И придет волчица… - Ирина Шевченко

Он и раньше замечал, что некоторые на вежливые просьбы реагируют неадекватно, но незнакомец оказался еще страннее, чем ожидалось. Вместо того чтобы ответить, как было бы правильно, или броситься на него с кулаками, к чему Ромар привык, он сел, ощупал голову и так же учтиво переспросил:

– А кем бы вам хотелось, чтобы я был?

– Э-э… Эльфом.

– Я эльф, – заявил пленник, косясь Ромару за спину.

– Эльф?! – Сумрак схватил саатарца за волосы и потянул, заставляя встать на ноги. – Кому ты врешь, демон? Я насквозь тебя вижу!

Покрытая рубцами рука сдавила горло тэвка так, что тот покраснел, а в глазах заблестели слезы.

– Я поверил бы тебе, – прошептал в лицо своей жертве Лар. – В прошлой жизни. А сейчас твоя ложь бессмысленна.

Он швырнул длинноухого на скамью и брезгливо отер о штаны руку.

Тэвк откашлялся, распустил завязки плаща и с сипением выговорил:

– Я тоже вижу, кто ты, древний. И даже не думаю тебя обманывать. Да, я тэвк. Полудемон, как говорят. Но я эльф по крови.

Услышав это, Ромар схватил за плечо своего спутника и господина.

– Эльф по крови, Лар. Не это ли нам нужно? Тебе ведь ни к чему его демонская душонка? Только кровь.

Сумрак задумался.

– То есть, – произнес он с расстановкой, – ты думаешь, что можно поверить Гвейну, подсунувшего нам… этого?

Он говорил на родном языке, и притихший в сторонке тэвк не понял ни слова.

– Да, – на том же наречии ответил орк. – Я уже говорил, Хранителю нет смысла обманывать. Поблизости нет других эльфов, и нам указали на того, чья кровь подойдет. Если он согласится отдать ее.

Лар обернулся к золотоволосому и с сомнением покачал головой:

– После того как ты оглушил его, притащил сюда, а я порядком помял? Я даже не знаю, как просить его об этом и что предложить взамен.

– Я знаю.

Ромар присел рядом с полудемоном.

– Послушайте, сидэ. Наше знакомство началось не с того, и я хотел бы извиниться. И попросить о небольшой услуге. Нам нужна ваша кровь. Немного, не больше стакана. Вы должны отдать ее добровольно. А взамен получите жизнь. Вам ведь дорога ваша жизнь?

Тэвк провел рукой по волосам, нащупал шишку и поморщился:

– Мне дорога моя жизнь. И мне не жаль отдать за нее немного крови. Но я не думаю, что это будет считаться добровольной жертвой. Скорее – обменом.

– Демон прав, Ром, – вздохнул Лар. – Ничего не…

Не договорив, он вдруг закашлялся и согнулся, обхватив руками голову.

– Отпусти его. Бесполезно. Отпусти… или уведи отсюда…

Наступила ночь. А ночью к нему всегда приходила боль.

– Идем. – Орк рывком поднял пленника и перехватил его руку, выворачивая за спину.

На крюке у двери висел моток веревки. Связав тэвка, Ромар впихнул его в кладовку:

– Закончим разговор утром.

Идущий не знал как, но этого эльфа по крови необходимо было склонить на свою сторону. Иначе случиться может все, что угодно. Даже Хранитель не сказал, что именно.

В этот раз приступ был сильнее и продолжался дольше, чем в предыдущие ночи. Лар то рычал от боли, катаясь по полу, то обращался туманом, и казалось, вот-вот растает без следа. Когда он вновь возвращался, со свистом вдыхая воздух, под кожей, уже полностью покрытой сочащимися язвами, страшно вздувались вены. Его рвало кровью, а суставы сводило судорогой. Было страшно даже смотреть на него, на скрюченные пальцы, царапающие доски, на длинные спутавшиеся волосы, липнущие к лицу, обезображенному шрамами и гримасой невыносимой муки.

– Выезжаем завтра, – сказал он, когда боль отпустила, и Ромар не смел перечить.

Да и не с кем было спорить – Сумрак уснул, обессилев.

Орк принес воды, разорвал старую рубаху и обмыл от крови и пота тело своего господина. Тот даже не шелохнулся. Вспомнилось, что в Сумрачном краю старухи рода точно так обмывают перед сожжением тела умерших, но идущий отогнал неуместные мысли. Перенес Лара на постель и сел в старое плетеное кресло рядом. Обычно не случалось больше одного приступа, но он не хотел рисковать.

Вслушиваясь в дыхание спящего, Убийца задремал. Этот день измотал его… Но проснуться пришлось уже скоро, и пробуждение не было приятным: виски пронзила боль, а тело отказывалось повиноваться.

– Не нравится?

Перед ним стоял тэвк. В глазах, казавшихся теперь не синими, а черными, плясали отблески горевшего в камине огня.

– Как ты освободился?

– Я же демон, пусть и наполовину.

– Но почему ты не сделал этого раньше?

– Не знал, чего мне ждать от него. – Тэвк указал взглядом на Сумрака. – Но теперь вижу, что он не опасен. Древний дух и немощное тело. Плохое сочетание. Мало сил. Моих сил тоже немного, но их хватит, чтобы убить вас и уйти отсюда.

Он помахал перед лицом Убийцы взятым с кухни ножом, демонстрируя, что сверхъестественных способностей для осуществления изложенного плана ему не понадобится. Но действовать немедленно, судя по всему, не собирался. Прошел по тускло освещенной комнате, заглянул в шкаф, зачем-то поправил занавески на окнах и остановился у стола, на котором лежали в беспорядке листы бумаги, – видно, Лар опять рисовал. Полудемон взял один из рисунков, вгляделся, улыбнулся и отложил в сторону. Поднял второй, и орк отметил, как изменилось его лицо. Тэвк стал хватать листок за листком, какие-то отбрасывал, какие-то складывал подле себя, а закончив, обернулся к скованному чарами орку:

– Кто это рисовал?

– Он. – Ромар не видел причин скрывать такой пустяк.

– Древний? Он хорошо рисует. Но неправильно. Наверное, когда-то это и было так, но теперь у нее короткие волосы и…

– …она почти не улыбается, – закончил Убийца. – Мир тесен, не правда ли, демон?

Тэвк смерил его долгим задумчивым взглядом. Было ли это игрой света и тени или игрой воображения, но глаза его вновь стали синими.

– Мне нужна моя трубка. И кисет. Надеюсь, ты не бросил их на дороге?

– Они в твоей сумке. Там.

Саатарец отыскал курительные принадлежности, присел на скамейку напротив окна, и в комнате запахло сладковатым дымом.

– У тебя странный табак, – сказал орк, чтобы не молчать.

– Это не табак. Это трава, которую выращивают мои братья в Лар’эллане. Она помогает собраться с мыслями. Зачем вам кровь эльфа?

– Для него. Ему нужна кровь, чтобы вернуть себе тело.

– Наверное, это интересная история, – протянул полудемон. – Ответь, я сильно ошибусь, если скажу, что прежнее тело он потерял этой весной?

– Нет. Совсем не ошибешься.