Жена поневоле - Анастасия Маркова

– Мама вспомнила об одной девушке из прошлого, до которой мне теперь и дела нет, – Ральф произнес это с улыбкой на губах, которую страшно захотелось стереть, сказав какую-нибудь колкость в ответ.

– Правда, что ты любишь только меня? – решила таким образом хоть немного отомстить ему.

– Ну конечно, дорогая! – его глаза стали темнеть, а пальцы больно впились в левый бок. – Вы тут пока побеседуйте без меня, а я распоряжусь насчет праздничного обеда, – это было похоже на бегство. Никто из нас не успел вымолвить и слова, как он поторопился исчезнуть из малого зала. Ну, Ральф! Я тебе еще это припомню! Надо же было ему так подло поступить: оставить свою жену наедине с «железной» леди.

– Не буду скрывать, Оливия, что новость о вашем столь скоропалительном браке стала для меня полной неожиданностью, – первой нарушила тишину Ее светлость и поймала мою правую руку, а затем неспешно подвела к диванчику. Вот и настал час допроса.

– Вы расстроены? – решила потянуть время до возвращения благоверного.

– Чем? – она сделала вид, что не понимает, о чем я.

– Тем что Ральф женился, не спросив Вашего одобрения?

– Я очень люблю своего единственного сына и несомненно, желаю ему счастья. Поэтому с радостью приму любой его выбор, – она так красиво и чувственно говорила. Однако от моих ушей не укрылась ложь, хоть и тщательно завуалированная. – Расскажи лучше, как давно вы познакомились? И почему он прятал такое сокровище подальше от моих глаз? – она ловко перевела разговор в другое русло. «Не пронесло», – мысленно огорчилась я, стараясь ничем не выдать своего внутреннего состояния.

– Ой, ну что Вы, – мои щеки невольно запылали.

– Поделись, мне не терпится услышать эту явно невероятную историю вашего знакомства.

– Мы встретились в кабаре, – смущенно ответила, опустив при этом голову, но успела краем глаза заметить изумление, появившееся на ее прекрасном лице.

– А что ты там делала? – еле слышно спросила вдовствующая герцогиня, явно пришедшая в ужас от услышанного.

– Работала, – выпалила на одном дыхании. Мне стало ее немного жаль. Она точно не могла и предположить, что женой ее сына, столь влиятельного человека, окажется работница кабаре.

– И кем же? Танцовщицей? – процедила она сквозь сжатые челюсти. Ее уже потрясывало от негодования. Да, нелегко мне придется.

– Что Вы, – ответила ей с улыбкой на губах. – С моим-то ростом мне ни за что туда не попасть, – следовало сохранять спокойствие, а оно начало меня покидать.

– Тогда кем? – озадаченно вымолвила женщина.

– Официанткой, – с гордостью произнесла я. В этот момент открылась дверь, и в зал вошел Ральф. Мой убийственный взгляд, направленный в его сторону, был красноречивее слов.

– Надеюсь, вы полюбите друг друга, иначе разобьете мне сердце, – он сделал вид, что не заметил напряжения, повисшего в воздухе.

– Милая, надеюсь ты не будешь против, если мы оставим тебя ненадолго одну? – словно мое мнение кого-то интересовало.

Я утвердительно кивнула в ответ, и первой из комнаты вышла леди Кэтрин, а вслед за ней и мой муженек. Едва они скрылись из виду, как я опрометью бросилась к двери. Заметила, что мама с сыном направились в сторону рабочего кабинета Ральфа. Когда их шаги уже с трудом можно было различить, выглянула в коридор. Вроде хорошая возможность?.. И тихо прокралась туда. Особо напрягать слух не приходилось, поскольку недовольный голос леди Кэтрин отчетливо был слышен и за пределами небольшого помещения.

– Ты так реагируешь только потому, что я не женился на той, кого ты сама выбрала мне, – мой благоверный пребывал вне себя от злости.

– Да это же очередная охотница за деньгами! Ты разве этого не видишь? Или, Ральф, ты и вправду в нее влюбился без памяти, либо сделал это специально, мне в отместку! Так хоть бы помоложе тогда нашел кого-нибудь! – прокричала герцогиня. – Вот чем тебя так притягивают девушки по имени Оливия? Ты что-то слишком быстро забыл ту историю, – яд так и лился из ее губ. Мои кулаки сжались от злости. – Думаешь, теперь будет иначе?

– Не переворачивай все с ног на голову! – отрезал Ральф, отстаивающий свою позицию. – Думаю, разговор на этом можно считать законченным!

Для меня это послужило знаком – немедленно возвращаться в зал, тиначе могла быть застигнута врасплох, если благоверный внезапно вылетит из кабинета, заведенный высказываниями своей матери. У меня же появился вопрос, на который очень хотелось получить ответ: какая версия того случая стала известна моей свекрови, его или еще некая другая? Но то, что не моя, правдивая, так это точно.

Когда они вновь появились в комнате с непринужденными улыбками на лице, я сидела на диванчике с мечтательным видом, якобы и не выходила вовсе из помещения и не слышала их разговора. Каждый из нас прекрасно играл свою роль. Ее светлость снова села возле меня, в то время как Ральф остановился возле камина. Завязалась непринужденная беседа, пока слуга не объявил о том, что подан обед. Я не верила в то, что допрос свекрови на этом закончен, поэтому находилась в ожидании очередного каверзного вопроса.

– Оливия, а когда можно будет познакомиться с твоими родителями? Я бы с радостью отправила им приглашение, – словно невзначай произнесла моя свекровь.

– К сожалению, мои родители умерли, – я опустила глаза в тарелку и часто заморгала, надеясь, что они не заметят моих слез.

– Так ты сирота? – ее правая бровь взлетела вверх – та же привычка была и у моего благоверного.

– Да, – тихонько ответила ей.

– Мама, ну зачем ты расстраиваешь мою жену? – недовольно проговорил Ральф, желая оставить эту тему в прошлом.

– Дорогой, да у меня и в мыслях ничего подобного не было, – реакция мужа вызвала ее недовольство. – Кстати, ты уже показал Оливии свое рабочее место в Палате артефакторов?

– Нет! Это было бы здорово! Ральф, милый, ты же можешь устроить экскурсию? – взмолилась я. Мне действительно хотелось туда попасть и глянуть хоть одним глазком на место, где могла бы работать.

– Но… – попытался выкрутиться муженек, однако против двух настырных представительниц женского пола он вряд ли устоит.

– Вот только не говори, что у будущего Главы Палаты нет возможности провести свою жену в это заведение? – возмутилась его мать.

– Я постараюсь, – сдался Ральф под нашим напором. Хоть мне было и боязно показаться там, но все же интерес взял верх над страхом.

– Спасибо, любимый! – выдавила из себя и накрыла его руку своей. Хорошо, что он не дернулся, а легонько сжал ее, иначе бы это не укрылось от пристального взгляда вдовствующей герцогини, но огонек в голубых глазах моего муженька говорил о том, что он зол.

Они вновь принялись говорить о людях, о которых не слышала ранее, обсуждали последние новости, а я ждала подходящего момента, чтобы задать интересующий меня вопрос. И едва выпала подходящая возможность, поспешила его озвучить.