Я не верю в магию - Марина Леванова

Шум со двора, скрип рассохшихся половиц и громкий мужской голос — всё ужасно раздражало и мешало спать. А ведь ей снился такой чудесный сон: она снова была ребёнком, Ниира — живой, и они вместе были до неприличия счастливы.

Где-то что-то уронили — громоздкое и тяжёлое, раздалась жуткая брань, послышался быстрый топот ног; кто-то кричал, кто-то громко смеялся, а кто-то, совершенно не стесняясь в выражениях, ругался.

— А нельзя ли немного потише? — недовольно прокричала Варя, не открывая глаз.

Перевернулась на живот, схватила подушку и со злостью плюхнула себе на голову, потянула за уголки наволочки, чтобы закрыть уши и больше не слышать этот шум. Как же ей не хотелось просыпаться! Но всё было тщетно: там кто-то орал во всю мощь своей лужёной глотки.

— Там? — Варя подскочила на кровати, заспанным взглядом обвела помещение. — Где — там? — Она не узнавала этого места. — Где я?

Последнее, что она помнила, было…

“А собственно, что было-то?”

Странно, но она не могла вспомнить, как оказалась здесь, и что предшествовало этому. Точнее, какие-то страшные образы возникали в голове, отчего сердце начинало тотчас тревожно сжиматься, но она их упорно гнала прочь.

Взгляд упал на стул возле кровати, на котором странным образом появился её мешок. С силой зажмурилась и потрясла головой, открыла глаза. Так и есть. Её походный мешок находился рядом с ней на расстоянии вытянутой руки.

— Ну и как, дружок, ты здесь оказался? — Подозрительно прищурилась, обводя взглядом помещение, выискивая шутника. — Или как я тут оказалась?

И тут вдруг все эти жуткие образы разом навалились на неё. Варя рухнула на кровать, часто задышала. Она всё вспомнила. И раз её мешок здесь, это значит только одно: Дариус не выжил. Нет, она не хотела плакать, но подлые слёзы сами потекли по щекам.

— Значит, у меня не получилось ему помочь. — Уткнулась в подушку и принялась рыдать в голос: — Я этого не хотела! Не так…

В коридоре громко хлопнули дверью, раздались сердитые мужские голоса.

Варя села и испуганно уставилась заплаканными глазами на вход. Почему-то в голову пришли последние слова Дариуса: “Только сразу объяви их своей добычей”. С сомнением посмотрела на мешок.

— Ну и как прикажете мне это сделать?

Представила себя, как с ноги открывает дверь и орёт во всю мощь своих лёгких: “Это моя добыча!”

— Да ну, на фиг! — Опустила босые ноги на пол и поморщилась от холода. — Да легче забрать мешок и по быстрому сбежать отсюда, пока кто-нибудь ещё не присвоил мои вещи.

Развязала тесёмки и заулыбалась. Прямо сверху лежали кожаные сапожки, даже подошва была из кожи — только в несколько слоев; на ощупь это было похоже на замшу, но гораздо мягче и шелковистее. И они были насыщенного тёмно-зелёного цвета. Варя залезла в мешок поглубже. Там обнаружилось платье в тон сапожкам и что-то, очень напоминающее облегающие джинсы, но только из какого-то неведомого ей материала, и никаких застёжек и «молний», сплошные завязки. Строчка к строчке ровные швы, каждый стежок был выполнен вручную мастером. Каждая вещь была своего рода маленьким шедевром и показателем мастерства того, кто их создал. Обнаружился также небольшой мешочек, в котором оказались разноцветные драгоценные камни. Варя высыпала несколько штук себе на ладонь и понесла к солнечному свету.

— Боже мой! И у неё всё это время были эти драгоценности и она ни одного не потратила на нас? — Варя не могла поверить в происходящее. — Мы ведь могли безбедно жить с Ниирой в любом городе, купить квартиру, машину, и ей бы даже не пришлось работать на двух работах. Да ей бы вообще не пришлось работать!

Почему-то вдруг стало обидно. Вспомнились все лишения и экономия на каждой мелочи. “Такое богатство, а мы обходились малым”. Среди вещей лежало и письмо.

Дрожащей рукой вытащила его из мешка. Конверт оказался тоже необычным: шершавым и тёплым, на нём не было никаких опознавательных знаков, но она точно знала, от кого это послание, и от этого было не по себе. С опаской вскрыла конверт и принялась читать.