Безжалостный. Свидание со зверем - Анна Владимирова

— Что с ней? — повысил я голос доктору, хлопотавшему с Энди. — С ней все будет нормально?

— Пока стабильно, — недовольно оглянулся тот. — Идите на обработку! Весь пол залили кровью…

— Рейн, я подключу спеца по таким, как она, — сообщил Харт, когда я опустился в кресло в процедурном кабинете. А я только сейчас подумал, что раз Харт тут со мной, то нигде больше не нужен.

— Что там?.. — кивнул я на двери.

— Взяли главного, но пока он в соседней реанимации, — тяжело вздохнул он.

— Сколько их было? — цедил, терпя боль.

— Придется шить, — вставил доктор, бросая очередной окровавленный тампон в урну.

— Двое, — невозмутимо откликнулся Харт. — Второго застрелили.

Теперь понятно, почему он тут. А еще понятно, что я все провалил. Если этот не выживет — все было напрасно.

— Твои…

— Без потерь, — понял он меня правильно.

Хоть что-то хорошее.

— Надо проверить всех врачей, — размышлял вслух, откровенно не думая.

— Уже, — беспощадно кивнул Харт, а я поймал короткий напряженный взгляд своего доктора. — Простите, работа…

— Да понятно, — покачал док головой и мстительно указал Харту на двери. — Выходите отсюда. У меня тоже работа… — Рон отлепился от угла и покорно покинул перевязочную. — Я дам вам обезболивающие. Сейчас еще ранение перевяжем…

— Давайте позже, мне нужно к девушке.

— Вы ей не поможете. А вот нам не надо добавлять работы и отнимать время у нее, — сурово зыркнул на меня врач. — Давайте руку.

Пришлось повиноваться, хотя всеми органами чувств был в соседней комнате.

Сердце Энди билось ровно, будто и не было ничего, и это вселяло надежду. Но стоило подумать, что с ней снова что-то случится, и я тонул в отчаянии. Удивительно и дерьмово, но страх за дочь отступил на фоне происходящего за стеной. Я ведь выбрал сейчас не ее… Я выбрал Энди и себя.

— Мой знакомый доктор вылетел на вертолете сюда, будет через двадцать минут, — бесцеремонно ворвался в процедурную Харт, когда меня заканчивали бинтовать.

Я только слабо кивнул — пусть делает, что считает нужным.

— Я только хочу быть с ней.

— Я снимаю с тебя конвой — ты больше не пленник тут, — кивнул Харт.

— Может, Энди надо в Клоувенс? — с сомнением глянул на него.

— Здесь лучшее оборудование — это клиника специального назначения, — напряженно отозвался Харт.

А я почувствовал себя уязвимым и… благодарным ему за понимание.

— Хорошо… Спасибо, Рон.

Он кивнул… и поймал меня под руку, когда я пошатнулся, резко поднявшись.

— Потеря крови, нервы… — прокомментировал доктор. — Осторожней будьте.

Я кое-как дополз до палаты Энди и опустился перед ней на стул. Она лежала бледная, хрупкая, как подснежник, и только волосы чернели вокруг лица. Приборы отмеряли ровные удары сердца, грудь еле заметно приподнималась на вдохе… И не было ничего вокруг. Я так хотел коснуться, прижать к себе, и понимал, что сломаю, сделаю только хуже…

…Не знаю, сколько просидел так. Меня не трогали. Влили какой-то энергетический коктейль, сделали капельницу…

— Привет…

Как незнакомец оказался рядом, я даже не заметил.

— Я доктор Карлайл. — Не протянул руки. Перевел взгляд на Энди. — Расскажете все подробней?

— Брайт, — приблизился с другого бока Харт. — Он свой. Только он может помочь Энди. Сотрудничай.

Я кивнул, глядя, как доктор усаживается рядом, не спуская взгляда с медицинской карты.

— Расскажите про первый оборот, — попросил он. — И какие отношения у вас были до него.

Я рассказал все. Как планировал использовать, как она сопротивлялась… Со стороны смотреть теперь на все это было странно. А доктор продолжал листать карту, придирчиво щурясь на что-то…

— Я тоже смотрел ее карту, — вдруг что-то дернуло меня признаться. — Энди принимает препараты железа, но в карте у нее не было отклонений в гемоглобине. И врачам она в этом не призналась.

— Может, давно принимает, — даже не глянул он на меня.

— Неделю назад ей прописали. — А вот теперь цепкий взгляд прошелся по моему лицу. Доктор нахмурился, вернулся в карте к первой странице с анализами. — У моей дочери была анемия, — объяснил я. — А так я не особо разбираюсь в этих показателях. Но знаю, что недели недостаточно, чтобы восполнить недостаток.

— Недостаточно, — задумчиво повторил он. — А то, что она пьет, соответственно, у нее где-то в вещах?

— Да, — кивнул я.

Карлайл вытащил мобильный и набрал Харта, и уже через десять минут в нашем распоряжении был пузырек без названия с гладкими красными капсулами.

— Здесь можно провести анализ? — поинтересовался доктор у Харта.

— Само собой, — кивнул тот.

— А Энди… что вы по ней скажете? — потребовал я.

— Сейчас важнее понять, почему у нее случился сердечный приступ, — перевел он на меня взгляд. — Хорошо, что ты вспомнил такие детали. Если причина в таблетках — это одно. Если нет, то будем разбираться дальше.

— Думаешь, ее чем-то кормили? — поднялся я, когда Карлайл вышел в коридор следом за местным врачом.

— На записи Бинан открывает двери камеры, когда ты на него кидаешься. Он, походу, знал, что там тебя ждет. Может, Энди, Бинан и тот, кого пристрелили, не помню, как его… Их могли заслать сюда, чтобы ликвидировать тебя.

— Энди? — туго соображал я.

— Если сейчас окажется, что в таблетках не препарат железа, то да… Ее могли использовать отвлекающим маневром. Она же обернулась днем, не ночью, как в первый раз.

— Черт, — тяжело задышал я.

— Не дергайся. Она жива. Это главное.

— Если этот там сдохнет, все было напрасно, — выдохнул я, протирая лицо здоровой рукой.

Харт набрал было воздуха в грудь, чтобы что-то сказать… но неожиданно промолчал.

— Ладно, — вздохнул. — Мне пора. Звони, если что, и сотрудничай с Джастисом.

— С кем?

— Карлайл, — кивнул Харт на двери под моим вопросительным взглядом.

— Что происходит, Рон? — потребовал я, когда он уже собрался направиться прочь.

— Узнаю — сразу доложу, — отбрил он. — А тебе надо быть здесь. Ты нужен Энди.

И ничего не возразишь. Я сделал выбор. И дал всем о нем знать. И Харт этот выбор одобряет и защищает его. Но только он.

Никогда еще мне не было так страшно.

Я видела, что творю в звере… Чувствовала дикий страх, будто меня замуровали в могиле, и не могла пошевелиться. Я звала Рейна, но зверь не умеет кричать. Мне было так плохо, что я кинулась на него, пытаясь сбросить это оцепенение, достучаться, попросить о помощи… Но все было бесполезно.