Стоунхендж - Юрий Никитин

— Не рано ли?

— Но сказано ведь, что именно Иосиф должен принести вБританию чашу.

— До Британии еще надо море переплыть. Вот и дал быребенку чашу перед тем, как ступить на берег!

Томас успокоил:

— Мешок не тяжелый. В нем нет ничего лишнего, кроме...одной очень важной вещи.

Первое, что бросилось в глаза, когда пришли в порт, былбольшой корабль. Он стоял у самого причала, на борт грузили мешки. Томаспристально смотрел на нос корабля, где стояла с поднятым крестом в рукедеревянная статуя святого. Если он правильно догадался, это и есть корабль, накоторый ему надо сесть.

Он ощутил, что ноги сами задвигались, а сердце застучалорадостнее. Наконец-то он не бьется в одиночку против всего света, наконец-топришла помощь! Как всегда запоздалая, он и без нее уже завершает квест, новсе-таки приятно знать, что и его душа не лишняя на свете. О нем знают, помнят,заботятся.

С одного корабля окликнули весело:

— Эгей!.. Ты уже собрался?.. Молодец! А я собрал большеполовины команды. Этого достаточно, чтобы выйти в море.

На него смотрел, скаля зубы, хозяин судна. Под глазом у негобыл кровоподтек, на костяшках пальцев ссадины, но глядел он лихо, довольныйсобой и жизнью. Ветхая рубашка была разорвана до пояса, холодный ветер топорщилрыжие волосы на груди. Он был типичный англ, крепкий и не робкий, таких Томасвстречал на каждом шагу в Британии, но сейчас он смотрел так, будто встретилродного человека.

Томас кивнул сочувствующе.

— Здорово тебя отделали.

— Это что, — заржал хозяин. — Ты бы посмотрелна тех, кого отделал я!.. Ха-ха!.. Ну, с тебя три золотых и три медных. Медныеза вас троих, а золотые за коней.

— Что ж за коней так дорого? — буркнул Томас иперевел взгляд с грязного суденышка на прекрасный корабль, где его уже ждали,он не сомневался.

— А что люди? Люди мало чего стоят. А кони — ого-го! Даеще если вдруг ветер поднимется? Кони, испугавшись, могут разнести корабль вщепки! Их надо связывать, а вы и так потерпите. Кони у вас знатные, давно такихне видывал... Могу дать десять мешков муки за каждого! Меняемся?

Томас слушал, а глаза настороженно следили за группоймужчин, что шли, мирно беседуя, по набережной. Не вооружены, хотя под ихдлинными плащами можно укрыть целый арсенал, держатся спокойно, в его сторонувовсе не смотрят. Но что-то насторожило Томаса. То ли их прямые плечи, то лислишком уверенная походка, то ли еще что. С виду торговцы средней руки, но ужслишком все как на подбор. Такими были, по рассказам деда, древние викинги, егодалекие предки. Они брали с собой товар, но больше нападали и грабили всех, ктооказывался слабее, а у кого силы оказывалось намного больше, с тем обменивалисьтоварами.

— Яра, — сказал он одними губами, — беримальчика и отступай к во-о-н тому кораблю. У которого на носу статуя.

Яра лишь тревожно взглянула, руки ее прижали к себемальчонку, повели вдоль набережной. Томас, не выпуская странных торговцев извиду, начал медленно отступать вслед за нею. Странно, ему показалось, что онисразу потеряли к нему интерес. Остановились, беседуя, один указывал на серыеволны, что-то говорил, с ним спорили, некоторые смеялись.

Что за дьявол, подумал Томас рассерженно, ничего не пойму.Или почудилось, что они что-то затевают?

Яра и мальчик уже стояли на причале перед большим кораблем.Томас подошел, крикнул:

— Эй, на борту!.. Куда путь держите?

Хорошо одетый мужчина, седой и с приятным лицом, помахалрукой.

— Домой! В благословенную Богом Британию.

У Томаса сердце стукнуло чаще. Взволнованно спросил:

— А когда отправитесь?

— А вот-вот. Погрузка уже заканчивается.

— Возьмете меня, женщину и ребенка на борт? Хорошо ещебы коней, но если у вас с этим трудности...

Мужчина заулыбался, губы расплылись в улыбку, показываяровные белые зубы.

— Можно и коней. Это когда сюда шли, то щепку нельзябыло приткнуть, а теперь все распродали, взамен купили только муки. Так чтоместа много. Я возьму с вас три серебряных монеты вместе с конями.

Это было неслыханно дешево. Да еще на таком чистом и великолепномкорабле! Но Томас покачал головой, спросил разочарованно:

— Эх, этот длинный путь поистощил мой кошелек. За двевозьмешь?

Хозяин судна благодушно махнул рукой.

— Беру!.. У меня была настолько удачная поездка, что ясам готов заплатить за вас. Две серебряных монеты, договорились.

— Спасибо, — поблагодарил Томас.

Мужчины, стоя у причала, переговаривались, в их сторону ниодин не повернул головы, но Томаса не оставляло ощущение, что за ним пристальнонаблюдают. А то и читают их разговор по губам, он знавал таких умельцев.

Он подтолкнул Иосифа.

— Ну, не боишься пройти по такой узкой доске накорабль?

Мальчишка обиделся:

— Какая же она узкая? По ней две коровы пройдут рядом!

— Ну тогда иди. Не вырони мешок, в нем очень ценнаявещь. В деньгах она стоит мало, но... для меня ценная. Понял? — Последниеслова он говорил нарочито громко, краем глаза следя за торговцами. Мальчикдвинулся по причальной доске, Томас пошел следом, вдруг изменился в лице,хлопнул себя по лбу. — Постой, а как же твои платья, Яра? Я ж их велелвчера отнести на ту дырявую посудину. Мы, — он обратился к хозяинукорабля, — собирались отправиться на ней, вашего корабля еще не было...

Яра смотрела тупо, потом что-то прочла в лице Томаса.

— Да, платья... мои замечательные платья. На них одногожемчуга больше, чем стоит тот корабль.

Хозяин корабля покивал сочувствующе.

— Надо забрать, вы правы... Мальчик, ты иди сюда, япока покажу тебе каюту, где вы побудете, пока приплывем.

Иосиф, неуверенно оглядываясь на Томаса и Яру, пошел потрапу. Хозяин протягивал к нему руки. Он улыбался, но Томасу показалось, что влице проступило что-то волчье.

— Ты поторопись, — велел Томас. — Туда иобратно, поняла?

Яра неуверенно кивнула, попятилась, пошла по причалу. Томассмотрел с недовольным видом вслед, потом лицо его стало озабоченным.

— Дьявол!.. Там одно ворье, разбойники. Как бы необидели женщину. Да еще когда узнают, что мы с ними не поплывем.

— На похмелье они тихие, — возразил хозяин.

— Может, и так, — согласился Томас, — но навсякий случай лучше пусть они видят за ее спиной мои кулаки и мой меч. Так ужточно никто ее не обидит.

Он решительно пошел за Ярой. Торговцы разом колыхнулись, имнужно было сделать всего пять шагов, чтобы загородить ему дорогу, но то лихозяин судна подал им условный знак, то ли еще почему, но помялись,остановились в замешательстве.