Погоня за сокровищем - Юлия Григорьева

И все же морякам со шхуны пришлось обнажить оружие, когда двое пиратов бросились на них, желая отомстить за предательство. Верта, белый как снег, рванул саблю из ножен и с отчаянным блеском в глазах встретил одного из нападавших. Глядя на своего капитана, осмелели и остальные. Запах смерти и ярости, витавший в воздухе, будоражил кровь, пробуждая звериные инстинкты, сейчас вдруг вырвавшиеся из-под слоев многолетней спячки. Закричав, кинулся в бой один из матросов и тут же получил удар саблей в бок. Его одежда моментально разбухла, окрасившись кровью, но матрос снова поднял саблю, с остервенелым рычанием бросаясь на противника.

Его товарищи уже бились справа и слева от него, помогая команде «Счастливчика», и пираты дрогнули. Они не хотели умирать, но, взойдя на борт «Алиани» и отправившись вслед за бригом капитана Лоета, они уже были обречены на гибель, потому что Вэй Лоет никогда не был ни слепцом, ни глупцом. Он прозрел еще в тот день, когда его отправили прогуляться по доске со связанными руками королевские офицеры, с которыми бок о бок служил Маранте лейтенант королевского флота Вэйлр Мовильяр. А остатки романтической дури из него выбил старый пират Ансель, полюбивший щенка как родного сына и обучивший его всему, что знал сам. В сражениях, драках, предательствах и перипетиях судьбы был откован Вэйлр Лоет, такой, каким его знали его матросы, его враги и друзья. И Лоет не церемонясь приговорил пиратов с «Зари» к смерти в то же мгновение, когда узнал о них. Терпеливо вел их на место казни, чтобы уничтожить часть на берегу, сократив количество врагов перед тем, как его команда вторгнется на шхуну, чтобы вырезать пиратов, оставшихся на борту «Алиани».

Он знал, что отсюда им не выбраться живыми. И не только потому, что численный перевес был за ним и его командой, которой вдруг решились помочь моряки с «Алиани». Пиратам было не дано вырваться от его парней, которых Лоет подбирал по своему подобию. Они всегда шли за ним, шли до конца, даже если в конце их ждала смерть. Дрались как черти, превращаясь в хищников, готовых рвать зубами каждого, кто встанет у них на пути. Все эти ныне добропорядочные мэтры в душе оставались теми же разбойниками, и их суть в это мгновение нашла наконец выход — в бросках на противника. И Смерть, наблюдавшая с вершины утеса за короткой и кровопролитной схваткой, собрала павшие души.

— Готовы! — выкрикнул Мельник, вытирая саблю об одежду мертвого пирата.

— Наши? — не глядя на него, спросил Вэй.

— Десять раненых, трое убитых, еще двое вот-вот отойдут, — ответил Мельник.

Капитан едва заметно кивнул, и Мельник, вытащив нож, присел рядом с одним из своих товарищей, облегчая ему переход в иной мир. Затем поднялся на ноги и занялся вторым. Матросы мрачно взирали на происходящее, зная, что капитан принял наиболее верное решение, не желая продлевать агонии тем, чей путь на земле был уже окончен. Лоет не смотрел, как Мельник добивает его людей. Он огляделся, отыскивая капитана «Алиани».

— Верта. Верта!

Мужчина сидел на земле, держась за раненую руку. Он поднял на Вэя взгляд и криво усмехнулся.

— Выжил, — ответил Верта, рассеянно ухмыльнувшись. — Надо же… Лериа!

Боцман со шхуны, исторгавший содержимое своего желудка, поднял руку и распрямился.

— Посчитайте ваших людей, — велел капитан.

Боцман утер тыльной стороной ладони рот, выдохнул и огляделся, но тут же вновь согнулся, содрогаясь от новых спазмов.

— Осталось четверо, господин капитан, еще вы и боцман, — произнес один из матросов, вытиравший пот дрожащей рукой. — Пятеро мертвы, один вот-вот отойдет.

