Квалификация для некроманта - Дарья Сорокина

Лошадь свернула с дороги и поскакала по белому полю, оставляя за собой черные следы от подков. Дредхост с наслаждением втягивал проклятый воздух. Чем ближе к узкой речушке, тем быстрее мчался Нег. Дэлиге тоже отчетливо улавливал разливающуюся в воздухе тяжесть и боль. Неудивительно, что это место обходят стороной, и вовсе не из-за трагической гибели Квелда Мёрке почти восемь лет назад.

– Приехали, – Флэм тихо позвал свою спутницу и обнял ее второй рукой, когда дредхост остановился у самой кромки холодной темной воды.

Как он и ожидал, Натт стала вырываться. Паника затмила разум некромантки, но, к счастью, сил у нее хватило ненадолго. Девушка вновь обмякла в руках призывателя.

– Тебе было мало? За что ты так со мной, Дэл? – Она едва сдерживала слезы.

– Не со зла. Есть такое поганое словечко, Мурке, называется «надо».

– Давай уедем, я согласна на все. Привезу, что скажешь. Умоляю, только не здесь…

– Слезай, – ледяным голосом приказал Флэм, и девушка лишь испуганно захлопала ресницами.

– Пожалуйста…

– Слезай! – повторил мужчина, спрыгнул на землю и стянул за собой упирающуюся заклинательницу.

Ноги у некромантки подогнулись, и она упала на колени, не сводя безумного взгляда с темной глади воды.

– Мёрке! Посмотри на меня, – Дэлиге развернул ее лицо к себе, – слушай и делай, что скажу.

Девушка оскалилась и сплюнула в его сторону.

– Можешь беситься, ненавидеть меня. Как тебе угодно. А теперь раздевайся.

– Иди к черту.

– У нас очень мало времени. Повторять не стану, либо ты раздеваешься, либо… Как думаешь, старик Йеден Стаат переживет допрос инквизиторов, когда кое-кто расскажет, что он создал двух личей в стенах академии? Сначала из своей сестры Йоханны, а потом из лучшего друга Деарда Рё’Тена?

– Ты не посмеешь, Дэлиге.

– Хочешь проверить? До города недалеко. Отделение инквизиторов как раз есть в Рискланде. Знаешь, им даже простой анонимки хватит, чтобы замучить старого некроманта до смерти. А я могу записать им целую сферу с твоими мемуарами.

– Чтобы ты сдох!

– Непременно. А теперь раздевайся.

Дрожащими от холода и усталости руками Натт расстегнула куртку, стянула робу через голову, сбросила ремень с кинжалом и кнутом в снег. Осторожно встав на ноги, сняла штаны.

Флэм напряженно наблюдал за ней без тени похоти или вожделения. Видел, как бессильная ярость клокочет во взгляде, как краснеет на морозе бледная гладкая кожа.

– Полностью, Мёрке!

Девушка больше не умоляла. Отрешенно скинула белье и даже не стала прикрываться. Лишь переминалась с ноги на ногу, стоя на промерзшей земле.

– Что дальше? – спросили посиневшие губы.

– Полезай в воду.

Некромантка громко и безумно рассмеялась.

– Я не переживу. Начинай искать нового некроманта.

– Переживешь. Тебе придется. В случае твоей смерти я все равно сдам Форсворда и Стаата. Гостклиф Анд тоже лишится должности, когда узнают о его интрижке со студенткой.

Девушка в последний раз посмотрела в зеленые глаза Эндэлиге. Ни сочувствия, ни жалости. Всю свою жизнь она бежала от старого кошмара. Пыталась исправить, не допустить новых смертей, но вновь оказалась здесь, в месте, о котором смогла позабыть лишь ненадолго.

Зима отчаянно студила ручей, но, как и Иннсо Тод, проклятый водоем не хотел покрываться льдом.

Отключить эмоции, побороть нарастающую панику. Это просто.

Ногу свело судорогой при первом же шаге в воду.

– Погоди, – крикнул призыватель, – бинты тоже снимай.

Повязки уже успели намокнуть и примерзнуть к израненной коже. Натт торопливо разматывала изуродованные ладони и пальцы, не обращая внимания на боль. Белые ленты змеями упали в воду, и их лениво унесло течением.

Закусив губу, Мёрке двинулась дальше, холод быстро поднялся выше колен. Еще шаг, и глубина затянула свою жертву с головой.

Девушка в последний миг пожалела, что не успела сделать глоток воздуха. Попыталась вернуться наверх и начала отчаянно грести. С руками что-то было не так. Шрамы исчезли, ладошки стали меньше. Натт поднесла их к глазам, но так и не нашла следов от ожогов.

Мельтешение внизу заставило обернуться.

Клыкастая черная лошадь всплывала из глубины, сверкая ядовито-зелеными глазами. Мёрке рванула прочь, но келпи нагнал и врезался жертве в спину, выбивая остатки воздуха из груди. Девочка в отчаянии смотрела, как к поверхности устремляются пузырьки.

Легкие стремительно заполнила ледяная вода, даря внезапное облегчение. Больше ничего не жгло и не болело. Страдания остались на берегу. Руки погладили блестящую гриву и намертво прилипли к демону. На этот раз не было страшно. Клыкастая пасть начала трансформироваться, глаза становились более человеческими, но Натт уже проваливалась в спасительный мрак и не разглядела лица.

Холод больше не причинял боль, вода стала казаться огненной и жаркой.

– Дыши, Мёрке, умоляю!

Знакомый голос затих, губ коснулось тепло, проникающее в каждую клеточку тела. Надо было обидеться на парня. Он опять звал ее по фамилии, глупый.

– Ну же!

Грудь поднималась против воли. И как он не поймет, что она больше не хочет дышать? Погиб. Утонул. Исчез…

Квелд… Милый брат.

– Сделаю, что хочешь! Буду кем пожелаешь, только дыши! Я так люблю тебя. Не смогу без тебя.

Натт медленно разомкнула веки, стянутые ледяной коркой, и вновь увидела его. Того самого мальчишку с хитрыми желтыми глазами.

С золотистых волос южанина ей на лицо стекала вода. Фирс облегченно выдохнул:

– Жива. Моя Мёрке, ты жива…

Легкие разрывало от чудовищного царапающего кашля. Видение дрогнуло. Волосы спасителя почернели, а глаза окрасились зеленым.

– Моя Мурке.

Теперь можно. Он не запрещал. Убить!

Тьма отозвалась, и рука сложилась в кулак. Удар прошел вскользь, но удалось заставить Дэла отшатнуться и схватиться за разбитую губу.

Секунда, и она нащупала в снегу кинжал, толкнула призывателя и прыгнула сверху. Сила заливала до краев, и острие послушно уперлось мерзавцу в горло.

Он не сопротивлялся, раскинул руки в стороны и улыбался.

– Чему ты радуешься?

– Ты прекрасна. Чувствуешь это?

– Что? – Натт крепко сжимала кинжал и жадно следила за набухающими красными каплями на губах мужчины.

– Можно, не стесняйся.

Девушка наклонилась и слизала тягучую кровь. Тьма… Дэлиге Флэма язык не поворачивался назвать человеком. Ни одной искры света, только тянущая, сосущая чернота. Так не бывает!