По дороге в легенду - Лев Кругликов

– Лесс...– Я коснулся ее плеча, обхватывая так, что, хотела бы... на самом деле, вырвалась бы.– Я не позволю такой замечательной девочке внезапно оказаться без матери. Так что если ты... примешь мою помощь, мне лишь немногого сейчас не хватит, чтобы с абсолютной уверенностью гарантировать, что ты вернешься. Живой. Также могу обещать, что не буду помехой твоим делам... в вашей Столице. У меня своя вендетта.

– Ключ? Или что-то еще? – Она не вырывалась, словно бы не заметив моего прикосновения.– Неважно... завтра я отправлю Эрин подальше отсюда. Поэтому у меня к тебе есть просьба. Будь уверен, что последняя. Сможешь сделать для моей дочери амулет, который изменит ее внешность?

– Алессьер. Успокойся. И не зарекайся от просьб. Хорошо? – Хех... Амулет, который изменит внешность... Для маленькой девочки. Я даже и не знаю, делать новый или просто отдать свой. Тем более что в Столице... Хотя...– Лесс, я могу как сделать новый, так и отдать свой. Сомневаюсь, что он мне настолько пригодится... в вашей Столице.– Нервирует меня ее холодность и... Ладно, впереди еще долгий путь.– Лесс, можно я выскажу предложение, над которым ты могла бы подумать, если у тебя будет свободное время?..

– Разумеется.– Плечи напряглись, спина – как до звона натянутая струна. Еще немного, и к оружию потянется.

Надеюсь, что меня сейчас не попытаются убить. Очень надеюсь.

– Когда... когда все закончится... я предлагаю тебе подумать... готова ли ты считать своими мою руку и сердце?

У нее задрожали плечи, а секунду спустя с ее губ сорвался резкий, неприятный смешок, который грозил перерасти в истерический хохот, что, собственно, и случилось. Сидхе буквально сползла по стенке, смеясь до слез, вот только смех этот был совсем невеселый. Скорее так смеются на пороге отчаяния, когда терять-то уже нечего, а впереди – преотвратнейшие перспективы.

Я встал рядом с ней на колени, обнимая ее, прижимая к себе и гладя по голове:

– Лесс... Все будет хорошо... Правда-правда.

Смех оборвался так резко, что я поневоле вздрогнул. Сидхе медленно подняла на меня глаза, в которых не было ни следа веселья.

– Надеюсь, это последняя шутка подобного рода.

– Пора бы уж привыкнуть. Я такими вещами не шучу. Никогда. Тем более что у меня-то как раз времени меньше, чем у тебя. Если, конечно, не надеяться на невозможное.

– Тогда я отвечу тебе то же самое, что и Даррьену когда-то.– Она вздохнула, и вдруг вся ярость куда-то ушла, оставив после себя лишь безмерную усталость в глазах. Так смотрят матерые, но бесконечно уставшие от погони звери. Взгляд старый и почти больной...– Я не могу стать единственной ни для кого.

– Поэтому я и предлагаю тебе... подумать об этом, когда все закончится. Что бы ни случилось, многое изменится.

Слабая улыбка. Хоть что-то.

– Если я доживу до этого светлого момента, то обещаю подумать.

– Сделать так, чтобы ты дожила, это уже мои проблемы.– Если уже улыбается, то надежда есть... – Все просто должно быть хорошо. Вот только... Не хочешь выйти на улицу... просто подышать воздухом? Дымом ты и так надышалась.

Она пожала плечами:

– Сейчас подойдет жена Троля, она посидит с Эрин, пока я все улажу.

Долго ждать не пришлось – невысокая темноволосая женщина уже поднималась вверх по лестнице, держа в руках поднос, накрытый полотенцем. Они с Лесс о чем-то тихонько пошептались у двери, после чего сидхе пропустила жену Троля в комнату, а сама подошла ко мне:

– Можно идти.

Мы вышли на улицу. Промозглый осенний ветер уже унес все запахи пожарища, принося с собой ароматы медленно засыпающей природы. Несмотря на то что солнце еще грело – ключевым тут было именно «еще». Мы с Лесс просто стояли, приобнявшись. И крайн с тем, что впереди у нас, мягко говоря, неприятное путешествие, во время которого за наши головы нельзя дать и ломаного гроша. Плюс свои проблемы, а количество, пусть даже и потенциальных, врагов зашкаливает за шестизначные числа...

А с запада надвигался хороший такой грозовой фронт... Вот только тучи в нем... странные. Точнее не так – какой-то подозрительной... подозрительно знакомой... формы. Да?! Или я ошибаюсь, или...

– Лесс, я был прав. Все будет хорошо! Мы – прорвемся!!!

Июнь 2006 – июнь 2007