Ричард Длинные Руки - гроссграф - Гай Юлий Орловский

- Цурюклефил, - заорал я, - убей ту сволочь!

Три демона-гарпии услышали мой приказ, даже находясь в поднебесье. Я только увидел, как со свистом падающего снаряда понеслись три тела, маг вскинул голову, но не успел вымолвить слова.

Одна гарпия все же вспыхнула синим огнем, раздался треск, ее расшвыряло на куски, но две другие обрушились на мага, сбили с ног, прижали к полу и свирепо рвали его тело огромными зубатыми пастями.

- Отлично! - прокричал я. - Вперед, вперед!… Паблио о муэртэ!… Кляйнемаускомнахаус, твое время!

Вдали от крепости появился небольшой смерч, но быстро рос, наконец стремительно надвинулся на крепость. Ее заволокло мерцающей пеленой, я видел стены и каменные башни, словно сквозь грязное матовое стекло.

- Ломай!… Круши! - прокричал я бешено. - Там прячется от нашей справедливости мести ваш угнетатель!… Нам нечего терять, кроме собственных цепей!… Весь мир насилья мы разрушим!!!

Смерч все еще усиливался, сорвал флаги и флюгера, затрещали и начали отрываться на башенках крыши. Маги убежали с балконов, но даже в окнах едва кто показывался, свирепый вихрь тут же выдергивал из помещений, с диким хохотом скручивал еще в воздухе жертву так, что во все стороны брызгали струи жаркой крови, а на землю падала сухая шкурка с перемолотыми в мелкую гальку костями.

- Так их! - заорал я. - Если враг не сдается - его уничтожают! Да здравствует буревестник мировой революции!

Каменистая земля в долине с громом и грохотом взлетела, словно подброшенная взрывом мощной авиационной бомбы. В пыли и падающих комьях почвы из недр поднялся и завис летательный аппарат, у меня радостно стукнуло сердце в узнавании чего-то знакомого, однако летающее существо оскалило громадную пасть, испустило дикий пронзительный визг, от которого едва не снесло череп, и ринулось в сторону крепости.

- И вместо сердца, - крикнул я вдогонку, - пламенный мотор!… Хорошо! Круши тоталитариста…

Демон превратился в плоский диск размером с танцплощадку, с шумом пронесся над самой землей и ударился в основание последней из башен.

Подрезанная у самой земли, она вздрогнула, качнулась и просела. Я ждал, что рассыплется, никакой цемент не выдержит такую встряску, однако башня постояла, покачиваясь, затем наклонилась и начала медленно падать в сторону дворца.

Испуганные крики стали громче. Башня обрушилась на здание, как карающая десница Господня. Восточное крыло смяло, словно картонную коробку. Взлетели клубы удушливой желтой пыли, осколки камня разнесло подобно брызгам.

Оставался только мрачный массив главного здания, что похож на целый город. Смерч все еще терзал его, растянулся, охватывая целиком, не давая никому выйти на многочисленные балконы, кружил и рвал, но заметно слабел.

Я терялся в догадках, и лишь когда смерч рассыпался в пыль и бессильно упал на землю и пропал, я понял, что сами стены крепости то ли магически ядовиты, то ли поглощают энергию.

- Выбить ворота донжона! - прокричал я. - В царство свободы дорогу грудью проложим себе!… А еще и другим угнетенным!… Свободу Лумумбе!

Перед воротами вздыбилась земля. Из холма поднялся огромный каменный демон, ростом с ворота, разогнулся и, подойдя к ним, с яростным ревом ударил кулаком размером с цистерну.

Ворота затрещали, прогнулись, но, к моему изумлению, выдержали. Голем ударил снова, те прогнулись сильнее, будто парус под напором ветра, однако вернулись на место.

Я заорал люто:

- Лупите цю скалу! Нехай ни жар, ни холод не стунит вас!…

С ворот голема начали обстреливать стальными стрелами. Я видел, как вспыхивают искры на каменной голове и плечах, иногда откалывают куски камня.

Голем с яростным ревом принялся бить обоими кулаками в ворота. Со стен набежали люди в доспехах и рубили огромными стальными топорами, похожими на колуны для рубки дров, а также кирками.

- Выбей! - прокричал я. - Всем телом!… Безумству храбрых поем мы песню!

Голем отступил на пару шагов, над воротами уже собралось не меньше двух десятков человек, в глазах рябило от блестящих искорок металлических стрел. Он покачнулся, накренился вперед и ринулся, опустив голову.

Ворота затрещали, прогнулись, затем раздался мощный и очень странный звук лопнувшего шара. Голем упал вовнутрь двора, под ним трещали разбитые обломки ворот.

Он начал подниматься, хромая, но сверху из массивного здания обрушился огонь, подобный греческому. Голем жутко закричал, как кричал бы смертельно раненный линкор, остановился, размахивая руками, а на него обрушились еще и еще порции огня.

Я сорвал с плеча лук, на балконе третьего этажа маг в черном двигает руками, из его ладоней выметнулся очередной огненный шар, но не успел он коснуться объятого пламенем голема, как моя стрела пропела песню смерти. Белое оперение возникло в правом глазу чернокнижника.

Маг перегнулся через барьер и сорвался вниз. Голем уже корчился на земле, его красное тело расплывалось кипящей лавой, проседало в землю. Одежда мага вспыхнула, едва он ударился о горящую землю.

Я пустил коня вперед, тот простучал копытами по багровой лаве, разбрызгивая, словно водицу.

Я крикнул павшему голему:

- Спи спокойно, дорогой товарищ! Твоя смерть не напрасна! Ты погиб, но свобода будет жить!

Обгоняя меня, к головному зданию ринулись орды демонов, некоторые сразу начали карабкаться по стенам, просто чудо-спайдермены, другие с грохотом бились головами, плечами и копытами в стены донжона.

Из темного пространства холла выметнулся огненный шар и покатился, грохоча и разбрызгивая багровые искры. Демоны с воем брызнули в стороны, но двух все-таки придавило и оставило от них выжженные силуэты.

Следом из донжона вышли в три ряда могучие воины, закованные в железо с головы до ног, а за ними ряд магов в оранжевых плащах. Первые же демоны пали от их ударов, только самый крупный из железа устоял и с ревом крушил защитников стальными кулаками. Трое упали, но остальные, несмотря на испуг, начали тыкать остриями копий, рубили топорами. Демон убил еще пятерых, те догадались закрыться от него щитами и били уже тяжелыми молотами и окованными стальными шипами палицами.

Внезапно с тяжелым грохотом копыт в зал ворвался на обезумевшем от страха коне сэр Макиннон. Меч в его руке с размаху опустился на шлем воина в центре.

- За леди Лукрецию! - прокричал он.

Мне почудилось, что он вроде своего коня, уже не соображает, что делает, но сейчас это неважно, никто не отступает, люди и демоны сражаются и умирают стойко, но мы теряем драгоценные минуты, я с криком повел бегом охраняющую меня группу мимо сражающихся в глубь донжона.

- За мной, - покрикивал я, - за мной! У них отвлекающий маневр!… А нам надо добить врага…

- …в его логове, - прорычал один из демонов.

- Правильно! - крикнул я с воодушевлением.