Всадница ветра - Филис Кристина Каст

– Кэмми! Вернись в лодку! – завопил Дэвис.

– Гребите! Я разберусь! – рявкнул Ник.

Но у него не получилось. Кэмми продолжал трепать щупальце, наполовину в воде, наполовину стоя на голове огромной рыбины.

– Кэмми! Уйди! Я не могу выстрелить, пока ты там!

Храбрый терьер мигом отпустил щупальце и, спрыгнув с головы твари, поплыл к лодке, но грызло переключилось на него – и два здоровых щупальца обвились вокруг задних лап Кэмми, подтягивая его к пасти, жадно распахнутой у самой поверхности.

– Кэмми! – завопил Дэвис, бросил весло и навалился животом на борт, пытаясь схватить маленького терьера. Но он был слишком далеко. Он не успевал дотянуться до спутника.

Ригель со свирепым рычанием прыгнул в воду и поплыл к грызлу. По другую сторону лодки Лару вскочил на ноги, и их каноэ опасно зашаталось.

– Ник! – взвизгнула Мари.

– Лару, не лезь в воду – ты не поможешь! Ригель, вернись! Я не могу прицелиться!

Когда щупальца обернулись вокруг шеи Ригеля, Мари не думала – она действовала. Она вскочила, призвала к себе солнечный огонь и подняла руку, чтобы швырнуть огненный шар в рыбину, – но Ригель уже был у самой ее головы, рядом с Кэмми, которого затягивало в чудовищную пасть с крючковатыми зубами.

– Только тронь Ригеля и Кэмми! – закричала Мари, схватила стрелу с кремниевым наконечником из запаса Ника, упала на четвереньки и быстро переползла на крыло плота так, что грызло оказалось прямо под ней.

– Мари! Что ты…

Мари отпустила крыло, спрыгнула на гигантскую рыбину и обхватила ее ногами, как склизкое бревно. Рыбина забилась и начала уходить под воду, утягивая за собой Кэмми и Ригеля. Мари занесла стрелу, словно копье, и что было сил вонзила ее в черный глаз размером с блюдце.

Существо дернулось и забилось от боли, а вода окрасилась красным. Грызло скинуло Мари со спины, одновременно отпуская Кэмми и Ригеля.

– Плыви! Плыви! – отчаянно закричал Ник.

Мари, возблагодарив Богиню за то, что они тренировались плавать, быстро поплыла к лодке с Ригелем и Кэмми.

– Еще гримасники и грызла! – закричал Дэвис, указывая пальцем на новую опасность.

– В лодку! Скорее в лодку! – завизжала Клаудия.

Мари ухватилась за борт.

– Голубка! Откинься влево!

Голубка послушалась, и Мари, подтянувшись, забралась в лодку и помогла Ригелю, потом нагнулась и вытащила из воды мокрого окровавленного Кэмми.

– Ригель! Ты ранен? – закричала Мари овчарке, схватила весло и кинулась на свое место; лодка накренилась и зачерпнула носом воду.

Ригель успокаивающе лизнул ее в лицо.

Мари поцеловала его в нос.

– Вернись на плот, пока мы не перевернулись!

Ригель гавкнул и кинулся к плоту. Маленькая лодка выправилась.

«Щелк! Щелк! Щелк!» – запели стрелы Ника, вонзаясь в двух гримасников и еще одно лупоглазое грызло, которое снова тянуло к Марии щупальца.

Вода пошла красной пеной, притягивая внимание гримасников и грызел поблизости.

– Нужно убираться отсюда! – крикнула Мари.

Пока гримасники и грызла пожирали своих товарищей, Ник взял весло у Голубки, а Дэвис сменил взмокшую Розу.

– Греби! Греби! Греби! – закричала Мари, и две лодки полетели вперед, нагоняя остальную Стаю.

– Все нормально? – крикнула Зора, не оборачиваясь.

– Более-менее! Быстрее! Надо убираться!

В лодках впереди уже знали, что произошло, потому что Уилкс и Шена начали стрелять в гримасников, которые перекрикивались и визжали среди развалин. Гримасники посыпались в воду, отвлекая на себя еще больше чудовищ, и когда лодки пронеслись мимо храма, борта у них окрасились красным, а вода вскипела от крови и жадных щупалец: позабыв о Стае, грызла пожирали гримасников, а гримасники – грызла.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Антрес велел им собраться в круг. Пот струился по лицу Мари и стекал по плечам, а руки дрожали от усталости. Голубка сидела на дне каноэ с Кэмми на руках и прижимала к задним лапам, изрезанным острыми зубами грызла, тугие повязки. Последние шесть дюймов его хвоста держались на крошечном кусочке кожи. Едва Антрес объявил остановку, Мари подползла к Кэмми.

– У него ранены задние лапы и хвост! – сказал Дэвис. – Я иду к вам!

– Подожди, Дэвис. Сиди на месте, пока я не пойму, насколько все серьезно, – сказала Мари. Потом она обратилась к Клаудии: – Как там Мария?

Девушка ползла по плоту к своей овчарке.

– Идет второй щенок. Мария в порядке, но она беспокоится за Кэмми.

– Привет, малыш. Давай я тебя осмотрю. – Мари осторожно размотала импровизированные бинты на лапах и поморщилась, разглядывая порезы – впрочем, они лишь немного кровоточили. Хвост выглядел ужасно: голый хрящ и кровавое месиво. Она сразу поняла, что его придется ампутировать почти под корень, однако ни лапы, ни хвост не представляли угрозы для жизни. – Мне придется немного его полечить, но он скоро поправится! – крикнула она Дэвису, и тот плюхнулся на скамейку с таким видом, будто вот-вот потеряет сознание. – Ты молодец, что туго перевязала его, – сказала она Голубке, вынула из-под сиденья одну из своих корзин с лекарствами и, покопавшись в ней, достала мазь и чистые бинты.

– Я так за него испугалась. – Голубка нащупала голову Кэмми и осторожно его погладила.

Кэмми тяжело дышал от боли и взвизгнул, когда Мари начала наносить мазь, так что Дэвис снова вскочил.

– Кэмми!

– Все хорошо. Я просто нанесла ему мазь, притупляющую боль. Голубка почти остановила кровотечение. Я прочищу раны и наложу швы. – Мари подняла голову и отыскала взглядом лодку Зоры, которая покачивалась в нескольких футах от них. – Мне понадобится хирургический нож.

– Сейчас будет! – Зора встала и заспешила к корзинам с медицинскими припасами, спрятанным под сиденьями.

– И разожги маленькую жаровню, которую ты сделала. Мне нужно будет прижечь ему хвост.

Дэвис побледнел. Судя по голосу, ему приходилось еще хуже, чем Кэмми.

– Что? Хвост?

– Ничего страшного. Рана не серьезная – просто болезненная. И хвост у него станет покороче. Считай это боевым шрамом. – Мари погладила терьера по голове. – Да, смелый малыш?

Кэмми попытался повилять хвостом, но заскулил от боли.

– Ты молодец, Кэммчик! – В голосе Дэвиса звучали слезы. – Ты такой сильный и храбрый. Ты спас Марию и щенков!

– Ник, передай мне сухую тунику, – попросила Мари. Ник быстро кинул ей рубашку, и она вручила ее Голубке. – Голубка, могу я попросить тебя осторожно обсушить Кэмми и завернуть его, как в одеяло? У него может быть шок – это опасно, а из-за мокрой шерсти будет только хуже. Нужно, чтобы ему было тепло и сухо.