Хоббит, который познал истину - Вадим Проскурин

— Смотри, Макс, думаю, тебе это понравится.

— Что это?

— Посмотри-посмотри.

— Это что, шутка?!

— Нет, все на полном серьезе. Это все данные, которые мы набрали по “Аль-Кайеде”. Думаю, твое начальство обрадуется.

— Обрадоваться-то оно обрадуется, но как все эти данные легализовать?

— Давай подумаем вместе. Вот, например, Мохаммед Аббаси, его можно завербовать задним числом, и получится, что он как бы сам все это выдал.

— Где он находится? Ага, вижу, в Эмиратах. Там особо не разгуляешься.

— Можно выманить его, например, в Иран.

— А в Чечню ты его выманить не можешь?

— Не ёрничай! Не хочешь нормально разговаривать — не надо, я уйду, и делай со всем этим что хочешь.

— Извини. Что тут еще у тебя? Ты уверен?! Усама бен Ладен в Саудовской Аравии?

— Ага. Что характерно, у себя дома.

— Ты представляешь себе, какая это бомба?

— Представляю. Я надеюсь, у твоего начальства хватит ума не взрывать ее.

— А почему бы ее не взорвать?

— Потому что тогда “Аль-Кайеда” легализуется, а это не нужно никому: ни Грушу, ни Путину, ни этому шейху… Ну, ты понял, ни даже самому бен Ладену.

— Ладно, хрен с ним, с бен Ладеном, по Чечне что-нибудь есть?

— Вот здесь, смотри.

— Гм… Честно говоря, я ожидал чего-то подобного. Нет, это нельзя обнародовать.

— Я и не собираюсь.

— Вот и хорошо. Спасибо за информацию, Хэмфаст, и твоим друзьям тоже спасибо.

— Я передам им. Если что, ты знаешь, где меня искать.

— Думаешь, возникнут проблемы?

— Возникнут. Эта информация слишком взрывоопасна, боюсь, твоему прототипу не светит долгая жизнь. Кстати, ты кто, человек или бот?

— Человек.

— Значит, это тебе не светит долгая жизнь.

— Жаль.

— Ты можешь уйти в отставку, бот справится один. Я обеспечу тебя всем необходимым, тебе не придется прозябать в бедности.

— Лучше позаботься о моей семье.

— Хорошо. Слушай, Макс, я не понимаю, на хрена тебе лезть во все эти дела? У тебя есть виртуальная копия, она умеет все, что умеешь ты, и даже больше. Зачем это лично тебе, реальному, живому человеку?

— Если я все брошу и уйду, я никогда не прощу себе такой выбор. Скорее всего я сопьюсь. А зачем мне это нужно?

— Как знаешь. Сссра начал собирать подобную кучу данных по Чечне. Если у тебя есть какие-то данные, которые могут помочь…

— Откуда у меня возьмутся такие данные? Мы работаем только по сетям, мы почти не занимаемся Чечней. Даже когда Сссра их соберет, мне будет трудно передать их кому надо. Ладно, я попробую.

— Хорошо. Как дела в Средиземье?

— Нормально. Как раз сейчас твоя жена тренируется на полигоне.

— Утаскивает секретные ключи?

— Ага. Мы не стали переделывать тренажер. Ты ведь не рассказывал ей подробности?

— Не рассказывал. Как Леверлин?

Макс неопределенно мотнул головой.

— Сам не пойму. Боюсь, что как консультант он никуда не годится. Мы скормили ему шесть гигов информации и попросили выдать долгосрочный прогноз, так он говорит, что через пятнадцать лет Индия войдет в СНГ. Даже не знаю, смеяться или плакать.

— Я могу ознакомиться с его прогнозом?

— Вообще-то он секретный, но… Да ну, какие там секреты, бред один! На, бери.

— Спасибо. Вот тебе ответный подарок, посмотри на досуге. Есть над чем подумать. Ладно, я пошел.

— Подожди! Нехалления выйдет из зоны тренировки через один-два часа. Ты можешь ее подождать.

— Могу, но не хочу. Передавай ей привет.

— У вас какие-то проблемы?

— Никаких проблем. Подробности спросишь у своей копии примерно через год.

— Кажется, я понимаю. Как бы это сформулировать нормальным языком… По мере развития виртуальной личности человеческие привязанности необратимо разрушаются?

— Нет, разрушаются инстинктивные привязанности, не подкрепленные… Короче, спросишь потом у своей копии, мне трудно объяснить это. Ладно, бывай!