Люди и нелюди - Олег Бубела

Казалось, этой пытке не будет конца. Как попугай, я повторял одно и то же, чувствуя недовольство лежавшей у моих ног Мурки. Большая кошка не понимала смысла этого допроса, но я-то знал, что Лихтош намеренно тянет время, пока его начальство на самом верху решает, как с нами поступить. Знал и безропотно сносил это изощренное издевательство.

Но таким ангельским терпением могли похвастаться не все. Спустя часа полтора, в очередной раз подавив зевок, я услышал голос разгневанной Вики, донесшийся из комнаты напротив. Не стесняясь в выражениях, моя супруга озвучила свое мнение об остроге, сообщила, в каком месте желала бы видеть его работников, а под конец пообещала оторвать допрашивающему ее дознавателю лишние, по ее мнению, части тела. Мысленно согласившись с каждым словом девушки, я понадеялся, что до членовредительства дело не дойдет. И точно – криков боли, сопровождающих операцию по принудительной смене пола, не раздалось, но реакция на «нервный срыв» орчанки последовала. Спустя минуту в кабинет Лихтоша заглянул мужик в черном и сообщил, что меня и мою команду желает видеть градоначальник.

В большом, роскошно обставленном зале совещаний, куда нас всех доставили, помимо начальника Мишета и самого героя, присутствовало несколько незнакомых мне личностей, а за широким столом восседали трое хозяев Ирхона – градоначальник и пара глав самых влиятельных гильдий. Последние, бросив на нас слегка заинтересованные взгляды и даже не предложив присесть, пожелали услышать историю о случившемся из первых уст. Бравый командир, успевший сменить доспехи на подобие парадной формы, охотно приступил к докладу.

Меня, как и нелюдей, особо не удивило, что доклад Мишета был уже версии 2.0, исправленной и дополненной. К примеру, согласно ему, стражник не по собственной инициативе отправился в кузнечный район, а после отеческого благословения начальства. Не попросил помочь своего приятеля-одаренного, а заблаговременно получил в отряд лучшего мастера магического прикрытия. Не бросился в схватку очертя голову, а придерживался плана, разработанного лично начальником гарнизона…

Дальше я не слушал – вырубился с открытыми глазами. А очнулся от прикосновения. Это Вика, заметив, в каком состоянии я нахожусь, сочла нужным подхватить меня под локоток, предоставив лишнюю точку опоры. Пропустил я не много – градоначальник, пообещав бравому командиру, что его заслуги будут отмечены особо, как раз переходил к комплиментам в адрес его шефа, «сумевшего без сучка и задоринки провести опасную операцию по истреблению ворья». Судя по сияющему лицу начальника гарнизона, он догадывался, что одними комплиментами дело не ограничится, и ожидал в скором времени получить большую плюшку в виде прибавки к жалованью или ордена на свою широкую грудь.

После этого хозяева Ирхона сосредоточили внимание на нас, и началась вторая серия допроса. Вот только судейскую коллегию не интересовали подробности стычки, они желали узнать, каким образом мне удалось собрать столь колоритную команду, откуда у нас появились кошки, почему я до сих пор не стал членом гильдии искателей… и тому подобное. Делая вид, что сильно робею в присутствии столь высокопоставленных особ, я использовал предельно лаконичные фразы, нарывался на дополнительные вопросы, а порой включал дурачка и наглым образом уходил от ответа.

Моя тактика сработала на «отлично» – не прошло и четверти часа, как троице облеченных властью персон надоело работать языками. Оставив попытки выжать из меня хоть что-нибудь помимо краткого пересказа давно известных им городских сплетен, хозяева Ирхона скупо поблагодарили нас за помощь в ликвидации воровской шайки, обиняками попросили Дара не раздувать инцидент, намекнув, что в случае произвола со стороны его сородичей будут вынуждены действовать согласно имперским законам, и указали на дверь. Мы только этого и ждали. Простились с присутствующими, взяли свои сумки и поспешили к выходу.

– Даже не верится, что все уже позади, – с облегчением сказала Вика, едва мы покинули здание городской администрации.

– Все? – я невесело усмехнулся. – Не забывай о ворах.

– Но ведь в их смерти виновата городская стража! Какие к нам могут быть претензии?

– Это согласно официальной версии. А она вряд ли устроит Щипача и его людей.

– Думаешь, глава воровской гильдии не оставит тебя в покое даже после такой демонстрации силы? – вяло поинтересовался Ушастик.

– Ага, – не выдержав, я сладко зевнул и пояснил недогадливому эльфу: – Проваленная ликвидация – знатный щелчок по его носу. И если раньше Щипач еще мог замять конфликт, то сейчас мое устранение стало для него делом чести, способным восстановить пошатнувшуюся репутацию… Так что нам нужно хорошенько подумать, имеет ли смысл в ближайшее время возвращаться в Ирхон.

Супруга коротко выругалась, понимая, что сабельки из голубой стали могут еще долго не попасть к ней в руки, а я поглядел на рыжую:

– Как прошел твой допрос? Надеюсь, ничего лишнего не ляпнула?

– Нет, командир! – бодро отрапортовала Лисенок. – Только то, что ты приказал.

– Ну, раз так, линяем отсюда к чертовой бабушке!

– А где она живет? – простодушно уточнила девушка.

Я устало махнул рукой и повел команду к восточным воротам, поддерживаемый сердобольной Викой. В ее помощи особой необходимости не было – на ходу я заснуть не боялся, но отказаться не смог. Передававшиеся супружеским амулетом чувства орчанки, в которых преобладала забота, были для меня как бальзам на душу. Нежась в них, я краем глаза заметил, что Ушастик тоже едва переставляет ноги и пошатывается, словно пьяный. Переживая, как бы он не рухнул по дороге, я попросил Лисенка подставить эльфу дружеское плечо.

Дар вымотался настолько, что без возражений облокотился на рыжую. Вот так, двумя сладкими парочками в сопровождении хвостатых, мы продефилировали через весь город. Я даже представить боялся, сколько разнообразных слухов породит наш сегодняшний демарш, а благодарность к Мурке, продолжавшей выступать в роли буфера между нами и любопытной толпой, увеличивалась с каждой пройденной сотней метров.

У ворот меня поджидал неприятный сюрприз – сегодня дежурила команда Ярута. Заметив нас, привратники оживились. Все, кроме моего приятеля, который, увидев меня, даже не шелохнулся. Нет, выпучивать глаза или раскрывать в изумлении рот командир не стал, но зубы стиснул с такой силой, что проявились вены на висках. Подойдя поближе, я из последних сил растянул губы в подобии улыбки и обратился ко всем:

– Приветствую доблестных защитников! Как служба?

– Идет потихоньку, что ж ей еще делать? – весело сказал Дон.

– Славно. – Я повернулся к командиру, до сих пор изображавшему статую: – Ярут, дружище, приятно видеть тебя в добром здравии! Как успехи, как поживает Мина?

Ну же, не стой столбом, дурилка! Потрудись изобразить радость от встречи со знаменитостью Пограничья. Люди ведь смотрят! Понимаю, ты удивлен – казавшийся идеальным план не сработал, но возьми, наконец, себя в руки!

– Хозяин, он не удивлен. Он боится, – поправила меня подруга.