— Мельник, — отрывисто позвал Лоет.

— Понял, — ответил матрос, отыскивая взглядом мужчину, сжимавшего ладонями распоротый живот.

— Не надо! — вскрикнул Верта.

— Пусть дохнет медленно? — спросил Вэй, и второй капитан опустил взгляд. — Нужно прибрать за собой. Незачем местному населению оставлять всю эту падаль.

Матросы кивнули и взялись за мертвецов — их было не так уж и мало. Лоет подошел к Верта, осмотрел его рану и хлопнул по здоровому плечу. Некоторое пренебрежение, которое бывший пират испытывал ко второму капитану, исчезло. Вэйлр уважал тех, кто мог преодолевать свой страх перед болью и смертью, а Верта смог, и его люди смогли.

— Никогда не попадали в заварушки? — спросил капитан «Счастливчика», усаживаясь на землю. Верта отрицательно покачал головой.

— Никогда. Даже на стоянках, когда мои ребята ходили в трактир, дальше кулачной драки не шло.

— Ясно. Тогда с дебютом, — кивнул Вэй. — Дружка Ржавого подержим в шлюпке, пока все не закончится, потом поднимем к вам на борт. — Лоет пристально взглянул на Верта. — Вы уверены, что он вам нужен?

— Ржавый сказал, если не увидит на моей шхуне рожу своего приятеля, он перережет моих людей раньше, чем подойдет к нам на пушечный выстрел.

— Не нравится мне это, — покачал головой Вэйлр, поднялся на ноги и направился к своей команде.

Капитан «Алиани» проводил его взглядом и протяжно вздохнул: ему еще не приходилось терять своих людей. Это было… страшно. Мужчина думал, что скажет их родным, когда не сможет даже отдать тела мертвецов. Думал он и о том, что будет с той частью его команды, которая находилась на борту «Зари». За «Алиани» он уже почти не переживал, уверившись, что рядом с Лоетом он и его люди под защитой. Капитан «Счастливчика» умел вызывать веру в его силу. Затем Верта подумал о владельце компании, которой принадлежала его шхуна, и снова вздохнул. Он еще в глаза не видел проклятые сокровища проклятого пирата, а они уже принесли немало бед. А сколько еще впереди…

— Возвращаемся, — коротко приказал Лоет, как только с телами было покончено.

Темнота скрыла, сколько людей возвращаются с маленького острова, сохранив страшный секрет в тайне. Вновь короткий свист, и от «Счастливчика» отчалила одна из освободившихся шлюпок, куда села та часть матросов, которые ждали возвращения капитана. С борта «Алиани» упала вторая веревочная лестница. Лоет ухватился за ступеньку, поднял взгляд наверх и решительно полез на борт. Недалеко от него карабкался Красавчик, ранение которого заключалось в разбитых губах и синяке на половину лица. Капитан и абордажный матрос обменялись коротким взглядом, сделали последний рывок и резво перебрались через перила, одновременно выхватывая сабли. Они вдвоем удерживали пиратов, осознавших, что команда брига пришла за их жизнями. А вскоре палуба «Алиани» уже кишела сражающимися людьми.

Матросы со шхуны ощутили близкое освобождение от гнета — пираты чувствовали себя на их корабле хозяевами. Страх утомил и озлобил людей, и, вдохновленные примером своего капитана, они отыскивали матросов с «Зари» и расправлялись с ними. И когда почерневшая в свете луны палуба стала скользкой от крови, Лоет вырвал свою саблю из тела последнего разбойника, вытер ее о жилет мертвеца и провозгласил:

— Конец! «Алиани» очищена от скверны.

— Ура! — заорали ликующие моряки со шхуны; только их капитан покачал головой и поднял голову, найдя взглядом полную луну. Впереди была еще встреча с «Красной зарей» и попытка освободить пленников, которых, возможно, уже нет в живых.