Один из семи - Роман Галкин

Присев, глажу пса по загривку. Он блаженно прикрывает глаза и замирает, наслаждаясь лаской.

– Вот тебе и первый новый друг в новой жизни, – слышу голос Василия. – Давай выпьем за новую жизнь. И собаке нальем. Не знаешь, собаки пиво пьют?

– Это пес, – говорю, возвращаясь к столику и держа руку на загривке следующего за мной пса. – Он ест и пьет все, что едим и пьем мы.

Василий поднимается и, открыв заднюю дверцу автомобиля, начинает что-то там искать, чем-то гремя и шурша. Наконец возвращается, держа в руках походный котелок, в котором мы, бывало, варили уху во время ночевок на рыбалке. Пристроив котелок меж крупных галек, чтобы не опрокидывался, Василий выливает в него бутылку пива. Я беру со стола бумажную тарелку, кладу в нее кусок колбасы, несколько пластинок сыра и ставлю рядом с котелком.

– За новую жизнь! – поднимает бокал Василий.

– За новую жизнь! – согласно повторяю я.

Мы чокаемся, после чего наклоняемся и прикасаемся своими бокалами к котелку. Пес как-то по-кошачьи мурлыкает и начинает шумно лакать напиток.

– Вась, – говорю, пережевывая кусочек кабаноси. – Знаешь, почему я никогда не расспрашивал тебя о других мирах?

– Почему? – напрягается Суровцев, подозрительно уставившись на меня.

– Потому, что я хотел посмотреть на них сам, – отхлебнув пива и стараясь не смотреть на собеседника, спрашиваю: – Надеюсь, ты не откажешься стать моим экскурсоводом?

– Ты безумец!…

Ноябрь 2010г.