Проклятый муж - Дарья Ратникова

К завтраку Сара спустилась не в лучшем настроении. И тем удивительнее для неё было присутствие на нём её мужа.

- Доброе утро, графиня, - поздоровался он, приглашая её жестом за стол.

- Доброе утро, - опустив глаза, проговорила Сара. Странная робость овладела ею.

- Я надеюсь, вы после завтрака свободны? Я хотел бы проводить вас в библиотеку.

- Конечно, - кивнула Сара, комкая в руках салфетку. Утро не задалось. Она с трудом могла съесть хотя бы немного традиционного пудинга. Все мысли вертелись вокруг посещения библиотеки. Что от неё нужно мужу?

Завтрак в полной тишине длился, наверное, минут двадцать. После этого граф встал, взял свою трость и, хромая, направился к выходу из столовой, приглашая Сару следовать за ним. Она отправилась за мужем, мельком заметив, что он так же почти не притронулся к завтраку, который состоял у него почему-то из одной каши.

Они шли по полутёмному коридору, едва освещённому кое-где редким светильником. Сара отстранённо подумала, что надо бы спросить у графа, почему он не любит света. Наконец, коридор закончился, и муж распахнул перед ней дверь, приглашая внутрь. Сара зашла вслед за ним и едва не ахнула. Библиотека была огромной, в полном смысле этого слова. В ширину и в длину она казалась едва ли не больше бального зала в родовом имении Бален. Здесь ярко горели газовые светильники, так что Сара могла в полной мере оценить вкус хозяина имения. Стены библиотеки были обиты панелями дорогого светлого дерева, выкрашенного, видимо, такой краской, что надолго сохраняла дерево от гниения и плесени. С одной стороны в библиотеке стояли книжные шкафы, стройными рядами, уходя вглубь комнаты, а с другой - располагалось место, где можно было, уютно устроившись, почитать книгу. Массивный дубовый стол, пара кресел в дорогой обивке тёмного цвета, в тон столу, несколько стульев, трюмо, писчие принадлежности на нём и большой глобус.

Граф подошёл к столу, с трудом, опершись на трость, почти упал в кресло, приглашая Сару присоединиться. Она села. Тревога вернулась с прежней силой.

- Я вижу вы боитесь и недоумеваете, графиня, зачем я позвал вас в библиотеку, - в его голосе слышалась только усталость. - Не бойтесь. Мне надо лишь обсудить с вами кое-какие формальности наследования имения, а познакомить вас с бумагами. После моей смерти вы, как следует из договора, останетесь моей единственной наследницей, а состояние у меня приличное.

Сара слушала графа с недоумением. Неужели он только для этого позвал её в библиотеку и обозначил этот час в договоре? Так ведь она и сама бы на это согласилась. Неужели это всё?

- То есть вы хотите обучить меня? И ради этого в договоре прописали этот час? - Спросила она удивлённо.

- А что вас удивляет? - Граф устало откинулся на спинку кресла. - Я же не знал, что за характер будет у тали Бален, будущей моей жены. Может быть, она упала бы в обморок при виде меня. А так, приписка в договоре обезопасило моё имущество от расточения хотя бы в ближайшее время после моей смерти.

Сара внимательно посмотрела на графа. Но за маской ничего не было видно. Спросить или не спросить?

- Зачем вы женились на мне, граф Даррен? - Рискнула она, ожидая чего угодно - вспышки гнева, молчания, злости, но никак не того, что последовало за этим вопросом.

- Боюсь, графиня, вы мне не поверите. Видите ли, Проклятых не принято считать меценатами, людьми, способными на что-то из чистого альтруизма. Так что, чтобы я не сказал, вы всё равно будете считать только так, как вам удобнее, - Саре послышался грустный смешок под маской. Мысли её мешались. Граф сказал «из чистого альтруизма». Что это такое? Она сидела напротив него молча, пытаясь осознать только что услышанное. - Ну так что, приступим к обучению?

Сара молча кивнула. Как жалко, что она не видит лица графа, да и ему ведь, наверное, неудобно в маске.

- Граф Даррен, вы можете снять маску, если вам неудобно. Я не боюсь вас, а Язен теперь в пансионе и его вы не сможете напугать, - сказала она и сама испугалась своих слов.

- Вы удивляете меня, графиня, всё больше и больше, - в голосе её мужа действительно чувствовалось изумление. Но он подчинился её просьбе и снял маску. Сара даже не вздрогнула. Наоборот, живое, хотя и изуродованное лицо, по сравнению с маской, показалось ей приятнее. - Ну теперь вы довольны? Можете принести мне бумаги? Они лежат вон в том шкафу, на третьей полке.

Сара вздохнула, потом встала и принесла бумаги. Неужели граф будет действительно учить её? Но он, видимо, и не имел в виду ничего другого. Почти целый час он объяснял ей состав его состояния, и каких ещё возможных наследников, претендующих на его имение, следует иметь в виду. Сара слушала с удивлением и запомнила мало, хотя и старалась честно. Видимо, граф увидел, что она уже мало что понимает, поэтому сказал:

- Я вижу вы устали, графиня. Можете идти. На сегодня вы свободны. Завтра, если вам не трудно, в то же время.

Сара развернулась и хотела уже уйти, как её внимание привлекло выражение лица графа. Он скривился, как от боли. Почти не сознавая, что делает, она вернулась и спросила:

- Граф Даррен, если вам не трудно, посоветуйте мне что почитать. А то здесь немного скучно одной.

- С удовольствием, - если он и удивился, то вида не подал. Он встал, опираясь на трость, и направился между книжных рядов.

- Вы что любите? Любовные романы - вот здесь, история и политика - здесь, стихи

- на тех шкафах. Вот там свежие газеты и журналы. Генрих забирает их с почты раз в неделю.

Сара выбрала себе томик стихов и любовный роман. Этого хватит на пару дней. А потом она возьмёт что-нибудь ещё.

- Благодарю вас, граф, - она улыбнулась ему и направилась к себе.