Ева. Минус на минус - Инна Георгиева

Зато отыскать Геликон оказалось совсем не сложно. Во-первых, это была самая высокая гора в округе. А во-вторых, именно у ее подножия пас своих овец юный мальчик чистейшей греческой наружности. То есть кудрявый, чернявый и с дивным носом, переходящим прямо в лоб. Он с печальным видом сидел на камешке и тихо напевал под нос какую-то заунывную мелодию. Честно говоря, я даже залюбовалась: парню не хватало только лиры под мышкой и белоснежной тоги, чтобы стать вылитым Орфеем из древнегреческого мифа. По крайней мере, мне несчастный возлюбленный Эвридики именно таким и представлялся.

Хорошо, кстати, что я заметила парня раньше, чем вместе со своей метлой свалилась на головы его отаре. Иначе образ Орфея был бы разрушен навеки, а я бы узнала, насколько быстро может бежать по пересеченной местности среднегабаритный юноша с достаточным стимулом.

Спустившись за валуном, я быстро собрала и спрятала метлу в рюкзак, одернула курточку и шагнула к парню.

— Добрый день, — поздоровалась на английском.

— Kalimera,[15]— удивленным тоном ругнулся в ответ пастух.

— Вы не могли бы подсказать, где находится гора Геликон?

Много-много непонятных слов в ответ.

— Sorry! — воскликнула я, махая руками в попытках прервать нескончаемый поток заковыристых выражений. Бедный парнишка: он, наверное, уже кучу времени здесь сидит один-одинешенек. Обрадовался человеку: вон с какой скоростью затараторил. Правда, зря, потому что я из греческого знала аж ровно два с половиной слова. — Sorry! It's all Greek to me![16]

Сказала и поняла, что с идиомой слегка промахнулась. Эх, был бы сейчас здесь Алекс со своим демоном…

«Так, стоп! — прикрикнула на себя. — Не хандрить и не думать о заклинателе. На этом камне мы с местным пригорюнившимся витязем все равно не уместимся. А потому забыли про Алекса и пытаемся договориться своими силами!»

— Не понимать! — развела руками. — Моя твоя не понимать! Геликон! Геликон! — скрестила ладони над головой, изображая то ли юрту, то ли гору. — Где?

— Геликон? — повторил юноша, забавно шевеля кустистыми бровями.

Я яростно закивала:

— Он самый! Где?

— Ах Геликон! Ekei![17]— И указал пальцем себе за спину.

Я тяжко выдохнула:

— Efharisto.[18]

Блин, теперь понятно, почему англичане придумали именно такую поговорку. Греческий действительно оказался жутко сложным языком. Во-первых: фиг разберешь, что твой собеседник вообще говорит, а во-вторых, с таким-то темпераментом еще попробуй его остановить!..

Зато после того как мне подсказали с горой, проблем с ориентировкой на местности стало куда меньше. Вход в пещеру я нашла быстро. На ней висела магическая защита от любознательных чужаков, которая тут же привлекла мое внимание. Сеть оказалась любительского уровня: мама на буфет вешала сложнее, чтобы я, малявка, конфеты не таскала. А вот сама пещера впечатляла размерами и мрачной атмосферой. По темному широкому коридору, где спокойно мог проехать какой-нибудь КамАЗ, идти пришлось минут пятнадцать. Тоннель петлял, то поднимаясь вверх, то, наоборот, — уходя куда-то под откос, и в результате вывел меня к большому залу с очень высоким потолком. Вот там-то я и почувствовала себя героиней сказки.

Потому что в центре пещеры стоял настоящий хрустальный гроб. От него исходило довольно сильное зеленоватое сияние и отголосок такой мощной магии, что я даже пошатнулась. А на гробу сидел черный пушистый коврик. Сидел и выжидающе буравил меня черными бусинками-глазами.

— А я тебя знаю… — пробормотала, приближаясь к демоненку. — Ты из той же породы, что и Азриэль, верно?

Коврик поднялся на задние лапки, став чем-то отдаленно похожим на куницу, и соскользнул с крышки гроба мне навстречу. Ну в принципе расчет похитителей был верен: любая среднестатистическая ведьма, заприметив демона, тут же в панике рванула бы прочь. И тогда договориться с нею стало бы куда проще: никто ведь не захочет вести долгую перепалку с тем, кого больше всего боится? Вот только после двух бабкиных пленников да целой толпы питомцев моего заклинателя разве меня могло испугать это мелкое трусливое создание?

— Чего тебе надо?

— Ключ… — прошипел демон так, что я едва разобрала короткое слово. И широко распахнул рот. Я мимоходом глянула в бездонную глотку и присвистнула: набор зубов как у акулы…

— Где моя мама?

Демон прислушался, закрыл пасть, скользнул обратно к гробу, молнией шмыгнув вокруг него, и повторил:

— Ключ!

— Сначала мама!

Коврик задумался и вдруг резко прыгнул вперед, на ходу оборачиваясь огромным мохнатым псом. Зарычал так, что где-то, судя по звуку, обрушилась пара сталактитов, и остановился буквально в метре от меня, роняя на землю капли слюны.

Я закатила глаза:

— Уймись, ошибка Создателя! Пока не увижу маму, фигли тебе, а не ключ!

Похоже, такой отповеди демон не ожидал. Он припал на передние лапы, склонил лобастую голову и несколько секунд задумчиво смотрел мне в глаза. Потом вновь обернулся «ковром».

— Мама? — спросил, словно пытался понять, о чем я говорю. — Мама…

Я вздохнула и, обойдя его по дуге, ступила к гробу. Сложно было не догадаться, кого он здесь охраняет.

— Ну здравствуй, Белоснежка… — прошептала, глядя на мирно спящую женщину. Забавно, но в этом ужасающем ящике она действительно напоминала сказочную принцессу. Тот, кто укладывал маму, постарался не ударить в грязь лицом перед братьями Гримм: перинка, бархатная подушечка — все было. Даже платье подходящего фасона подобрали, с рюшечками…

— Ключ… — в третий раз потребовал демоненок.

— Мама! — сквозь зубы процедила я.

— Ключ!

— Мама!

Не знаю, сколько мы бы еще вот так торговались, но кто-то не выдержал. И это явно был не демон: ему, очевидно, дали строгую команду придерживаться последовательности действий. Ну и, конечно, не я, потому что не в моих правилах давать лохматому чудовищу хотя бы малейший шанс избежать сделки.

Похоже, за нами наблюдал кто-то еще. Потому что крышка на мамином гробу дрогнула, перекосилась и рухнула на пол, разлетевшись миллионами сверкающих осколков.

— Ева?.. — спросила Ядвига хриплым со сна голосом.

— Ключ! — на сей раз очень четко рявкнул демон и раскрыл пасть.