Месть амазонки - Эльхан Аскеров

– Идиотка! Заставила тащиться под дождём из-за своих бабьих бредней. Посмотри на них. Да она же просто умрёт, если он что-то сделает. Дура!

Добавив ещё один подзатыльник, десятник шагнул к дверям.

– Может быть, вина, офицер? В такую погоду и простыть не долго. Я угощаю всех. Эй ты, пройдоха! Кувшин вина господам стражникам. Живо! – прогудел воин, и солдаты невольно присели от звука его голоса.

Поглядывая на десятника, они неуверенно вошли в комнату. Через минуту на пороге вырос сам хозяин с кувшинами и кубками в руках.

– Я хотел остаться здесь на две седмицы, но раз в этой харчевне не уважают гостей, завтра же съеду. Может, посоветуете приличное заведение, офицер? Недорогое и с не очень любопытной прислугой.

– Есть такое, – подумав, ответил десятник. – В шести кварталах отсюда. Называется «Жареный бык». Хозяин – человек умный и не будет беспокоить людей просто так.

– Благодарю, офицер. Завтра же перееду туда, – решительно ответил воин.

Услышав, что клиент, плативший серебром, собирается съезжать, хозяин издал жалобный стон. Не обращая на него внимания, солдаты допили вино и дружно двинулись к выходу. Десятник, убедившийся в благонадёжности огромного воина, снизошёл до того, что извинился. Услышав подобное, хозяин потерял дар речи.

Проводив гостей, он вернулся за кубками, принявшись униженно скулить, уговаривая храброго воина не покидать гостиницу из-за простого недоразумения, пообещав выгнать служанку.

– Раньше надо было думать, – небрежно бросил воин и приказал убираться, пообещав спустить с лестницы.

Охая и стеная, хозяин скрылся за дверью. Очень скоро из зала послышались его крики и испуганное лопотание служанки. Не удержавшись, Лин весело расхохоталась:

– Ну и рожи у них были!

– Дяденька, не отдавай меня, – передразнил Паланг её голосок, криво усмехаясь.

Его реплика добавила масла в огонь, и Лин просто зашлась от смеха. Покончив с едой, Паланг спустился в зал и вскоре принёс ещё кувшин вина.

– Великая Мать! Ты пьёшь как лошадь. Сколько же тебе надо, чтобы опьянеть?

– Ну я думаю, бочонка хватит.

– Ого!

Усевшись за стол, Паланг налил вина. За посудой хозяин явился лично.

– Если нам ещё раз помешают, – повернулся к нему воин, – я разнесу эту крысиную нору. Понял?

Кланяясь как заведённый, хозяин пообещал, что им никто не помешает.

– Особенно, это касается твоей любопытной.

– Она не придёт. Спустившись, солдаты здорово намяли ей бока, а потом забрали с собой.

– Но ты же орал на неё внизу?

– Они выпили ещё кувшин вина. Из-за этой дуры одни расходы… – начал было опять скулить он, но Паланг сдвинул брови – и хозяина как ветром сдуло.

– Да. Не повезло ей сегодня. А ведь она хотела только поразвлечься, – усмехнулась Лин.

– Ничего. В казарме её развлекут. Надолго запомнит.

– Странно. Ты можешь быть таким ласковым и таким жестоким.

– Терпеть не могу шпионов. Ненавижу это подлое племя.

– Всех? Или кого-то именно? – насторожилась Лин.

– Тех, кто шпионит из любви к искусству. Того, кто делает это ради родины, можно понять, но те, кто просто развлекается, а потом доносит, вызывают чувство гадливости.

Чуть расслабившись, Лин облегчённо вздохнула.

– Неужели ты думаешь, что я не понял, что тут делает амазонка? Мне только одно неясно, зачем тебе я? – криво усмехнулся Паланг.

Лин растерялась, не зная, что ответить. Откровенность этого громилы выбила её из колеи.

– Мне хорошо с тобой. – Нашлась она наконец.

– Врёшь, – спокойно ответил Паланг. – Ты вернулась ещё до того. И с самого начала сама пошла со мной. Зачем?

– Не знаю. Наверное, растерялась.

– Опять врёшь. Решила использовать. Глупый громадный самец, за которого можно спрятаться, пока он отбивается от остальных.

Лин молча посмотрела на него и опустила голову.

– Ты что, мысли читаешь?

– Просто немного знаю философию амазонок. В вашем понятии все мозги у мужиков в штанах. Любым можно крутить, как угодно, достаточно только сиську показать.

– Только попробуй сказать, что я легла с тобой, чтобы…

– Не ори. Я не глухой, – так же спокойно продолжил он. – Хочешь, что-то доказать, не бери горлом. Докажи делом.

– Хорошо. Я докажу. Я хотела уйти, но был дождь, и я спряталась на конюшне. Я слышала, что ты говорил своему коню. Потому и вернулась. Ты прав, я хотела использовать тебя, но потом поняла, ты умнее многих и быстро всё поймёшь. Но я не думала, что это будет так скоро. Я поняла, мне нужна защита. И ты лучший из того, что я смогу найти. В этом мире женщине трудно одной. Я хочу попросить тебя помочь мне.

Паланг отрицательно покачал головой.

– У меня другая цель. Пока я не свершу месть, ничего другого я делать не буду.

– Но тебе потребуется помощь.

– Нет. Я должен сделать всё сам.

– Он колдун!

– Я знаю.

– Хорошо. Мы просто будем вместе, до тех пор пока ты не свершишь свою месть. Потом будем решать дальше.

Воин с сомнением посмотрел на неё.

– Я буду делать своё дело, а ты своё, – продолжала она уговаривать его.

– Боюсь, у нас плохо получится.

– Почему?

– Мы оба одиночки. Привыкли быть первыми. Ты – амазонка и захочешь первенства, а я не подчиняюсь никому. И дело вовсе не в том, что ты женщина. Я дал клятву, что больше никто не будет помыкать мной.

– Я знаю. Это я тоже слышала. Меня это устраивает. Так мне будет даже проще. Не надо отвлекаться на мелочи. Можно спокойно делать своё дело.

– Ты готова подчиняться? – с изумлением спросил Паланг.

– Да.

– Мужчине? – не поверил он.

– Тебе, да, – твёрдо ответила амазонка.

– Но почему? – продолжил допрос воин, не веря собственным ушам.

– Ты – единственный, кто заставил меня почувствовать то, что было мне незнакомо. И это не только постель. С самого начала я словно сломалась. Странное чувство. Даже Верховная иногда отступала перед моим характером. А ты заставил отступить меня. И самое странное, что мне это нравится. Честно говоря, я сама себя не узнаю. Ты колдун? – неожиданно спросила она.

– Нет, – рассмеялся воин. – Все мои заклинания и чары – это добрый клинок и боевой клич. Вот и всё колдовство. Кроме того, я слишком сильно ненавижу это племя.

– Но ведь тебе помогают духи.

– Это духи предков. Воины, которые погибли не в бою, а как овцы, на бойне. Эти варвары побоялись сразиться с нами в честном бою. Спрятались за колдовство. Это не чары. Это сила, дух воинов, которые требуют отмщения.