«Черная пехота». Штрафник из будущего - Александр Конторович

– Ну, так и что ж тебе неясно? Он же прямо сказал – жди других людей. То есть на данного полкана посмотреть можно, даже и поговорить невредно. Но вот решать он не уполномочен. Тогда, Кир, слушай сюда. Делаем так…

– Здравствуйте. – Через порог перешагнул полноватый мужчина в российском военном камуфляже, без знаков различия.

– И вам не хворать, – дружелюбно откликнулся Андрей, сидящий на корточках около газовой горелки. На ней шипел закипающий чайник.

– Присаживайтесь. Располагайтесь, как дома. – Я указал гостю на деревянную скамейку, стоящую около стола.

– Но не забывайте, что в гостях! – влез Андрюха.

– Ага. В чужих, – хмыкнул я. – Вечно бы тебе трепаться, балабол.

– Все-все-все! Умолкаю и исчезаю! Тем более что и чайник уже закипел.

Андрюха погасил горелку и исчез за дверью с кипятком. Гость уселся на скамейку, поерзал, устраиваясь. Его сопровождающие, два солдата-миротворца и лейтенант, остались стоять около двери.

– Слушаю.

– Вас долго пришлось разыскивать, Александр Сергеевич. – Гость снял кепи и пригладил редковатые волосы.

– А на какой, простите, предмет? И кого вы представляете?

– Полковник Благов. ФСБ.

– И что? Я уже в отставке, чего ради меня искать? Да еще и целому полковнику?

– Не паясничайте, у вас это плохо получается.

– А я серьезно. Не понимаю, зачем я вам понадобился?

– У нас есть к вам ряд вопросов. Лейтенант, – повернулся Благов к командиру миротворцев, – вы не могли бы, э-э-э… подождать со своими солдатами на улице?

Лейтенант молча козырнул, и вся троица потопала к выходу.

– Лейтенант, скажи ребятам – пусть вас чаем угостят, он у нас неплохой, – крикнул я ему вдогонку. – Итак, какие у вас ко мне вопросы?

– Вы предлагаете говорить об этом здесь?

– У меня выбор есть? Что-то мне подсказывает, что при пересечении границы с Россией домой я могу попасть очень не скоро. Или я ошибаюсь?

– Ну, это уж не по нашему ведомству…

– Разве? Что ж вы мне тут дурака валяете, полковник? Не стыдно?

– Я попросил бы вас! В конце концов я старше вас по званию!

– Ага. И по возрасту. Прямо как в фильме «Семнадцать мгновений весны». Там это Мюллер Штирлицу говорил. Вот что, полковник, давайте сразу расставим точки над «и», не возражаете?

– Ну…

– Вот ты меня сначала накорми. Потом запряги. А уж потом и понукай. Товарищем я вас называть не буду, ибо с вами вместе не служил и уважения к вашей нынешней миссии не испытываю. Господ у меня, слава богу, нет. А имени-отчества вашего я не знаю. Так что обойдемся воинским званием.

– Хорошо. Пусть так.

– Ну и славно. Так что ж вам от меня надо-то?

– Я уполномочен предложить вам вернуться в Россию.

– Зачем? Мне и тут хорошо.

– Помимо ваших эгоистических соображений существуют еще и государственные интересы…

– На которые мне полным и абсолютным образом насрать.

– Не забывайтесь! В конце концов, для человека, находящегося в розыске, вы ведете себя неразумно.

– А кто все это фуфло выдумал? Не родная ли контора постаралась?

– Проблемы с МВД – это ваша собственная заслуга. Впрочем, мы могли бы их уладить. Если договоримся.

– А если не договоримся?

– Боюсь, что вам придется трудно.

– Это каким же образом, позвольте поинтересоваться? Что, МУР сюда приедет меня ловить?

– Вас выдадут местные власти.

– Данные товарищи с чистой совестью сообщат вам, что разыскиваемый гражданин границу не пересекал. И на территории страны официально не зарегистрирован. Да вы и сами все уже небось проверили, не так ли?

– Да, границу вы перешли нелегально.

– И еще раз перейду, чего мне терять-то?

– Не забывайте, у вас есть что терять и в России.

– Да ну? И что же?

– Ну, вы жили не один…

– Это угроза, полковник?

– Что вы! Просто жизнь сейчас трудная и сложная. Всякое случается…

– Да-да… Понимаю вас… вот поэтому я и подумал обо всем этом заранее.

Открыв коробку из-под патронов, я выгреб из нее охапку мобильников. Мы, отправляясь на выход, всегда их выключали и складывали в металлический ящик. Включив все телефоны, я начал набирать на них номера. Услышав ответ, я просил собеседника обождать, клал трубку на стол и набирал номер на следующем телефоне. Вскоре на столе лежало полтора десятка работающих телефонов. Благов изумленно смотрел на мои действия, но ничего не говорил.

– Маша? Здравствуй, это папа!

Трубка взорвалась восторженными детскими воплями. Переждав взрыв словесного вулкана, я спросил снова:

– Как вы там? Хорошо? Мама как? А остальные все где? Гуляют? А, в магазин пошли… Ну и славно. Я чуть попозже вам еще перезвоню.

Отключив мобильники, я спрятал их назад.

– До моих родных вы не добрались еще, так что и этот вертолет не полетит, полковник.

– Ну, откровенно говоря, это только вопрос времени…

– Которого у вас и так было до фига и больше. И результатов не принесло. И в будущем не принесет. Не обольщайтесь. В километре отсюда – село, в котором наверняка работает еще три-четыре десятка мобильников. Да и тут отследить, с какого именно из полутора десятков телефонов и куда я звонил, тоже будет нелегко. Пеленгатор вы сюда не подогнали, не предвидели такой ситуации. Станция сотовой связи грузинская. Вы к ним за биллингом обратитесь? Официально? Или как?

– Вы уж нас совсем за каких-то злодеев считаете! Мы с гражданскими лицами не воюем!

– Да ладно уж врать-то, полковник. Что вы тут мне сказки рассказываете? А то я всю жизнь бухгалтером проработал? Не знаю методов работы родной организации? Вы лично какой отдел представляете?

– А вам это зачем?

– Вы же договариваться приехали? Или я чего-то не втыкаю?

– В свое время вы это и узнаете.

– Тогда и приезжайте. Вы думаете, я не знал, что меня ищут? Что вы по всей стране мотаетесь уже месяц? Не захотел бы – и дальше бегали бы, как охотничьи псы по росе. Мне интересно стало: кто это такой упрямый? Сейчас расстанемся, и все – только вы меня и видели. Говорите сейчас, или разговора не будет.

– Отдел «В2».

– Охреносоветь… Это еще что за штука такая? Не сталкивался я с вами раньше. Даже и не слышал никогда.

– Вы много чего не слышали и не знаете. Так что цените внимание.

– Ага. И отношение. Нет чтобы нормально к человеку подойти, с уважением. Так, мол, и так – есть проблема, подумай. Нет, надо его в дерьмо окунуть, чтоб потом всю жизнь благодарил спасителей! А то, что человек туда нырять не хочет, не подумали? Или вам уже все по фигу?