Те, кто выжил - Андрей Круз

Когда разъезжались с поляны, Ильяс перебрался ко мне в машину вместе с доктором, Енотом и почему-то мрачной женщиной.

— В общем, так, я по нашим делам теперь отчитаюсь, — сказал он. — Интерес к кевлару есть, естественно. Зампотыл местный сказал, что возьмет столько, сколько дадут. Если цена будет не заоблачная, естественно, но скупиться не будут. Надо туда завтра ехать с утра и разговаривать.

— Поедем, — согласился я сразу. — Я тоже цены не знаю, но думаю, что ее надо из броников рассчитать. Одна пачка… сколько там из нее броников получится? Узнать, почем они здесь продаются, скинуть за опт и работу по изготовлению… как-то так. Я, пожалуй, к утру формулу расчета набросаю, — сказал я уже больше самому себе.

— Вот, правильно, набросай, чтобы у зампотыла нам не мычать и руками перед рожей не крутить, — удовлетворенно сказал Ильяс. — Тебе за пленку перевели уже деньги?

— Не проверял — не успел, — ответил я. — Но с утра отгрузили, должны были перевести.

— Ладно, завтра проверим.

Пленка ему не нужна: нужны деньги, которые придут, или уже пришли, на счет. Ильяс чует прибыток и уже считает дело своим тоже. Ну и правильно, собственно говоря. Остальные вроде как равнодушно молчат, только головы разом покачиваются на неровностях дороги.

Когда остановился во дворе, в котором уже никаких детей не было, был неожиданно приглашен на ужин, причем той самой мрачной женщиной, при молчаливом согласии остальных. Но все же отказался, попросил перенести посиделки на следующий день: решил все же попытать сейчас счастья в перехвате тверского омоновского командира. Сколько же можно мимо пролетать — должно же повезти, в конце-то концов?

Попрощались, я развернулся да и поехал. Дорогу уже выучил — потеряться не рисковал. Выбрался с Кронштадтского шоссе на Цитадельское да и доехал до нужного места. По пути заглянул на «Мариетту», где заодно покормил Тигра и поговорил с экипажем. Список новых членов экипажа у меня взял Док — сказал, что поможет проверить, о чем я Паше и доложил. Он же в свою очередь отдал мне копии накладных — вроде как для отчетности. А дальше уже поехал в гостиницу.

За стойкой был неизменный Гия Шалвович, а возле него стоял, листая какой-то журнал, давешний здоровяк. Увидев меня, он заулыбался и ткнул толстым пальцем в сторону кафе, сказав:

— Твоя везуха. Здесь командир, у окна сидит, в углу.

— Понял, спасибо!

Добежал до номера, сгрузил там кота и излишки груза — и уже налегке пошел обратно. Распахнул двери, вгляделся. Точно, в дальнем углу сидит крупный мужик в милицейском городском камуфляже, ест увлеченно, с жадностью, словно неделю голодал. Ладно, хоть и неудобно человека отвлекать, но я за ним уже несколько дней бегаю, так что сразу подойду. А то что-то случится — и он опять куда-нибудь смоется.

Подошел, глядя ему в склоненный над тарелкой затылок, поздоровался. Он поздоровался в ответ. Голос показался знакомым — низкий такой, с хрипотцой. Затем он посмотрел на меня. Вот как…

— Серж, ты, что ли? — малость обалдел я от удивления.

— Андрюха? — поразился и он, даже вилку с ножом отложил.

Светлокожий и при этом черноволосый, седина уже видна. В контраст с волосами очень светлые зеленоватые глаза. Ну да, он самый. А я его еще в Твери искать собирался.

— Ну ты… не ждал, не ждал, — раскинул я руки, пока он поднимался из-за стола.

Обнялись крепко, похлопали друг друга по спине, причем я при этом зашипел от боли.

— Ты откуда здесь, Серега? — успел я спросить первым. — Что-то никак не ожидал тебя тут…

— Да вроде как колонну провели, — махнул он рукой куда-то в сторону ближайшего окна. — Первую с нашего направления — до Новгорода дорогу пробивали. Ну и я с ними за главного пошел. А ты как?

— Да я вообще хрен поверишь, — осталось только отмахнуться мне. — Сядем нормально за рюмкой чаю — тогда расскажу, тут роман целый.

— Андрюха, сейчас не могу, убегаю, — засуетился Серж. — Ты здесь на постое или где-то искать надо?

— Погоди, погоди! — запаниковал я. — Ты надолго?

— Не, чего надолго? — даже удивился он. — Вернусь прямо сейчас, только цеу раздам личному составу. Вернусь через… — он глянул на часы, — через десять минут. Может, и меньше. Не спешишь? Дождешься?

— До пятницы я совершенно свободен, — ответил я цитатой из детской книжки. — Я вообще-то здесь живу и на сегодня все дела закончил.

— Я пулей!

— Давай, жду!

Серж выскочил в дверь, я посмотрел ему вслед. Вот как бывает. В детстве у всех бывают друзья, близкие, совсем близкие, а бывают такие вот, как Серега, когда родители уже перестают разбирать, где чьи дети и кто у кого когда ночует. Вот так мы с ними дружили, с самого первого класса. Ни до него, что неудивительно, ни после того как мы расстались и жизнь раскидала нас по разным городам, такого близкого друга у меня не было. Ну один еще, быть может, уже в Москве, когда я туда переехал, да и все.