Стоунхендж - Юрий Никитин

— Пороги?

— Что такое пороги?

— Ну, это такое... такое...

Она показала обеими руками, какие пороги, едва не свалиласьс плота. Томас покачал головой.

— Ага, понял. Похоже, но не совсем. Там водопад. Инемаленький.

Он стал поворачивать плот к берегу. Теперь их несло быстро истремительно, плот качало и вскидывало. Она хваталась за мокрые скользкиебревна обеими руками, едва ли не зубами. Томас отчаянно греб веслом — лопастьбыла слишком узкой, чтобы быстро уйти с середины реки.

Яра замерла, а когда впереди вынырнули камни — все-такипороги! — даже закрыла глаза. Снизу страшно ударило, грохнуло, ееподбросило в воздух. Обрушилась уже в ледяную воду, ушла с головой так, что намиг ощутила под ногами дно. Ее потащило в потоке, швыряло, крутило, онадержалась изо всех сил, показалось, что услышала голос Томаса, потом ее плечосжали жесткие пальцы. Мелькнуло перекошенное лицо, глаза прищурены, в волосахбелеют клочья пены.

— Набери воздуха! — услышала его крик. — Исожмись в комок!

Воздух дрожал от рева, а течение было стремительным, как бегконя. Река впереди обрывалась, Яра с ужасом поняла, что там водопад, о которомговорил Томас. В следующий миг ее швырнуло в пропасть — она едва успела набратьв грудь воздуха и поджать колени к груди.

Ее швырнуло в высоту в бездну, вода поглотила с головой. Вглубине давило, крутило, мяло, она изо всех сил стремилась выбраться наверх,отчаянно работала руками и ногами. Когда грудь уже разрывалась от удушья, еевыбросило наверх, как щепку, она вынырнула по пояс, жадно хватила воздуха,окунулась, ее понесло в бешеном течении.

Рев водопада становился глуше, но теперь ей почудился другойрев, злой и торжествующий. А водяные брызги швыряло в лицо то с одной стороны.то с другой. В какой-то миг ее повернуло, и она увидела, как над рекойпронеслось темное исполинское тело. Крылья били тяжело, вздымая высокие брызги.Ей показалось, что на драконе, если это был дракон, а не Змей, темнелачеловеческая фигурка.

— Хватайся за веревку! — услышала она лютый крикТомаса. — Хватайся, дура!

Отплевываясь, выныривая из бушующих волн, она с пятойпопытки увидела сквозь брызги пронесшуюся мимо толстую веревку с широкой петлейна конце. Томас орал на нее, он держался среди волн на расстоянии длинногокопья.

Когда петля пронеслась, задевая волны, в очередной раз, Ярасобрала остатки сил и подпрыгнула, вытянула руки. Петлю ветер относил всторону, но она сумела уцепиться одной рукой.

Ее дернуло с такой силой, что затрещали суставы. Яравскрикнула от боли, едва не разжала пальцы, но тут дотянулась другой рукой. Еепотащило по волнам с такой скоростью, что гребни били по ногам, как твердыебулыжники. Затем вода осталась внизу, она ощутила свой вес, ветер свирепо дул влицо, и она поняла, что ее тащат наверх.

Пальцы разжимались, она должна была упасть раньше, чем ееподтащат к брюху летящего чудовища. Яра из последних сил подтянулась, ееослабевшие пальцы разжались в тот самый момент, когда она сумела вдвинуться впетлю.

Веревка сдавила ей плечи и локти, врезалась, но она ощущалатолько лютый ветер, который пронизывал ее в мокрой одежде насквозь, леденилкаждую косточку. Она почти теряла сознание, когда ударилась головой с такойсилой, что услышала голоса за Авзацкими горами и увидела свет первого днятворения.

Сильные руки подхватили ее, кто-то ударил по голове, номокрые волосы смягчили удар. Яра распласталась неподвижно, желая только умеретьи ничего больше не чувствовать, особенно пронизывающий холод. Ее грубопривязывали, она поняла — к гребню чудовища, голоса были злые, уверенные.

Внезапно она увидела, как сбоку появилась облепленнаямокрыми волосами голова. Синие, как небо Руси, глаза остро взглянули на нее, вследующее мгновение мощная рука с железным браслетом на запястье ухватилаодного из тех, кто привязывал ее, за лодыжку, дернула. Тот исчез с долгимкриком, а Томас запрыгнул, борясь с ветром, в его руке уже был кривой меч.

Второй и третий оставили Яру, бросились на врага, шатаясь ихватаясь за толстые, как частокол, иглы гребня. Томас встретил их атаку — ониначали заходить с двух сторон: широкая спина дракона позволяла. Томас вертелголовой, попав в трудное положение. Яра, чувствуя, что ее руки уже привязали,потянулась на спине за ними вдогонку, с силой ударила ногами одного под колени.Тот вскрикнул, зашатался, замахав руками.

Она с ужасом наблюдала, как он почти выровнялся, но сильныйпорыв ветра ударил в грудь, и он, взмахнув руками еще раз, отчаянно закричал,уже видя проносящиеся далеко внизу деревья. Томас свирепо отбил удар второго,сделал выпад, и тот вскрикнул, выронив меч и ухватившись обеими руками заживот.

Яра дотянулась до его меча, прижала ногой. Томас кивнул, вглазах было одобрение. На загривке дракона сидел последний из седоков, виднобыло только его согнутую спину. Он что-то делал, но дракон внезапно нырнулвниз, словно провалился. Крылья собрались, прижались к бокам, похожие натяжелые кожаные шторы. Томаса подбросило. Яра с ужасом видела, как егоперевернуло вниз головой, он держался только одной рукой за скользкий гребеньчудовища.

— Удержись! — крикнула она умоляюще.

Его лицо побагровело, несмотря на лютый встречный ветер, чтостарался сорвать его со спины дракона. Яра в страхе видела, что рыцарь несможет держаться долго, пальцы его соскальзывают, держатся только за самыйкончик гладкой иглы...

Земля стремительно приближалась, но внезапно появиласьтяжесть, Ярославу прижало к жестким чешуйкам, а Томас рухнул вниз лицом. Немедля, он вскочил на четвереньки, пополз, хватаясь за выступы костяной брони, кзагривку дракона. На шее дракона был хомут, в нем торчали кинжалы, впиваясь вщели между чешуйками.

Видя Томаса уже за своей спиной, последний из седоковухватился за рукояти кинжалов, и дракона бросило вправо, влево, затем тяжестьприжала Яру так, что она бездыханно распласталась на жестких колючих плитах.Крылья били по воздуху часто и мощно. Их стремительно вздымало вверх, уносилоот земли. Томас дополз, щерясь от упругого ветра, короткий меч блестел, зажатыйв зубах. Враг оглянулся, побелел, голос сорвался на визг:

— Погоди!.. Не убивай!

Томас стиснул пальцы на рукояти, другой рукой держался завыступы.

— Почему?

Дракон раскинул крылья во всю ширь, парил. Плиты под ногамилюдей то раздвигались, открывая толстую розовую кожу, то сдвигались,поскрипывая краями. Из глубины слышалось тяжелое дыхание. Человек вскрикнул:

— Я могу усмирять дракона!

— Только ты?

— Да! Он сожрет вас обоих!

Томас мощно рванул его за шиворот. Яра в ужасе видела, какноги человека отделились от темно-зеленой плиты. Растопырив руки, он исчез,подброшенный свирепым ветром, остался долгий затихающий крик. Томас даже непосмотрел вслед, дракон согнул шею, окинул недобрым взглядом новых седоков.Глаза стали наливаться желтым хищным огнем.