Дураков здесь нет! или Приключения дракоши - Елена Белова

— Знаешь что, Мариночка. Лучше я расскажу тебе другую сказку. Жил-был на свете кот. И, когда он состарился…

— А кто такой кот? — немедленно спросила Рриша.

Кажется, это будет труднее, чем я думала.

Окружающая обстановка тоже сну не способствовала. Несмотря на глубокую ночь, над головой то и дело свистели крылья и рокотал вертолет, за холмом мелькали огни, и под слаженное рычание «и-и — раз!» двигалось что-то тяжелое. Орал в рацию папа Игорь: «А я говорю срочно! Срок? Вчера! Что значит — не знаешь откуда? Да хоть роди! Но завтра чтобы всё было приготовлено!» Всё — это корабли. Для драконьего отдыха в пути. Все-таки лететь двое суток с одной-единственной передышкой на крохотном островке — на такое способна половина, и то без гарантий. А остальным что, падать и топиться? Так что папины корабли сейчас — самое то. Теперь маги сходили с ума, высчитывая, что получится полезней: скопировать один корабль (как то драконье яйцо, помните?) или вырастить еще пару островков? Вулкан разбудить маги в принципе могут, но как точно просчитать силу извержения и куда потом деть цунами? По всему видать, что пока придется обойтись кораблями.

«И-и — раз! И-и, взяли!»

Племя готовилось.

Далеко не все из них были счастливы отправиться за океан. Воинам не улыбалось просить приюта у тех, кого они собрались завоевывать — не то чтоб они опасались (приступы паранойи постепенно лечились), а просто не по чести, мол. Проще говоря — совестно. Женщины боялись самого путешествия, особенно насколько тяжело оно будет для детей — сколько им ни втолковывай, что детишки перелетят на материк через хатарессу и при этом с них чешуйка не упадет — все бесполезно. По-моему, здешние дамы боятся уже просто по традиции. А сами дети страшно волновались, как бы непонятливые взрослые не заставили бросить тут новые замечательные игрушки. Единственным утешением было, что вечно голодным драконам в кои-то веки было позволено есть сколько влезет. Весь накопленный продзапас через хатарессу все равно невозможно переправить. Кое-что унесут те, кто полетит через океан, но такой перелет — не то путешествие, в которое стоит нагружаться по маковку. Особенно если учесть, что над морем ветер сильней. Так что ямы-склады, еще недавно так заботливо упакованные, сейчас безжалостно вскрывались и делились на три части. Первая складировалась рядом, постепенно распределяясь на пару сотен примерно одинаковых кучек — будущий «наспинный» груз. Вторая спешно паковалась и срочно грузилась на свободных драконов, которые один за другим срывались в темноту, туда, где высилась невысокая скалистая Уохро — единственная гора на сотни километров вокруг. Маги и драконы спешно сооружали там новый временный склад. А остальные продукты просто сваливались неподалеку — ешь кто хочет. Не думаю, правда, что у кого-то был особый аппетит.

Тяжело покидать свой дом. Даже если ты закаленный путешественник.

Уй, ветер какой холодный.

— Мам? — Неугомонное пятилетнее наказание в очередной раз раскрывает старательно зажмуренные глаза. — А мы точно успеем до сезона бурь?

— Марина, спать немедленно! Вон Рриша уже давно спит, а ты…

Большое и очень теплое опускается на спину, прикрывая и меня и дочек. Крыло Рика.

— Точно, точно, — успокаивает меня и ее родной голос. — Все будет хорошо.

— Пап, а мы домой завтра полетим или в стаю?

— В стаю. Как раз успеем к празднику Нового года.

— А принца с собой возьмем?

— Нет, принц нужен дома. Мама и папа очень хотят, чтобы он пока побыл рядом.

— А мочалок мы с собой заберем? А то их тут затопит.

— Заберем. Вы и заберете. Они маленькие. Считайте, это будет ваш личный груз. Как у всех улетающих.

— Ура! Я их дома сразу выпущу, а потом… пап, а в какие стаи возьмут драконят?

— Во все понемножку. Как и взрослых.

— А мы Шиарри к себе возьмем? У него никого, ни мамы, ни папы. Пусть он у нас спит?

— Договорились. Главное, чтобы ты его в паутину не заплела, как свою подружку.

— Ну пап! Я уже не маленькая такие глупости делать. Мне скоро шесть!

— Взрослые тоже творят глупости, — с усмешкой сообщает добрый папа, ни словом не заикаясь про необходимость спать. — Да еще какие. Рассказать, как мы варили варенье?

Эй! Я невольно дергаюсь. История про варенье — это наш с мужем персональный секрет, и он обещал никому не рассказывать, как я… кхм… Нет, я тогда ничего не взорвала, и на вкус получилось вполне даже приемлемо, вот только сахарный сок надо было брать очищенный. А я свежий взяла, да побольше. Так что первое варенье у меня получилось — мечта болотного жителя. Буро-зеленое, да еще пузыри на нем время от времени разбухают и лопаются. Кушать можно только в темноте или с завязанными глазами. А еще можно пугать студентов в универе. Зараза Гаэли выпросил у Рика немного моего дебютного вареньица и на предварительном зачете по алхимии валил подопечных почем зря, допытываясь у них, что это такое. Что интересно, до правильного варианта не додумывался никто, опознавая в зеленом-пузырящемся что угодно, от неизвестного яда до зародыша тинника. Неужели Рик сейчас про него расскажет?

Но, оказалось, в запасе у мужа есть история из собственного опыта.

…Варенье из желтяники семья Тоннирэ любила, но на столе оно бывало редко. Папа-алхимик, мать-переговорщик — откуда у них время на готовку лакомства, варка которого занимает шесть часов? Когда подросли дочери, на год-два с готовкой стало попроще, но, увы, ненадолго. У сестер тоже были учеба, увлечения, практика, да еще и женихи. И Тоннирэ-младший… нет, он не голодал, но рано понял: если ты хочешь поесть что-то вкуснее каши, то это «что-то» придется делать самому.

К варке любимого варенья будущий шаман подошел так же ответственно, как и к школьным опытам по алхимии: к назначенному времени были правильно рассчитаны пропорции, заготовлены ингредиенты, тщательно вымыты посуда и руки, выставлены специальные бутылочки для консервации. Юный кондитер (на тот момент Рику стукнуло двенадцать лет) не учел только одного — характера своих родственников. Отчего-то у вечно занятых родителей и сестер именно в день консервирования продуктов нашлось и время, и желание поучаствовать в процессе вареньеварения — по крайней мере эпизодически и критически.

— Рикке, — уже через пять минут возникла у котла старшая сестра. — Ты чем занят? Вареньем? Ну ты даешь! А знаешь, в желтянику нужно добавлять еще чуть-чуть каррчиной корочки — я читала, от нее оно обретает неповторимый аромат!

— Что ты делаешь?! — ахает мальчишка, но поздно. Порошок «корочки» уже просыпался в котел, и сестра, пару раз помешав смесь, испаряется, пока ее не припрягли к стерилизации специальных бутылок из гибкого стекла.

Следующей на Тоннирэ-младшего налетела мать.

— А, Рикке! Передашь папе, что меня срочно вызвали на границу с Тетне, что-то там у них опять не ладится. А ты опыт ставишь? Молодец… Варенье? Молодец, сынок! Только, на мой взгляд, сюда надо добавить немного вот этого. Что ты дергаешься? И этого. Пока, сынок.