Не позволю себя завоевать - Клара Колибри

– Вы чего делаете, ироды! Чего девчонку гоняете! – откуда-то выскочила пожилая женщина с поварешкой.

– Уйди, Рагна. Давен догоняй – уйдет!

А быстро же бегал этот скелет долговязый с черным ежиком на голове. Эх, у меня еще юбка спутала ноги. До изгороди не успела добежать, а Дав насел на спину, навалился на плечи и повалил в траву, подмяв под себя.

– Видар! Я ее поймал!

– Предатель! Раб! Ничтожество! – шипела, изворачивалась, брыкалась, очень хотелось ударить, боднуть, покусать…

Но меня скрутили. Уже в следующую минуту подбежал ангриец, и в четыре руки мужики справились со мной быстро. Поставили на ноги, заломили руки, дернули, тряхнули и повели к колоде, что стояла рядом с жаровней. Уй! Они там хотели прижечь мне руку?! Вид этого высокого чурбана, по всему, повидавшего много несчастных плененных страдальцев поднял во мне вторую волну силы. Эти двое не ожидали, а я так дернулась, что чуть ни лбами их столкнула. Получите! Сама же угрем выскользнула из вспотевших от натуги рук и снова пустилась в бега.

– Куда? Держи! Вот стерва! – такие возгласы, а еще топот трех пар ног слышались за спиной, а я неслась во весь дух. И снова к лесу, но теперь решила не перепрыгивать ограду, а проскочить в открытые ворота. Надо же, добежала! Вот только обрадоваться не успела, как увидала подъезжающего к усадьбе Ингвара. Что бы ему прямиком провалиться в ад! Меня заметил, тут же сообразил, что сбегаю, хищно сверкнул глазами и, пришпорив коня, направил его в мою сторону.

– Стоять! – ну вот, теперь и этот кричал и гнался.

А от верхового разве убежишь? Так у меня еще и подошва от совсем износившихся туфелек отвалилась на одной ноге. Беда! Стопу сразу же обожгло болью от вонзившихся камней. Но я не сдалась. Упорно продолжила бежать. И пусть оставляла за собой кровавый след. Пусть дышать стало совсем невмоготу, легкие разрывали хрипы, а во рту чувствовался соленый привкус. Я неслась к бору сумасшедшей козой. Задрала юбку до бедер, прыгала через валуны и канавы, петляла за появившимся кустарником… Пока чужая рука ни вздернула за шиворот и ни закинула на холку коня. Мрак! Проиграла. Вот и обвисла тогда уже тряпочкой на черной гриве.

– Что у вас здесь происходит? – задал вопрос Ингвар своим людям, когда въехал на середину двора усадьбы.

– А эта дрянь убежать решила! – противно резанул по ушам визгливый голос той блеклой заразы, так она еще и кулаком умудрилась до меня дотянуться.

– Симона! – рявкнул на нее хозяин. – Отойди прочь.

– А что она заявила, что рабыней ни за что не станет?! – желчное создание отошло, но стало пытаться на расстоянии плеваться в меня ядом. – Мы все ничтожества… да, так и сказала, а она вся из себя…

– Видар! Уйми ее и ответь, что произошло.

– Я приказал разжечь жаровню и приготовить клеймо…

– Кто тебе это приказал?

– Так!.. Всегда же так и было. Рабыням меняли имя и клеймили.

– Допустим. Но я, разве, отдавал такой приказ?

– Нет. Только я порядок знаю… – по голосу конюха могла понять, что заимел обиду на хозяина.

А я напротив, вся взбодрилась, начав верить, что конкретно в этом златовласом ангрийце есть человечность, и он отменит варварский порядок прижигать пленникам плоть. Хоть бы своим личным. Осадил же сейчас Симону и Видара? Да. Не отдал меня Андерсу? Было. Раздавал вдовам деньги и ценные вещи, чтобы могли прокормить детей, оставшихся без отцов?

– Вот когда скажу, тогда и сделаешь. А пока…

Нет. Я ошиблась. Мне только показалось, что могла бы присмотреться к Ингвару и увидеть в нем человека. Надежда на спасение вспыхнула и погасла. Только расслабилась, как и получила новый удар. Прямо под дых.

– На, прими, – начал спускать меня с холки коня в чьи-то руки.

Присмотрелась и признала Давена.

– Предатель! – зашипела на него, но не так, чтобы громко.

– А я что?.. – виновато отвел мужик глаза.

– Сбегать от меня бесполезно, – похоже, услышал нас хозяин. – Догнать беглую рабыню не проблема. Только кличь бросить, и желающих порезвиться из молодых и неопытных воинов найдется туча. Найдут за несколько часов, потому что обучены распознавать следы. И клеймо, не клеймо, а теперь уже все в клане и за его пределами знают, что взял себе новую рабыню… зажигающую в танце, длинноногую красотку…

И этот тип многозначительно посмотрел на меня. А вернее на мои ноги. Уй! Подол-то задрался, а еще черный ежик неаккуратно прижал его к бедру, продолжая держать меня на руках.

– Пусти! – дернулась, выскользнула, встала на ноги и одернула платье.

– Так что тебя и без клейма признают моей собственностью.

– Вот и не надо его ставить, раз так! – не удержалась, чтобы не огрызнуться.

– Не надо? – задумчиво обвел он меня своими серо-голубыми глазами. – Посмотрим…

Нет и нет! Он раззадоривал, просто. Не следовало снова покупаться на слова и растить в себе надежду.

– А сейчас… Рагна! Проследи, чтобы новенькая отмылась. Она же вся в пыли и черте в чем извалялась! И что у нее там с ногами? Сбила? Залечите! Все, я сейчас к себе. Подать мне перекусить. А потом пойду на охоту. Вечером будет праздник, хочу для него добыть оленя.

– А баран? – вскрикнул Давен. – Не резать, что ли?

– Резать. Мясо понадобится. Пировать станем до утра.