Академия магического права. Брюнетка в защите - Наталья Жильцова

Проснулась я с ощущением конкретного недосыпа и отпечатавшегося на щеке тиснения, украшавшего обложку книги. Поняла, что на завтрак традиционно не успеваю, и суетливо забегала по комнате, стараясь хотя бы не опоздать на учебу.

Сегодняшнее занятие по имущественному процессу было посвящено рассмотрению дел о расторжении брака и разделу совместно нажитого имущества. И хотя каждый брак заключался непременно с одновременным подписанием брачного договора, дел все равно хватало. Многие супруги старались найти все возможные лазейки для того, чтобы пересмотреть заключенный в период любви и страсти контракт.

Как и в прошлый раз, профессор Ильгрин разделил нас на противоборствующие пары. Только теперь заставил отыгрывать представителей супругов, пытающихся высудить друг у друга побольше денег и имущества. И, если честно, страстям, которые кипели на нашем учебном процессе, могли бы позавидовать реальные бракоразводные дела. Студенты бились с таким азартом, словно бы действительно прожили годы в ненавистном браке и теперь жаждали отобрать у супруга все, что было нажито непосильным трудом.

Впечатление усиливал тот факт, что преподаватель разбил нас на пары, в которых парням противостояли девушки. И это был единственный момент, когда стерлись грани между нашим и судейским факультетом, а преобладала мужская и женская солидарность. Удачливых парней с любого из факультетов ребята приветствовали овациями и бросали торжествующие взгляды на насупленных девушек. А если дело выигрывала представительница прекрасной половины, ситуация менялась на диаметрально противоположную.

И только однажды мое сердце дрогнуло сочувствием «вражескому» лагерю — когда в поединке сошлись Микаэла и Нетти.

С важным видом, бросая друг на друга презрительные взгляды, эти двое заняли места за кафедрами. В воздухе, в метре от воинственно взирающих друг на друга студентов, висела копия брачного договора.

— Кстати, — заметил профессор Ильгрин. — Сторонами в этом процессе были два бывших студента факультета Защиты нашей академии. Разумеется, от услуг защитников супруги отказались, решив, что каждый из них сам в состоянии представлять свои интересы. Так что в процессе у нас участвуют не юристы сторон, а лично муж и жена.

По аудитории прокатилась волна смешков, а «супруги поневоле» мрачно уставились друг на друга.

— Сразу скажу: проблема данного процесса состояла в том, что супруги не могли прийти к соглашению в отношении вещи, физический раздел которой был невозможен, — добавил профессор. — От денежной компенсации каждый из супругов отказывался, желая получить саму вещь. И эта вещь…

Он активировал настенный визариум, позволяя нам увидеть жутко дорогое, выполненное из красного хрусталя и щедро украшенное россыпью полудрагоценных камней сердце от известного ювелирного дома Нутерже.

«Супруги» синхронно простонали:

— Не отдам!

После чего, так же синхронно закатав рукава мантий, начали судорожно листать учебные визариумы, на которые преподаватель перебросил дополнительные материалы по делу.

— Ха! — радостно воскликнула Микаэла. — Вещь была приобретена на имя жены! А в соответствии с брачным договором имущество, приобретенное одним из супругов за счет личных средств, является его личной собственностью!

— Возможно. Только оплата была произведена с семейного счета супругов, а значит, муж вправе претендовать на супружескую долю в этом имуществе, — парировал насупленный Нетти, явно не желая уступать такую гламурную вещицу.

— Это был подарок, который поступил в единоличную собственность жены! — продолжила нападение Микаэла.

— Да? — язвительно парировал «супруг». — А где договор дарения, который для вещи такой стоимости должен заключаться в письменном виде?

Следующие минут десять вся аудитория, затаив дыхание, наблюдала за поединком, который набирал обороты и децибелы в голосах студентов. Правда, даже через четверть часа взять верх ни у Нетти, ни у Микаэлы не получилось. Аргументы закончились, и, зайдя в тупик, «муж» и «жена» уставились на профессора в надежде, что тот поддержит чью-либо сторону.

Однако Ильгрин итоги подводить не спешил.

— Напрямую брачный договор не предусматривал подобный случай. И поскольку нормы имущественного права, применимые к данным правоотношениям, вступали в противоречие друг с другом, вещь была признана супружеской собственностью, — произнес он. — Ввиду того, что ни одна из сторон не желала уступить сердце Нутерже, утверждая, что это нанесет им непоправимый моральный вред, судья предложил сторонам показать степень привязанности к спорному имуществу. Можно сказать, впервые доказательственная база строилась на эмоциях.

Лица Нетти и Микаэлы, которым предстояло продемонстрировать пламенность своих чувств к куску камня, вытянулись. Студенты в аудитории, включая и меня, не удержались от смешков. На самом деле «супругам» можно было посочувствовать, но уж больно комичной выглядела эта ситуация. Да и, в конце концов, мало ли, а вдруг попадется подобная ситуация в практике? Готовыми надо быть ко всему.

Первым опомнился Нетти.