От чужих берегов - Андрей Круз

Когда вернулся из своего разведрейда, обнаружил троих убитых зомби на мостках над трубами, ведущими от дока к берегу.

– Нас уже заметили,– пояснила Дрика, похлопав по автомату.– На берегу больше собралось, но сюда не лезут. Боюсь, как бы ночью не напали.

– Стеречь будем,– сказал я, пожалев, что нет ночного прицела: очень бы пригодился.– А может быть, на якорь встанем? Здесь глубина метров восемь – десять, я же мерил.

– А почему бы и нет? – задумалась она.– А давай! А с утра обратно подойдем.

Я почему-то был уверен, что якорь не зацепится и нас отнесет течением. Почему? Да просто потому, что больно бестолковые мы мореплаватели, у таких ничего не должно получаться, но якорь держал прочно. Пристроились метрах в стах ниже дока и наконец почувствовали себя в относительной безопасности. Пока преграды от мертвяков лучше, чем глубокая вода, мы не встречали.

Сели на оставшийся диван в кают-компании, подтащив к нему кресло от компьютерного стола, поужинали всухомятку.

– Думаю, что к этим «обеденным яхтам» лучше подойти перед самым выходом, прямо на «Проныре»,– сказал Сэм.– Может, есть проще способ доставать ящики – не таскать до кормы. Окно выбьем, например, и через него прямо на палубу сюда подадим. Там много?

– Очень,– подтвердил я.– Целый штабель. Вытрясти один такой склад – и у нас с водой никаких проблем, хоть купайся в ней. Но это во вторую очередь, пока вода у нас есть.

– Заправка? – спросила Дрика.

– Именно так, заправка,– подтвердил я.– Пока у нас танк и все бочки не будут заполнены, покою нам не будет. Да что покою: мы тронуться отсюда не можем, а у меня уже мандраж начинается – второй день здесь у всех на виду болтаемся – мало ли кого принесет!

– План есть? – спросил меня Сэм.

– Есть, проще некуда. Идем вдвоем, Дрика прикрывает. Запускаем генератор и насос, возвращаемся обратно. И заправляемся. Так, как ты и предлагал.

– Отключать потом будем?

Он кивнул в сторону берега.

– Нет,– ответил я без раздумий.– Не думаю, что что-то случится. Или автоматика отрубит, или… не знаю, но второй раз туда полезть не удастся, как мне кажется. Не понимаю я в этом ничего – знаю только, что и с одним рывком мы здорово рискуем.

– Может, все же с других лодок попытаемся? – спросила Дрика.

– Боюсь,– ответил я честно.– Такое ощущение, что мы уже запас терпения того, кто присматривает за нами сверху, исчерпываем. Постоянная мысль о том, что кто-то нехороший сюда заявится.

– А само не потечет? – спросила она.– Танк же выше, чем мы, вентиль если открыть…

– А какой вентиль? – спросил ее Сэм.– Насколько я в таких штуках разбираюсь, открывать их должен кто-то по схеме, которая хранится неизвестно где. Ты хоть одну трубу видишь, чтобы прямо сюда шла? Нет? И я не вижу, поэтому пытаться открывать задвижки – это как пазл складывать: надо иметь прорву времени, да, сэр.

– А если там придется работать, что-то включать и выключать? – задала разумный вопрос Дрика.

– Тогда Сэм вернется, а я буду управлять,– ответил я.

– Нет, не пойдет,– сказал Сэм сразу.– Ты моложе и сильнее, быстрее бегаешь, так что прорвешься наверняка. Я останусь на управлении. А потом вы прикроете меня из винтовок, пока буду бежать обратно.

Хотелось возражать, но Сэм был прав. Мужик он крепкий, но все же в возрасте – и реакция не та, и силы не те. А я все же лось здоровый, мне прорваться проще.

– Да, так и сделаем.

На этом наше вечернее совещание завершилось. А утро встретило мандражем – предстояло или прорваться через последние проблемы, или… не прорваться. Поездка на «зодиаке» до ближней марины, которая Грэнд-Коу, прошла вообще без приключений – отвязали небольшую лодку, даже заводить не стали, а наоборот, уронили подвесной мотор за борт и притащили ее на буксире, а теперь намертво закрепили рядом с «Пронырой».

– Дрика, тебе задание прежнее – никто не должен зайти на мостки, понятно? – давал я последние инструкции.– Главное – дай нам заправиться. И пока будем туда бежать – не стреляй, в такие моменты попасть в своих проще некуда: сама не заметишь, как кто-то из нас под выстрел выскочит.

– Все ясно,– серьезно кивнула она, усаживаясь с винтовкой у борта и опирая ее на релинг.

– Дальше будет хуже, так что к худшему и готовься.

– Поняла,– кивнула Дрика и выстрелила.

Звук выстрела раскатился по реке, ствол «штайра» выплюнул пулю, пробившую голову мертвеца, подошедшего слишком близко к мосткам. Дрика уже нас защищала.

– Сэм, готов? – несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, спросил я своего напарника.

– Наверное. Более готовым уже не буду – пошли, пока я со страху не сбежал,– сказал он.

Не врал: по лицу видно, что тоже боится. Как-то мы наугад сейчас чешем, даже не знаем, сумеем управиться с техникой или нет. Не характерно для меня вообще-то, но придумать ничего другого толкового не получалось. Информации мало: не посмотришь – не поймешь, а чтобы смотреть – надо туда сбегать. Да и стимул – вот оно, прямо перед носом, решение всех проблем.

Все, хорош топтаться, погнали!

Я первым выскочил на мостки, Сэм шел в трех шагах от меня. Бежали трусцой, но не слишком быстро, чтобы силы зря не расходовать и дыхание не сбивать: нам еще стрелять придется, и что самое важное – стрелять быстро и метко. Или все, поход был неудачным, вечная память героям.

Первый мертвяк – пуэрториканец в зеленом комбинезоне с надписью «HESS» и строительной каске – попытался перехватить нас на сходе с мостков, но я его заметил еще с дока, так что пристрелил метров с пяти, аккуратно прицелившись. Пуля пробила каску, и та покатилась по земле.

Хорошо, что пространство открытое,– небось, по пожарным требованиям, все просматривается. Еще мертвец – девочка, черная, с изуродованным лицом и сломанной челюстью, вся избитая, но крови мало – от мертвой кто-то так активно отбивался. Опять выстрел, еще один… с третьего попал. Сэм пока не стреляет – он противоположную сторону контролирует.

Слева – белый танк, огромный, с лестницей наверх, справа – зеленый. От них мешанина труб идет на какой-то огромный распределительный узел в центре двора, просто под навесом… вообще заправку напоминает: колонки и трубы. Просто шланги вроде пожарных, толстые и массивные. Слева два дома: один под двускатной крышей, поменьше и повыше, другой – сарай сараем, длинный и плоский. Вот там бы генератору и быть, больше его и запихать здесь некуда, тем более что провода по земле идут, в виниле, их «необутым взглядом» видно.

Большой белый танк для нас все это время закрывал вид на внутренний двор терминала, и заглянуть неоткуда было – ни с какой точки. А вот теперь… Посреди двора стояла огромная машина. Трехосный грузовик «интернешнл», с большущей цистерной и надписью на борту – все той же «HESS». Ну да… и вот что за трубы под навесом – там же… «заправкой» это не назовешь, а вот можно сказать «раздатка»! Они там такие машины-цистерны наливали и… и по маринам отправляли, наверное. Это же заправка на колесах! Ну да, а как же иначе? Да вон же еще один стоит, прямо у крана!