Куявия - Юрий Никитин

Ральсвик заорал яростно:

– Оставьте коней!.. Им некуда деваться, сами придут!

Рагинец сказал быстро:

– Отозвать людей?

– Только этих дурней! – огрызнулсяРальсвик. – А горящие стрелы – метать!.. У них должны начатьсяпожары!

– Должны, – пробормотал Рагинец, – да что-тоне начинаются…

Снова и снова целыми отрядами выезжали под стену и металистрелы, в небе постоянно висела широкая огненная дуга, один конец начинался надартанами, другой опускался за высокую стену. Всего один раз успевали выстрелитьотважные всадники, да и то не все, многих пронзали стрелами еще по дороге к крепости,но артан много, а огненный мост страшен, настолько страшен, что даже драконы вглубине долины устрашились, перестали реветь и пугливо смотрели на этот ужас.

Ральсвик в бешенстве стучал кулаком по луке седла. Широкоекаменное лицо сперва дергалось, когда артанские всадники падали с седел,сраженные с небывалой легкостью, потом застыло, стало привычно каменным. Онсмотрел холодно, оценивал, взвешивал. Хрущ посматривал с испугом, такимРальсвик бывал особенно страшен, вздрогнул, когда грозный полководец крикнулхриплым голосом:

– Прекратить штурм!..

Тут же несколько голосов закричали торопливо:

– Все назад!

– Прекратить!

– Передышка!

– Всем вернуться!

Протрубил рог, всадники помчались обратно, но лишь троимудалось достичь своего войска. У двоих лица бледные, одного стрела ударила вспину с такой силой, что острие высунулось из груди. Рагинец вскрикнул:

– Зачем?.. Теперь уже надо было… Начались бы пожары, акуявы народ такой – бросились бы спасать свое добро. На стене не осталосьбы ни одного человека!

Ральсвик бросил зло:

– За стеной, похоже, нет деревянных пристроек.

– Так не бывает, – возразил Рагинец.

– Не бывает, – согласился Ральсвик. – Но эти…похоже, их сами сожгли раньше. Чтобы мы не сумели…

Челюсти его сомкнулись, под кожей вздулись рельефныежелваки. Глаза смотрели на стену и ворота с немой яростью. Артане –прекрасные стрелки, но вынуждены стрелять с седла, потому у них луки небольшие,а стрелы летят не так далеко, как куявские. Но куявы стрелять почти не умеют, авот артане уже рождаются с луками в руках, с детства привыкают охотиться назверя и птицу… Но, похоже, здесь тоже охотники, а не те разряженныеничтожества, которых так хорошо грабить в больших городах, а их пышных жен идочерей насиловать в присутствии трепещущих и лебезящих мужей.

Подскакал Меривой, щит продырявлен стрелами насквозь. По лбукрасная струйка, он потряхивал головой, чтобы не заливала глазную впадину.

– Что будем делать? – прокричал он. – Воины…

Он замялся.

– Что? – прорычал Ральсвик.

– Воины волнуются, – вымолвил Меривой. –Плохое начало. Здесь, говорят, колдовство.

– Какое колдовство? – проревел Ральсвик. –Колдунов мы истребили!.. Впервые встретили настоящего противника, только ивсего. Радоваться надо, будут победы над воинами, а не только надничтожествами, что всего лишь носят штаны. Ладно, вели протрубить приглашениена переговоры.

Меривой поклонился.

– Я это сделаю сам, – ответил он, – но толькотеперь они уж точно не пойдут на сдачу.

Ральсвик скривился.

– Если протрубишь ты, то уж точно не сдадутся. Вытрикровь, пусть тебя перевяжут. Я вновь подъеду к их воротам.