Ректор моего сердца - Лидия Миленина

Полусгнившие головы, запавшие глазницы, ошметки одежды на костлявых телах, длинные когти. Упокоить тварей можно, лишь отрубив им голову. Ну или еще одним способом…

А вот вода против них бессильна. Можно сколько угодно обливать их водой, горячей, холодной — она лишь придаст им силы.

Мертвые твари выползали, как тараканы, в мгновение ока их стало видимо-невидимо. И едкий, неприятный страх, какой живые чувствуют при виде этого продукта творчества некромантов, начал сочиться в душу.

Я выдохнула и инстинктивно сжала ладонь Тарии.

— Что ты готовила для них? — тихо спросила я.

— Воздушный клинок. Хотела рубить им головы, — ответила она. — Но их столько! Слишком много!

— Значит, поступим по-другому, — шепнула я. — Клинок — сколько можешь на тех, кто слева, я беру на себя большую часть справа… Кто останется — просто прорубаемся через них! — я обнажила меч.

Тария кивнула и достала свои сабли.

Плотной стеной твари наступали на нас. Когда осталось не больше четырех шагов, Тария первый раз метнула «воздушный клинок», и голова одной из тварей шмякнулась на пол. Из шеи торчали обрывки мертвых тканей, на мгновение желудок свело от омерзения.

Как некроманты с этим работают! Никогда не пойму!

Нет, так не пойдет. Одновременно со вторым ударом Тарии я выставила руку вперед, провела перед собой… Огонь — не привычная мне стихия. Даже менее привычная, чем земля. Но выброс силы, воздух обращается огнем, я направляю его в передний ряд тварей, они загораются вонючими факелами.

Стоящие сзади твари пытаются прорваться сквозь толпу к нам, некоторые загораются, другие выходят вперед и встречают мой огонь или «воздушный клинок» Тарии.

Когда их ряды немного поредели, я кричу Тарии:

— Вперед!

Плечо к плечу мы бросаемся через горящие вонючие тела. Некоторые еще не пострадали, на ходу я кидаю в них огонь, некоторые слишком близко, и мы, забыв об омерзении, просто рубим их клинками.

Но в какой-то момент… когда мы почти прошли, я понимаю, что становится слишком жарко. Сплошной пожар вокруг, и крутящиеся на месте недогоревшие мертвецы всюду… сзади, впереди, по бокам.

— Сделай что-нибудь, Илона… — кашляя от смрадного дыма, кричит Тария.

И я делаю… Твари уже не так страшны, как страшен огонь и дым, в котором мы начинаем задыхаться.

Быстро я обращаю воздух водой. Огромная волна подхватывает нас сзади и несет вперед по коридору, как можно дальше от обугленных мертвецов. На какое-то мгновение, мне кажется, что я теряю над ней контроль, вода начинает крутить нас…

— Останови это! — кричит Тария. — Быстрее! Дальше — клинки!

Усилием воли я едва успеваю остановить нашу волну. С шипением она оседает, сочиться сквозь камни…

Мокрые мы сидим с Тарией на полу, даже смеемся. Ощущение, что едва избежали смерти. А может быть, так и было.

И в этот момент я поднимаю руку…

Тут же что-то призрачно блеснуло перед глазами, и я отдернула ладонь в последний момент.

Прямо перед нами с обеих сторон выехала стена острых клинков. Нет, они не остановились… Как и тот каменный блок, как и живые мертвецы. Это испытание на выживание. Здесь все по-настоящему. Пролети мы с Тарией еще на полметра дальше, и уже болтались бы посреди коридора, проколотые, как бабочки.

— Сколько их! — ужаснулась Тария. В тот же момент клинки со свистом ушли обратно в стену.

Мы переглядываемся, пытаемся улыбаться друг другу, подбадривать. Но обе знаем, что… по плану там еще не меньше тридцати полос таких клинков.

— Опять воздух, — усмехнулась Тария. — Только очень мощная волна воздуха, защита, выставленная заранее, удержит эти клинки. Но даже у меня нет столько силы… Не знаю, как вдвоем…

— Стой, Тария! — почему-то мне кажется, что времени совсем не осталось. Я должна решить сейчас. И если решу — то попробовать. — Стой! — я кладу ладонь на ее руку, которой она упирается об пол. Смотрю ей в глаза. Глаза честные. Просто в них куда меньше уверенности в своих силах, чем было в начале испытания. — Ты можешь уйти сейчас…

— Нет, я же сказала, что буду с тобой… До конца! Или пока нужна тебе! — почти огрызается Тария.

— Тогда послушай, — я выдохнула. — Что ты знаешь о Хранителях? — внимательно смотрю в ее глаза. Если начнет юлить, врать, выкручиваться — я почувствую это. Тария так же пристально смотрит на меня.

— Я примерно знаю истинную историю мира, Илона, — твердо, раздельно говорит она.

— Тогда скажи, ты знаешь, что ты Хранитель?

— Я знаю, что Хранитель — ты, Илона, — она продолжает говорить раздельно. — Догадалась сегодня, хоть и не чувствую в тебе особой природы, кроме большой силы и «объединения стихий».

— У меня маскировочный амулет, — чуть улыбаюсь я. — А про себя что скажешь? У нас мало времени!

— Моя мать — дочь графа Кваонна, она говорила, что ее род идет от Хранителей. Рассказывала мне, как сказку в детстве. Я мечтала обрести эту сущность, но никогда не верила…

— Ясно, — сказала я. — Тогда послушай, Тария! Ты стала мне подругой! И соратником! И я… я волнуюсь за тебя! Один Хранитель хорошо, а два лучше! Я должна попробовать! Позволишь?!

— Что, прямо сейчас? — удивилась Тария. — Но как?

— Позволь, — тихо произнесла я и положила ладонь ей на область сердца. Туда, где тлел негасимый маленький уголек. Тария медленно кивнула.

Слова пришли сами. Может, они спали во мне, как и силы Хранителя. Слова, древние формулы, которые произносили мои предки.

— Я, Астер Гайнори, первый Хранитель нового мира, призываю тебя на свет, Хранитель Тария Крейган, — уголек под моими руками растет, раскрывается, как цветок после ночи. Греет — я физически ощущаю его.

Отвожу руку и вижу изумленные, но счастливые глаза Тарии. А от ее груди медленно растекается теплое светлое сияние, пропитывает все тело. Возможно, его сможем видеть лишь мы двое во всем мире, думается мне.

— О Господи… Спасибо! — неожиданно шепчет Тария. — Это оно, Илона? Это сила Хранителя?

— Да, — я улыбаюсь. — Это она. Ты теперь Хранитель, Тария. И если я погибну, ты встанешь на мое место. Послушай… Конечно, сила будет расти постепенно… Понадобится несколько дней, чтобы ты вошла в полную силу. Но уже сейчас… посмотри, у тебя есть все стихии… И сил намного больше!

Тария дунула на свою ладонь и с удивлением уставилась на зажегшийся в ней огонек. Собрала пригоршню воды и потушила его. Не с той легкостью, что появилась у меня, но вполне успешно.

— Спасибо, Илона, спасибо! — совершенно неожиданно она обняла меня. Я даже ощутила смущение. Ведь кроме силы и истинной сущности я подарила ей большую ответственность и много опасностей. Второго-то амулета у нас нет… — Ты подарила мне себя.