Тайна Синих лесов - Алекс Орлов

– Ничего не поделаешь, приятель. Ладно, пойдем назад.

И они стали пятиться, поглядывая по сторонам и держа наготове луки с вложенными стрелами. Царившая вокруг тишина казалась подозрительной.

– Ну что там, ваша милость? – спросил гном, когда разведчики появились у костра.

– Он ушел, растаял, как ночной туман. А вот кто это был, не знаю.

– Колдовство?

– Возможно, чей-то лазутчик.

– Простого лазутчика вы бы враз разделали, – заметил Углук, обследуя пустой котел.

– Теперь я слышу скрип колес, – сказал эльф. – По дороге кто-то едет.

– С востока?

– Нет, теперь с запада.

– И далеко? – спросил Углук, отряхивая с меча прилипшие травинки.

– Две сотни шагов.

– Что-то они зачастили.

– Да уж, – согласился Каспар. – Приготовьтесь, неизвестно, с чем они к нам…

Фундинул вынул из чехла топор, а Бертран стал быстро утягивать доспехи.

Едва закончили приготовления, из-за поворота выползла грохочущая телега. Ее тащила худая изможденная лошаденка, ее погонял бородатый старик, а из-за его спины выглядывали несколько женщин и целый выводок детей разного возраста.

– Уже лучше, – сказал Каспар, опуская лук.

Увидев вооруженную группу, старик с перепугу вскочил с козел, но, не удержавшись, свалился на обочину.

– Ой, господа дорогие-важные, не губите сирот горемычных! Натерпелись мы, нагоревались, раздетые, как есть пустые! Пощадите!

– Не вой и подойди сюда. И не бойся, никто вас не тронет, – сказал Каспар.

Старик проворно поднялся с колен и подбежал к Каспару; лошадка, оставшись без возницы, остановилась и стала равнодушно пощипывать сухую траву; пассажиры телеги попрятались среди нехитрых пожитков.

– Беженцы мы, ваша милость, из деревни в тридцати милях на запад.

– И что заставило вас бежать из деревни?

– Хворь неведомая идет по нашему краю, мор черный, беспощадный, – запричитал старик, и из его глаз покатились слезы. – Людей раздувает, и в два дня они уже мертвые. Все села к западу от нас уже опустели, ну а мы не стали ждать, подхватились, кто остался, и побежали.

– Хворь, говоришь? – вмешался Бертран. – А почему в Ливене о ней ничего не знают?

– Так она совсем недавно началась, ваша милость, и семи дней не прошло, как у нас люди помирать стали. Говорят, от засухи это, прежде ведь у нас такого не бывало.

– Ладно, езжайте, – махнул рукой Каспар.

Старик поклонился и проворно побежал к телеге, по-молодецки на нее запрыгнул, стеганул кнутом клячу, и та потащила телегу по дороге. Скоро ее громыхание затихло вдали.

– М-да, эдакая хворь меняет все наши планы, – сказал Каспар.

– Гномы не подвержены людским болезням, ваша милость! – гордо заявил Фундинул.

– Орки тоже! – добавил Углук.

– А эльфы вообще не болеют, – неожиданно подал голос Аркуэнон.

– Зато мы с Бертраном очень даже болеем – ничто человеческое нам не чуждо. Так что с завтрашнего дня меняем маршрут и поворачиваем на юг.

Каспар помолчал, ему показалось, будто он слышит в лесу треск сучьев, однако Аркуэнон ни о чем таком не сообщал.

Решив, что ему показалось, Каспар продолжил:

– Нужно подумать, куда теперь идти.

– Но на юге владения лорда Кремптона, – напомнил Бертран, – вряд ли он будет рад видеть нас.

– Он будет так рад, что даже вышлет нам навстречу взвод рейтар.

– Мы не раз их били и разобьем еще, – сказал Углук и, поплевав на клинок меча, поскреб его ногтем.

– Значит, поворачиваем на юг, – подвел итог Каспар. – А теперь всем спать, с завтрашнего дня нам придется двигаться вдвое быстрее. Фундинул, ты сторожишь первым, тебя сменит Углук, его – Аркуэнон.

Себе Каспар оставил самую трудную утреннюю смену.