Один из семи - Роман Галкин

– Он самый, – отвечаю и чувствую, что тревога пропала, а ее место занял не свойственный мне, а потому непонятный азарт. – Если вы ко мне, то подождите минуточку. Сейчас отдам кое-какие распоряжения и выйду к вам, – я быстро прошествовал мимо оторопевших чиновников, привыкших, что ждать могут только их. Ну да ждали же, пока подъеду, подождут и еще. Глядишь, выйдут из равновесия и сболтнут чего лишнего. В мастерских встречаю Василича.

– Видал, какие гости высокие? Не к добру это.

– Видал. Кто это, кстати? А то рожи по телеку видел мельком, а кто такие, не знаю.

– Да это ж два братца родных, Сараевы. Они раньше директорами совхозов были. А как поразваливали хозяйства напрочь, так в мэрию перебрались. Кем они там числятся, не знаю, но вот уже третий мэрин меняется, а они все остаются. Крепко засели, однако.

– Ладно. Разберемся. Ты люк замаскировал?

– Застелил пол ДСП. Сейчас Темка прикручивает саморезами.

Василич хотел сказать еще что-то, но, взглянув мне за спину, замолчал. Я обернулся. В мастерские входит, пригнувшись в дверях, один из тех громил, что сидели в джипе, и, тяжело топая, направляется к нам. Каждое его движение наполнено уверенностью сильного зверя, готового порвать любого, вставшего на пути. Тяжелый взгляд опускается на меня.

– Послушай, мужик, к тебе люди пришли. Уважаемые люди! – уточняет он. – Не надо заставлять их ждать. Ты меня понял?

Я поворачиваюсь к Василичу.

– Этот приходил к тебе насчет продажи дома? – спрашиваю, демонстративно игнорируя громилу. Старик молча кивает. По нему видно, что он чувствует себя весьма неуютно. – Ладно, иди. Я тут сам разберусь, – отпускаю я Василича. Тот с явным облегчением удаляется.

– Так что ты говоришь про своих хозяев? – наконец соизволяю заметить бычару.

Сохраняя во внешнем виде абсолютное спокойствие, он наклоняется и тихо, но внятно, произносит прямо мне в лицо:

– Когда ты станешь им не нужен, – громила кивает в сторону выхода, – я порву тебя на британский флаг. А сейчас, если не пойдешь сам, я тебя отнесу… нежно, – его губы растягиваются, изображая улыбку.

Странно, но я не испытываю никакого страха перед этой горой мускулов. Даже секретарша Терема Яковлевича вызывала во мне больше уважения. И потому, направившись к выходу, я совершенно искренне улыбаюсь в лицо холуя.

– Послушай, Олег Юрьич, мы занятые люди…

– Мне уже объяснили, – обрываю кинувшегося ко мне чиновника. – Извините, в помещении ремонт, поэтому не могу вас пригласить внутрь. Вы не будете возражать, если я выслушаю вас здесь? И без предисловий. Кому и что от меня нужно?

Братья обменялись взглядами.

– Ну что ж. Хочешь напрямую? Тем проще. Только давай без лишних ушей, – говоривший кивает в сторону приближающегося Игоря.

– Олег, мне дадут машину во двор загнать, или я так и буду торчать перед воротами?

Я вопросительно взглянул на братцев, молча переадресовывая им вопрос. Один из них кивнул громиле, стоявшему у меня за спиной. Тот направился к джипу.

– Сейчас пропустят, – сообщаю Игорю. – Загонишь машину, помоги Василичу.

Парень понимающе кивает и шагает вслед за быком.

– Слушай внимательно, – заговорил один из Сараевых, когда мы остались втроем. – На этом самом месте, где стоит твой сарай, будет строиться… Неважно, что будет строиться. Для тебя неважно, – уточняет он.

– За землю ты получишь компенсацию, – перехватывает инициативу второй братец. – Но! Платить за это … ветхое сооружение тебе никто не станет. И не делай круглые глаза. Ты сам хотел разговора напрямую. Хотел? Получи.

– Но позвольте, – возмущаюсь я. – А с чего вы так уверены, что я вообще соглашусь продавать этот участок?

– Нет, ты не врубился, – констатирует факт один из толстяков. – Ты вообще в курсе, кто мы такие?

– Ну, видел раз по телевизору, – я решаю тупить. – Председатели колхозов вроде. Или не?

– Ты когда последний раз телевизор смотрел? – взбеленился толстяк.

– Наверное, когда еще телеки черно-белые были? – подхватывает второй, довольно прихрюкнув над своей шуткой. И тут же переходит на внушительный шепот: – Мы серые кардиналы этого города. Мы можем просто переехать тебя, не заметив. Но мы добрые. И поэтому, Олег Юрьич, мы обращаемся к тебе по-хорошему. И даже по имени-отчеству.

– Администрация выплатит тебе компенсацию за землю, – продолжает внушение первый братец. – Но за сарай, еще раз повторяю, платить никто не будет. Ибо он все равно пойдет под снос. Можешь делать с ним, что хочешь. Можешь разобрать по кирпичику и вывезти. Можешь застраховать от пожара и сжечь. Но на все тебе дается месяц. Все. На этом откровенный разговор закончен. Если возникнут какие-либо вопросы, милости просим, записывайся на прием, и мы тебя выслушаем в порядке очереди.

И подтверждая, что разговор окончен, он разворачивается и решительно шагает к одному из мерсов.

– Все бумажные вопросы будешь решать с Владом, – кивает на джип другой толстяк и семенит следом за братом.

Вот и прояснилась ситуация. Теперь ясно – кто. Ясно, что приемлемых для меня вариантов нет. И не ясно, что делать…

***

Лежа на старом диване, честно пытаюсь думать о решении возникшей проблемы. Солнце, уставшее наблюдать за моими попытками думать, давно скрылось за крышами домов. Через открытое окно, вместе с весенней прохладой, доносится шум ночного города. Стараюсь, но никак не могу сосредоточиться на проблеме. Думаю о симпатичной старшем инспекторе Юлии. О том, что надо приобрести собственный автомобиль. О том, что в квартире много лет не делался ремонт.

Так! Все. Надо сосредоточиться на проблеме. Встаю и иду на кухню заваривать чай. Интересно, когда я в последний раз включал в квартире свет? Да и зачем это мне, если я прекрасно вижу в темноте… Е-мое, опять не о том…

Итак, что я могу противопоставить Сараевым? Да нифига. Кто я по сравнению с ними? Да никто. Если все же придется расстаться с мастерскими, что я теряю кроме вложенных средств и затраченного времени? Подземелье. И связанную с ним тайну. Не понимаю почему, но уверен, что мне необходимо проникнуть в эту тайну. А значит, необходимо иметь доступ к подземелью. Если бы не странная тьма, обитающая в зарешеченных проходах, можно было бы исследовать их. Возможно, нашелся бы другой вход, выходят же они куда-то. Тогда замуровать вход из мастерских и засыпать подпол КамАЗом земли – дело одного-двух дней. Но тьма… Что, если попробовать открыть одну из решеток? Только сделать это надо одному. Незачем ребятам рисковать. В любом случае, у меня есть месяц времени, отведенный толстяками. А значит, не надо делать поспешных шагов. За месяц может что-нибудь измениться. Но и расслабляться не стоит.

Мысли вновь съехали к автомобилю. Чего вдруг загорелось приобрести? Чтобы был? И если брать, то какой? Как-то видел в инете фотографии шестиколесного «Трэкола», выпускаемого, кажется, на УАЗе. И вот запал в душу этот вездеход. Приобрести бы такой, с виду круче импортных джипов будет.