Тайна золотого города - Франк Шмайссер

«Укус переменного паука действует необратимо: их яд не травит и не убивает, однако меняет характер жертвы до неузнаваемости. К примеру, покусанные переменными пауками кухонные феи шарахаются от плиты, гномы избегают драк и начинают собирать гербарий или коллекцию наклеек, а утончённые эльфы превращаются в отпетых хулиганов – не прячут отрыжку, не чистят обувь и нарочно пукают при всех».

Лиззи поднесла факел к ближайшей ступеньке. Пауки шарахнулись от света в разные стороны.

– Отлично! – обрадовалась Лиззи. – Будем держаться на свету! Только всё равно смотрите, куда наступаете!

Оскар заставил Флориана встать, но малыш дрожал и не смел открыть глаз. Тогда Оскар решил, что надо проявить строгость.

– Хватит трястись! – велел он. – Открывай глаза и идём!

– Ни за что! Если я увижу пауков, с ума сойду! Я их ненавижу, – еле слышно добавил Фло.

Оскар сдался. Он взял друга за руку и повёл вниз, ступенька за ступенькой, пока Лиззи освещала путь.

Когда лестница закончилась, Оскар прошептал:

– Открывай глаза, Фло, пауков больше нет.

Флориан заморгал.

Они очутились в просторном подземном ходу, где повсюду были расставлены статуи гномов. Но Лиззи не дала друзьям глазеть по сторонам.

– Идёмте скорей!

Оскар достал из кармана волшебный шарик – тёмный и холодный. Что ж, по крайней мере, рядом не бродят тролли, хоть одна хорошая новость! Плохая заключалась в том, что Оскар явственно слышал чьё-то шарканье! Словно кто-то, хромая, подволакивал за собой ногу. И этот кто-то злобно урчал!

– Они нас услышали! Бежим! – крикнула Лиззи.

Мальчики рванули с места. Лиззи на бегу свернула в пещеру, где высился каменный монумент, похожий на трон. Вокруг него горели бесчисленные свечи. Спинка трона по своей форме напоминала боевой топорик, а подлокотники – мечи. На сиденье лежала пыльная розовая подушка. Перед троном стоял деревянный подъёмник, на который падал свет из окошка, застеклённого цветным витражом.

Окошко высоко в стене было приоткрыто… Минуточку, откуда здесь окно?!

Урчание сменилось воплями и рёвом. Зомби наступали! Оскар, как давний фанат фильмов и компьютерных игр, невидимым мечом изрубил у себя в детской не одну сотню живых мертвецов. В его памяти всплыли кадры из любимых фильмов, и они не сулили ничего хорошего! Насколько он помнил, выживали только главные герои, а второстепенные погибали почём зря. Главной героиней была Лиззи, а вот им с Флорианом, похоже, предстоит погибнуть во цвете лет!

– Хватит глазеть по сторонам! Ноги в руки! – Лиззи замахала им рукой из-за трона. – Сюда!

Едва Оскар с Фло шмыгнули за каменную спинку, в тронный зал ворвалась дюжина голодных зомби.

– Прыгайте наверх! – Лиззи отбросила факел, опустилась на корточки и сцепила руки в замок. Фло повернулся спиной и встал одной ногой на импровизированную лесенку. Лиззи с силой выбросила его вверх. Мальчик подлетел к потолку, уцепился за оконную раму и вылез наружу.

– Здесь нет выхода! – крикнул он сверху, но Лиззи уже подбросила вверх Оскара. Он благополучно выбрался в окно, обернулся и протянул руку, но девочка покачала головой, отошла на пару шагов, оттолкнулась от земли и по-кошачьи вскарабкалась по стене.

За высоким окошком скрывалась тесная ниша. Друзья присели на корточки и затаились. Из люка в потолке открывался вид на серое небо, – значит, снаружи уже наступила осень.

– Здесь мы в безопасности, – сказала Лиззи и плотно закрыла разноцветную оконную створку.

– Ты здесь уже бывала? – спросил Фло, устраиваясь поудобнее.

– Да, вместе с Гиннердиром.

По выражению лица Лиззи было понятно, что её мнение о собирателе яиц хуже некуда. А вот Оскара при мысли о нём обуревали смешанные чувства. С одной стороны, Гиннердир не раз приходил им на помощь и даже спас жизнь, когда они очутились в лесу, сбежав со стадиона. С другой стороны, тогда, у Бурлящего озера, он словно ополоумел: насильно держал Оскара под водой и вопил, чтобы тот поскорее пожелал попасть домой! Когда Оскар отказался и вырвался у него из рук, собиратель яиц попросту исчез и бросил их на произвол судьбы в окружении злющих драконов! С этой минуты Оскар перестал считать его своим другом.