Наследница тела - Татьяна Лисицына

– Убирайся, она моя! – услышала Алиса и увидела рядом точку, похожую на светлячка.

– Что значит, твоя? – возмутилась мысленно Алиса. Как, вообще, такое тело может быть ничьё? Оно обязательно должно принадлежать кому-то. И тут в её памяти быстро всплыл разговор с Сергеем Петровичем: направить туда, куда ты хочешь, мы тебя отправим, а дальше всё зависит от тебя. И ещё он рассказывал про борьбу тел. Только теперь Алиса поняла, что та сила, которая притащила её сюда, исчезла. Теперь она могла двигаться в любом направлении, что и произошло, когда она испугалась. Внезапно Алиса увидела нить, которая связывала девушку и удалялась в небо. Нить становилась всё тоньше и тоньше. Внезапно Алиса осознала: если помедлить, то эта красавица умрёт, а в мёртвое тело уже не войти. Войти можно только в состоянии между мирами. Алиса быстро приблизилась к телу, замечая, что вокруг девушки собралась толпа, а какой-то мужчина в военной форме стоял возле неё на коленях.

– Мари, пожалуйста, не оставляй меня. Мари! О Господи! Не дай ей умереть.

Алиса почувствовала, как её снова грубо толкнули, потом ещё раз. Ещё и ещё. Алиса увидела, что вокруг очень много светлячков, и все они пытались приблизиться к девушке. Наверно, со стороны я выгляжу так же. Слетелись, как мухи. Ну вот уж на этот раз я не буду медлить и отступать. Хватит быть размазнёй, у которой всё отнимают. Почувствовав внезапный прилив сил, она быстро, не обращая внимания на толчки, направилась по нужной траектории, изгибаясь и уворачиваясь, пока вместо чувства невесомости не в голове не появилась боль.

Огромным усилием воли, словно на веках лежали камешки, она открыла глаза и увидела голубые глаза мужчины, в которых стояли слёзы.

– Мари, посмотри на меня. Доктор скоро будет.

– Я здесь, – ответила она еле шевелящимися губами, чувствуя, как опускаются веки, отгораживая мир тёмным занавесом.

Алиса проснулась. Боль в затылке стала тупой, лежать на подушке было тяжело, она чуть повернула голову набок и открыла глаза. Напротив кровати стул из красного дерева со скруглённой спинкой и подлокотниками, украшенными головами льва. Передние ножки выдвинуты вперёд.

Откуда у нас с Антоном такой стул? Алиса перевела взгляд на окно. Из приоткрытых зелёных штор, спадающих складками до самого пола, струился слабый свет. Потолки были высоченными. Слева от окна стоял резной туалетный столик с зеркалом, украшенным позолотой. Этот предмет мебели Алисе всегда хотелось иметь в спальне, но мечта осталась мечтой. Значит, я не дома, подумала Алиса. Или мне это снится. Если бы не слабость, принуждающая закрыть глаза, она бы рассматривала комнату, словно была в музее.

Воспоминания приходили постепенно. Измена Антона. Звонок в фирму. Пустота. Коридор. Тело красивой девушки на мостовой. Борьба. Неужели я вошла в тело этой красавицы? Вспомнился мужчина, стоящий перед ней на коленях и называющий её Мари.

Дверь отворилась, в комнату заглянула девушка с белой наколкой на голове. Их взгляды встретились.

– Мария Алексеевна, вы проснулись?! Вот счастье-то. Сейчас Андрея Ивановича позову. Они только что приехали со службы.

Девушка выскочила из комнаты, Алиса почувствовала, как от напряжения голова стала тяжёлой и заболела. Неужели она та самая Мари, которая лежала на мостовой?

В комнату быстрыми шагами вошёл мужчина средних лет в зелёном военном мундире.

– Мари, – он быстро пододвинул стул к кровати и сел, склонившись над ней. – Как ты себя чувствуешь?

