Война с орками - Милослав Князев

— И чем эта моя шутка хуже всех прочих? — удивленно спросил муж.

Действительно удивлен, не разыгрывает, как это с ним часто бывает.

— Все дело вовсе не в самой шутке, хотя она, как обычно, не смешная, а в том, о ком, — начала объяснять я.

Однако муж так и не понял.

— И что такого в том, что мы перед эльфами вместо кубков выставим собранные Анжей черепа? Или у ушастых с этим делом связано какое-то табу?

— Вначале ты про другие черепа говорил, — напомнила Эль.

— А у демиургов они что, какие-то особенные? У меня на родине раньше считалось за честь из черепа достойного человека испить. Ладно, понял, молчу.

— То-то, — сказала я, хотя и не была уверена, что муж все понял.

Скорей всего, ничего не понял, просто не пожелал с нами ругаться.

— Готов искупить вину и пожертвовать в тех же целях часть своей коллекции, — предложил он.

— Это какой такой коллекции? — с подозрением спросила светлая.

— Ножей! — чуть ли не с обидой напомнил Дим.

— Не стоит, — сказала я, — слишком уж они у тебя…

— Ценные?

— Разные!

— И потом, нож не ложка, у каждого и собственный найдется, — добавила Эледриэль.

Поэтому званый обед в честь темной эльфийской принцессы получился почти таким же, как и два с половиной месяца назад. Только теперь в зале стояло не два, а три длинных стола. Один для темных, один для светлых и посередине, разделяя их, третий, для людей, гномов и диких эльфов.

Поскольку принцесса Кирзимирэ прибыла одна, в том смысле, что не как избранная с командой друзей, то и за главный стол напротив трона тоже попала одна из всей делегации темных.

— Ну и имечко, — прошептал мне муж, — срочно нужно переименовать в Киру, если будет вести себя хорошо, или Кирзу, если наоборот, а то забуду или язык сломаю!

Хорошо хоть я полог молчания поставить успела!

Дим специально рядом с темной принцессой место для Алисилиэль оставил. Та опять свой фокус с ложкой повторила, а заодно и миску с чашкой из-за пазухи вытащила. Темная сама виновата, что вытаскивать нечего. За несколько дней, что они уже провели в долине, могли бы и узнать, как здесь светлых принимали. Не у них самих, естественно, у кого-нибудь другого. Мне за таких родственников даже немного стыдно. Никакого понятия об этикете.

В остальном же обед ничем не отличался от такого же для светлых. Правда, неприличных анекдотов в понимании темных эльфов никто так и не услышал. И еще по окончании представители новой делегации сразу подошли просить разрешения на строительство своего посольства, а не стали уточнять, не шутка ли это была. Раз светлым разрешили, то и темные ни за что не уступят. В этом Дим был абсолютно прав.

Еще перед самым обедом, с утра, моя троюродная сестра или тетка Кирзимирэ (все зависит от того, по какой линии смотреть) купалась в фонтане. Дим опять устроил цирк с подготовкой к фотосессии и раскладыванием фотоаппаратов на подоконнике, а мы с Эледриэль снова оттащили его от окна. Как и в прошлый раз, дали только самым краем глаза посмотреть на эльфийку в бикини, идущую к фонтану. Но теперь ни визга, ни смеха, долетающих до нас из открытого окна, не было. Темная принцесса просто выполняла обязательную часть ритуала и не более того. Своей светлой конкурентке уступать она не собиралась. Это Алисилиэль видела, как мы с Эль купались в священном пруду Первого Леса светлых эльфов, а вот Кирзимирэ аналогичного зрелища в моем родном лесу не наблюдала, так как в то время ее там просто не было. Поэтому для нее все это представлялось глупой, но необходимой формальностью и не более того.

Разумеется, ни я, ни светлая ни на мгновение не подозревали мужа в возможной измене. Просто ведем уже давно начатую игру, которая вполне устраивает нас троих. Так интересней. Вначале это была направлено у нас с Эледриэль друг против друга, а теперь на всех остальных. Хотя ревность — человеческое изобретение, и скажи мне кто-нибудь лет пятьдесят назад, что я с удовольствием стану в нее играть, ни за что бы не поверила.

Эледриэль. Светлая эльфийка

Полностью повторить бал, который мы дали светлым, при всем желании не удалось бы. Если на обеде разных эльфов нетрудно было рассадить за отдельные столы, то с танцами такое не очень-то и получится. Во всяком случае, мне это представить было затруднительно, а вот Ва’Диму не составило труда.

— Давайте зал забором разделим, — предложил муж.

Это он так шутит. Мы с Ларой даже отвечать не стали.

— Или столом весь зал перегородим, — продолжил теоретизировать Дим. — А что? Закуски заодно разложим. И будут светлые танцевать по одну сторону, а темные по другую. Тоже не нравится? Ну, тогда следите за своими родственниками сами, чтобы не передрались.

— Не передерутся, — уверенно ответила Лара.

— Тут и следить особо не нужно, — подтвердила я. — Мы ведь запретили.

— Ну как хотите. Мое дело предложить.

На этот раз мы решили не мучить лишний раз мужа танцами и ограничиться двумя короткими с нами. Однако темная принцесса откуда-то узнала, что на прошлом балу Алисилиэль танцевала с князем Ва’Димом, и тоже его пригласила.

— Меня копирует! — гордо прокомментировала избранная светлых.

Но Кирзимирэ, или Кира, как упорно называл ее Дим, если и копировала, то не во всем. Гнома звать и не подумала. Да и наш муж удостоился такой чести только потому, что князь. А вот Алисилиэль, видимо, решила собрать всю коллекцию партнеров по танцам. Пригласила одного из темных, а тот, как ни странно, согласился.

— Мазохисты, — объявил муж.

Действительно, ощущения должны были быть не из приятных, а они кружили по залу обнявшись. Принцессе светлых осталось еще с кем-нибудь из лисов потанцевать, и будет полный набор. Но до такого Алисилиэль пока не дошла.

В остальном все было то же самое, только музыканты темные. Ну и Анжа, разумеется, на этот раз тоже на темных эльфов охоту устроила. Все ей неймется. Она уже даже с половиной гномов переспать успела, не говоря обо всех остальных. Но, пока к моему мужу не лезет, мне ее приключения неинтересны.

И еще, пела в основном Лирмилиэль. Добралась она не так давно до музыкального артефакта, и ей почему-то понравились самые непонятные песни. Вот их и исполняла, не заботясь о том, что подумают гости.

Светит незнакомая звезда

Сквозь бронестекло родного шлема,

Тают, как туман, светогода

В дюзах, отмотавших полвселенной.

Никто, кроме ее самой и нашего мужа, ничего не понял. Если в первой хоть о чем-то догадаться было все же можно, то следующая вообще не поддавалась никакому трактованию.

Мы врывались в атмосферу из заоблачной дали,

Сквозь огонь в стальную стену развернулись корабли.