Дракон - Олег Бубела

– Алекс?.. Это вы?

– А что, в таком виде я вам меньше нравлюсь? – ехидно спросил я.

– Нет, но как… – начала было Снежана, но я перебил ее:

– Обращайтесь ко мне мысленно. Нечего эльфам все карты открывать. Кстати, вы с Лановиалем поговорили?

– Да, еще позавчера, как вы и просили, – мысленно ответила графиня. – Спасибо за совет, Алекс. Теперь у нас хоть и не приятельские отношения, но разговаривать друг с другом мы можем уже вполне нормально.

– Я рад за вас, – ответил я, оскалившись. – Вы только не спешите рассказывать всем и каждому о том, что я дракон-оборотень, да и дочкам скажите, чтобы пока не болтали особо. Мне нужно совсем немного времени, чтобы подготовить почву для таких слухов, иначе они раньше времени переполошат имперцев. А если вдруг Лановиаль попробует к вам подобраться с вопросами на тему о том, как вам удалось подружиться с драконом, лучше нагрузите его работой. Пусть придумает правила техники безопасности для Школы, причем как для всех вместе, так и для одаренных детей в частности, а то боюсь, что недавний случай не будет единственным…

– Не переживайте, Алекс, об этом я уже побеспокоилась, – с улыбкой сказала Снежана. – Больше такого безобразия не повторится.

– Ладно, тогда мне пора, потому что, пока светло, я еще планирую заглянуть к гномам, с семьей повидаться. А через несколько дней наверняка прилечу с теми книгами из библиотеки Темного мага, которые уже давно вам пообещал. Все, удачи всем!

Куня наконец-то отцепилась от моей морды, но взамен на ней повисла Ласка, излучая благодарность и счастье от встречи с матерью. Когда же и она отпустила меня, я поднялся, потерся щекой о руку графини, демонстрируя нечто вроде галантного поцелуя, а потом развернулся и после небольшой пробежки взлетел, стремительно набирая высоту.

– Удачи, Алекс! – догнал меня мысленный крик Снежаны.

Заложив крутой вираж, я лихо промчался прямо над головами воссоединившейся семьи, краем глаза наблюдая за восхищенными лицами детей, выглядывавшими из окон и высыпавшими на улицу из учебных корпусов. Если Куня с Лаской будут учиться здесь же, то наверняка станут знаменитостями, причем не только как дочки главы Школы, но и как первые в этом мире наездницы, оседлавшие дракона.

Путь в горы пролетел практически незаметно, хотя прошло больше пяти часов. Просто я пролетал над теми местами, которые рождали множество воспоминаний, приятных и не очень. Города сверху казались совсем иными. Я почти не узнал Рой, а Зингард вообще принял за соседний Игод, и только появившийся вскоре Эльфийский лес дал мне понять, что я слегка сбился с курса. Повернув немного на запад, я сориентировался и полетел прямо в Дар. А когда солнце перевалило за полдень, вдали показалась знакомая гора, которая была значительной частью королевского дворца. Так как сам он был повернут к югу, то мне был не виден, зато вскоре появилась столица, краями своих больших лепестков выглядывавшая из-за горы.

Подлетая к ней, я обратил внимание на ту площадку, на которую мы с Алоной выходили любоваться закатом, и подумал, что все-таки этот ход надо было завалить, чтобы не оставлять возможность для незаметного проникновения убийц во дворец. Но полгода назад, в тот момент, когда я это предлагал, меня почему-то никто не поддержал, несмотря на то что мысль была весьма здравой. Алонка была против, Мирин почему-то встал на ее сторону, а Шаракху с Шариноном вообще было все равно. Отец в итоге заявил, что тайна хода после гибели всех причастных к покушению известна только нашей семье, поэтому нечего опасаться. И хотя я в этом вполне обоснованно сомневался, но тогда предпочел промолчать.

А вот сейчас на площадке, куда выходил этот тайный ход, я заметил одинокую фигурку. Благодаря своему острому драконьему зрению я вскоре смог различить, что это Алона, с чего-то вдруг решившая погрустить в одиночестве. Захотев устроить ей сюрприз, я снизился и вскоре добился того, что она меня заметила. Покружив перед горой несколько минут, я вдруг резко повернул к ней и опустился прямо на площадку перед ошеломленной сестрой. Алона быстро пришла в себя от изумления и сформировала сразу шесть небольших горных разрушителей, надо полагать, для гарантии. Однако никакого страха в ее эмоциях я не чувствовал, только удивление и жгучий интерес. Поглядев на ее плетения, готовые сорваться в полет, я спросил:

– А ты разве не знаешь, что на драконов магия не действует?

Соображалка у сестренки работала на «отлично», поэтому она развеяла разрушители, обхватила магическим захватом один из булыжников на площадке и невинно поинтересовалась:

– А камни действуют?

– Это целиком зависит от меткости бросающего, – усмехнулся я и ласково сказал: – Привет, сестренка. Почему грустишь тут в одиночестве?

– Алекс?! – воскликнула Алона.

– Ага, – весело подтвердил я и расправил крылья. – Ну и как я тебе? Правда, красавец?

– Но ведь ты же говорил, что стал драконом лишь частично! Почему же тогда ты в таком виде?

– Да вот, решил себе создать новое тело, – невинно сказал я и ковырнул когтями камень. – А что, не нравится?

Алона буквально задавила меня своими эмоциями, в которых преобладали восхищение и восторг.

– Алекс, ты просто великолепен! Я хоть и видела драконов всего пять раз, да и то на картинках, но могу заверить, что никого красивее не встречала. А как тебе это удалось?

– С большой помощью одной моей подруги. Но это не столь существенно.

Сестренка подошла ко мне и начала бесцеремонно ощупывать чешую, трогать крылья и даже попыталась заглянуть в рот, чтобы проверить, какого размера у меня клыки.

– А все драконы такие? – спросила Алона, измеряя длину моего хвоста.

– Нет, они разные, – ответил я. – В основном зеленоватого или желтоватого цвета в разных сочетаниях. Это только я такой серебристый получился.

– А скажи, ты больше не можешь стать обратно самим собой? – обеспокоенно уточнила Алона.

– Легко, но чуть позже, потому что я слышу, что ты очень хочешь попросить меня полетать с тобой, но почему-то стесняешься.

– А можно? – робко спросила Алона.

– Залезай! – со смехом ответил я и подставил шею.

Только когда Алона удобно устроилась на моем загривке, свесив ноги (причем ее платье почти и не мешало), она вспомнила о моих словах.

– А ты и мысли читать можешь?

– Да, так что постарайся сильно не материться, – попросил я и прыгнул вниз.

– А-а-а-а!!! – заверещала Алона, но момент свободного падения длился недолго.

Я вскоре выровнялся и стал набирать высоту, слыша восторженные мысли сестры. Когда мои уши непроизвольно начали сворачиваться в трубочку, я взмолился:

– Алона, ну я же просил! Нет, мне очень нравятся твои четырехэтажные загибы, но ты уже начинаешь повторяться. И от кого ты таких слов нахваталась?