Я пыхтела под тяжестью ноши, обливалась потом и буравила спину храмовника злобным взглядом, пытаясь поспеть за быстрым шагом моего работодателя. Долго так продолжаться не могло. Когда перед глазами замельтешили черные мушки, я поняла, что еще немного – и просто-напросто свалюсь в обморок от теплового и солнечного удара. Поэтому присмотрела себе симпатичную тень от аккуратного двухэтажного домика, где и остановилась, даже не подумав окликнуть Шерьяна. Тот пробежал по инерции почти половину улочки, затем заподозрил неладное и оглянулся. Я гордо восседала на своей сумке и вальяжно обмахивалась рукой, старательно делая вид, будто не понимаю, почему мужчина вдруг покраснел от возмущения. И вообще – не имею никакого отношения к этому странному типу, который выбрал для прогулки самое жаркое время суток.

– Тефна, – прошелестел храмовник голосом, до неузнаваемости измененным бешенством.

– Шерьян? – Я с показным изумлением подняла брови. – Что-то случилось?

– Вообще-то да. – Осознав, что я не собираюсь покидать своего места, он с сожалением сделал несколько шагов назад. – Если ты забыла, то напомню: мы очень спешим.

– Правда? – еще сильнее удивилась я. – Тогда напомню и я, что на самом деле это ты спешишь. В нашем договоре не было ни слова о сроке выполнения работы.

Я осеклась под пристальным, немигающим взглядом Шерьяна. Кажется, мне наконец-то удалось вывести этого типа из себя. И практически без усилий с моей стороны. Интересно, как именно будет сейчас ругаться храмовник? Служителям бога вроде запрещено сквернословить. Всегда мечтала услышать, как они выпутываются из столь печальной ситуации.

К моему огорчению, Шерьян даже общеизвестное орочье ругательство не употребил. Просто горестно возвел потемневшие от ярости глаза к небу, прошептал пару слов на каком-то древнем наречии и уже через миг крепко подхватил меня под локоть. Я невольно поморщилась от боли: пальцы мужчины чересчур сильно впились в мое предплечье. Однако стойко продолжила восседать на прежнем месте, изо всех сил противясь попыткам работодателя поднять меня на ноги.

– Пойдем. – Храмовник произнес это спокойно, но почему-то от его негромкого голоса меня мороз продрал по коже. – Не выводи меня из себя.

Чувство самосохранения призывало меня не вступать в пререкания с работодателем, здравый смысл робко намекал, что я уже достаточно отдохнула и без проблем преодолею оставшийся путь до дома Шерьяна. Но тут совершенно некстати вмешалось въедливое любопытство.

«И что он с тобой сделает? – с сарказмом вопросило оно. – Достанет свой жуткий меч и примется с дикими криками гоняться за тобой по всему городу? Да его мигом стражники задержат и в темницу на пару суток упекут до выяснения обстоятельств. А этого времени вполне хватит на то, чтобы со всем скарбом, нажитым непосильным трудом, перебраться к гномам».

– Я устала, – прохныкала я, не без усилий освобождая руку из мертвой хватки храмовника. – И вообще, где твое хорошее воспитание? Несчастная, слабая девушка из сил выбивается, тащит на себе неподъемный груз, а ты тут налегке прогуливаешься.

– Это ты-то несчастная, слабая девушка? – искренне возмутился Шерьян. Воровато огляделся по сторонам и продолжил, чуть понизив голос: – Ты здоровая нечисть, которая без проблем уложит взрослого мужчину на обе лопатки и даже не запыхается при этом. Хватит канючить! Сумку взяла – и вперед!

Конечно, в чем-то он был прав. Благодаря звериной ипостаси мои возможности куда шире, чем у обычного человека. Полагаю, я даже Шерьяна могла бы сейчас усадить к себе на загривок и допереть до места назначения. Но это еще не означает, что за мной не надо ухаживать, оберегать и лелеять. В конце концов, он мужчина, он пусть тяжести и тягает! Тем более что в человеческом облике я ничем не отличалась от обычной девушки. И мои силы сейчас были весьма ограничены столь хрупкой оболочкой.

– Не пойду, – гордо фыркнула я. – Тебе надо, ты и тащи. А я, так и быть, рядом пошагаю.

– Тогда ты рискуешь отправиться в путешествие налегке. – Шерьян чуть скривил уголки рта в усмешке. – Мне твое барахло и даром не нужно.

Я скептически поджала губы, показывая, что мне его угрозы совершенно безразличны. Нет, ну в самом деле, безумно интересно, как храмовник собирается неуступчивую нечисть с места сдвинуть. Быть может, он меня на руки возьмет и так дальше понесет? Ради такой романтики я даже готова со всем своим добром расстаться.

Реальность оказалась банальной донельзя. Шерьян, словно уловив мою последнюю крамольную мысль, как-то весьма нехорошо ухмыльнулся и больно схватил меня за запястье, рывком поднимая на ноги.

«Отлично! – мысленно фыркнула я от с трудом сдерживаемого смеха. – Он будет меня тащить за руку всю дорогу, а я тогда имею полное право упираться, ругаться и громко плакать от подобного самоуправства. Интересно, как долго его нервы выдержат столь оглушительное звуковое сопровождение?»