Кажется, этот мужчина мой муж, подумала Алиса, вглядываясь в его лицо. Пышные волосы с проседью и бакенбардами. Большой, красивый нос. Спрятанные под густыми бровями голубые глаза казались беззащитными. Лоб прорезали глубокие морщины. В наше время таких мужчин называли брутальными. Алиса вдруг с ужасом подумала, что совершенно не знает, как говорили в те годы, поэтому пролепетала, что ей лучше.

– Как ты нас испугала, милая?!

– Что случилось?

– Ты не помнишь?

Алиса покачала головой.

– Прости меня, – вдруг склонил голову мужчина. – Не нужно было тебе этого рассказывать.

– Но о чём ты?

– Не будем об этом. Во всём моя вина. Я не заметил извозчика.

Интересный сюжет, подумала Алиса. Там меня сбил автомобиль, здесь карета или что там у нас ходит по дорогам? Её снова охватил приступ паники. Она ничего не знает об этом времени. Как она собирается здесь жить? И вот этот чужой мужчина, который так нежно на неё смотрит, её муж. И если она теперь его жена, то придётся лечь с ним в постель. А она к нему ничего не чувствует.

Вот уж отправилась на поиски любви, так отправилась.

– Мари, я велю подать завтрак?

– Попозже, – сказала Алиса, чувствуя, что от волнения не сможет ничего проглотить. – Мне бы хотелось поспать. И…– Алиса сомневалась, но ей не терпелось посмотреть на себя. – Могу я попросить зеркало?

– Зеркало?

– Ну я хочу убедиться, что с лицом, – Алиса вынула руку из-под одеяла и коснулась щеки, – всё в порядке?

Брови Андрея немного приподнялись, и Алиса подумала, что словосочетание «всё в порядке» не было принято в том веке.

– Твоё лицо так же прекрасно, как и всегда, – он взял руку Алисы и коснулся её губами, продолжая смотреть с какой-то невиданной в их времена нежностью. Кажется, он меня любит, подумала она, приятно удивлённая.

Может, и я его полюблю?

Андрей Иванович встал, Алиса проводила взглядом его крепкую фигуру и расправленные по-военному плечи. Он подошёл к туалетному столику, взял зеркало и протянул его Алисе.

– Сможешь удержать? Оно тяжёлое.

– Конечно. – Алиса взяла зеркало в руку и положила его на кровать. Ей не хотелось смотреться при нём. Вдруг на её лице отразится бурная радость или, наоборот, разочарование. Она чувствовала, как дрожит от нетерпения.

– Тебе, наверно, надо на рабо… службу? – спросила она.

Андрей наклонился и поцеловал её в щёку. Поцелуй был лёгким и бережным. Не такой быстрый клевок, какими награждал её Антон, когда они наспех прощались.

– До вечера, дорогая. Постараюсь сегодня быть пораньше, несмотря на то, что сегодня мне непременно нужно … – его густые брови сдвинулись, лицо стало напряжённым.

Как, этот тоже что-то от неё скрывает? Ну началось.

– У Рылеева, – наконец, выдохнул Андрей и быстро, словно боялся проговориться, пошёл к двери.

Пальцы разжались, зеркало выпало на постель. Он сказал у Рылеева?! Но ведь это означает, что он один из тех, кого потом назовут декабристами. Участник заговора. Ведь не танцевать же они там собрались у Рылеева.

Алиса закрыла глаза. Прочитанные страницы вставали перед глазами. Декабристы собирались создать манифест. Или уже создали. Этим занялся или будет заниматься князь Трубецкой. В плане было: убить царя и всех членов его семьи. Назначили Каховского. Алиса почувствовала, что дрожит. Вот так история. Неужели из-за того, что ей хотелось любви, теперь она оказалась, запутанной в историю восстания. И, вообще, какое сегодня число? Алиса вытерла мокрый лоб. Ей было холодно и жарко одновременно. Шутка ли за сутки пережить две аварии?! Да ещё новость, что муж заговорщик. Надеюсь, он не один из тех, кого повесят?! Но тогда ему светит каторга?!