Прогрессоры нового мира - Николай Якубенко

– Еще бы! Магазина с холодным пивом нет, мороженым никто из-за кустов не торгует. Я еще много чего могу добавить к этому! – Макс в полной мере понимал, о чем говорит Виталик, и не упускал случая добавить комментарий.

– Вот-вот. А на третий день, при условии, что ты не на базе отдыха сидишь в компании алкоголиков, а реально идешь по лесу, в глуши, с тобой начинают происходить забавные вещи. Ты словно сливаешься с лесом, начинаешь воспринимать его так, как в обычной жизни троллейбус воспринимаешь – очень просто. Лес есть. Он вокруг. Везде. Ты тоже есть – шагаешь по лесу. Это замечательное, непередаваемое ощущение. Ни на какой базе отдыха ты никогда не ощутишь подобного. В большой компании, кстати, тоже. Это очень спокойное и личное ощущение.

– И чем это грозит?

– Не понял.

– Ну гномиков в лесу начинаешь замечать, улиток вкусно готовить?

– Дурак ты. Уйду от тебя.

– Ага, в лес уйдешь. Гы-гы-гы.

– Очень смешно.

– Гы-гы-гы.

Разговоры постепенно смолкли. Агрис привычно положил в костер несколько больших бревен, удостоверился, что они вправду будут гореть долго, и устроился рядом, на предварительно уложенных ветках вперемежку с сухой травой. Макс кутался в покрывало на широком каремате, а Ветал прикрыл себя сверху несколькими ветками какого то пушистого растения в надежде, что это хоть немного поможет от утренней росы.

Новый день принес не только чувство голода, но и чувство холода. Попивая горячий чаек с добавкой из отлично зарекомендовавших себя листиков местной «смородины», троица с интересом разглядывала огромную каменную глыбу, неведомо как очутившуюся посреди лесной поляны. То, что вчера в вечерних сумерках было почти неразличимо, сейчас, в свете разгорающегося утреннего солнышка, было прекрасно видно и офигительно странно. Камень был расписан огромными, примерно с метр, знаками. Или иероглифами. Как хочешь, так и называй, все равно читать по-местному земляне не умели и интересовались в основном технологией нанесения знаков на скалу.

– Какие здоровые! – Макса местное творчество почему-то особенно восхищало.

– Чтобы такое выдолбить, не лестницы, а строительные леса ставить нужно. Только вот на хрена? Чтобы медведи боялись? А никаких руин, остатков древних городов или ушедших в небытие цивилизаций вокруг не видно.

– А может, здесь проходил караванный путь, по которому верблюды несли на своих натруженных горбах пряности, шелк и очаровательных невольниц? А этот камень – указательный знак: туда пойдешь – волки верблюдов слопают, сюда пойдешь – у невольниц очаровательных силиконовые груди полопаются.

– Какой такой путь? Макс, мы по этой местности сейчас идем, как можно по этим горам более-менее приличную тропу проложить? Сплошь одни обрывы и ущелья. Здесь, чтобы хоть как-то перемещаться и груз перевозить, тоннели нужно долбить сквозь горы и мосты строить. Не верю я в путь караванный.

– Может, это столб пограничный?

– Такой здоровенный?

– Чтоб сильней боялись. И кустики удобные рядом – нужду справить можно от избытка впечатлений.

– Прямо по Фрейду получается. Армия из трех с половиной пьяных гопников состоит, зато камень пограничный – просто офигительной высоты и толщины. Компенсирует!

– Мне видится другая картина: каменная келья, отшельник, который посвятил себя местному божеству, раз в год к нему приходят «просветляться» паломники – множество паломников, несущих горы еды в качестве подношений. Времени свободного – девать некуда, вот и долбит он скалу потихоньку. Чем не хобби?

– Таких придурков не бывает, Виталик. Посвятить себя выдалбливанию на скале бранных слов – для этого нужно быть полным отморозком.

– Откуда ты знаешь? Может, здесь только такие и живут?

Парочка обернулась и стала разглядывать Агриса.

– Агрис, ху из ху?

Агрис тоже заинтересовался странными знаками. Он с большим энтузиазмом рассматривал их и даже водил пальцами по воздуху, словно рисуя что-то. Часть знаков он перерисовывал палочкой на чистый участок земли. Земляне на его действия смотрели с небольшой завистью – сами они ни черта не понимали в этих закорючках.

– Абрин зих шмерлен. Абрррайка мугоч кир а сак.

Агрис сказал что-то с очень важным, даже немного озабоченным видом и указал рукой на знаки.

– Да, Агрис, да! Я тоже так думаю! – Макса это уже начинало забавлять.

– По-моему, он на самом деле знает, что это за знаки. Рассматривает, словно старого знакомого… Надо срочно местному языку обучаться!

– Интересно, когда? На привалах? И как это делать?

– Макс, надо. Это не значит, что я сейчас побегу выпытывать у Агриса известное слово из трех букв в местной транскрипции. Но надо.

– Умник, блин. Конечно, надо…

После осмотра местных достопримечательностей компания тронулась в путь, поборов соблазн полазить по округе и еще что-нибудь интересное найти. Русло реки словно устало от неровностей ландшафта и нашло наконец спокойную гавань в виде небольшого горного плато. Сами горы никуда не исчезли – они окружали путешественников со всех сторон. Это была лишь короткая передышка.

Улиток и «воробьев» стало попадаться значительно больше, чем прежде. И – о чудо! – на каменистых берегах местной водной артерии были замечены большие толстые лягушки! Размером сантиметров пятнадцать, под цвет камня, они радовали путешественников своими мощными аппетитными окороками и совершеннейшим презрением к опасности. В течение часа было собрано и помещено в специальный отдел рюкзака больше трех десятков потрошеных земноводных! Но пробираться через лес стало тяжелее – растительность стала гуще. Было принято решение снова идти вдоль берега реки – судя по ландшафту, водопадов в ближайшее время не предвиделось.

После полудня река преподнесла очередной приятный сюрприз – самый настоящий песчаный пляж, пусть даже без ларьков с чебуреками и лежаками. Перед пляжем была заводь со стоячей водой и небольшая уютная поляна рядом. Без колебаний решено было остановиться «на обед» в этом чудесном месте.

Виталик сразу же выпустил на волю всех «резиновых» улиток, которых только в похмельном угаре можно было назвать пищей. На обед приготовили лягушек и «воробьев». Ни одной куропатки или другой более-менее крупной живности до сих пор еще никто из троицы не поймал. Может, она здесь вообще не водится? На этот вопрос земляне ответить не могли.

– Хороший бульон, лаврового листа не хватает и красного перца. И соли совсем нет. И картошка немного переварена. А так вкусно.

– Да, я бы еще съел.

– Ветал, физиономия не треснет? И так больше всех сожрал, еще добавки ему. Куда все девается?

– Все идет в дело. Купаться будешь?

– Обязательно. Еще бы зубы почистить…

– А-а-а-а-а!!!