Королевство шипов и роз - Сара Маас

Я все же рискнула мельком взглянуть на моего верховного правителя и обнаружила, что он пристально смотрит на меня. Мне отчаянно захотелось его обнять… пусть лишь на мгновение… ощутить его запах, услышать, как он произносит мое имя…

К глазам подступали слезы, но я сумела их удержать. Амаранта и ее свита хотят видеть меня сломленной. Я не доставлю им такого удовольствия.

Неожиданно Амаранта что-то тихо прошипела и хмуро поглядела на Тамлина. Оказывается, все это время мы с ним пристально смотрели друг на друга.

– Начинаем! – объявила Амаранта.

Пол подо мной вздрогнул. Я не успела даже приготовиться, а он начал опускаться, погружая меня в большую прямоугольную яму. Послышались смешки фэйри. Я снова поймала взгляд Тамлина и не отпускала до тех пор, пока его лицо не исчезло из виду.

Я оказалась среди четырех стен. Две были вырублены в камне и отполированы до зеркального блеска. Всякая возможность подняться по ним исключалась. Третья стена была даже не стеной, а железной решеткой, которая разделяла помещение надвое. В другой его части… У меня перехватило дыхание.

– Ласэн, – прошептала я.

Его приковали к полу посреди той половины. Живой глаз Ласэна был широко раскрыт и не двигался. Металлический, наоборот, бешено вращался. Бледность кожи делала еще заметнее его жуткий шрам на лице. И вновь Ласэн служил живой игрушкой для зловещих потех Амаранты.

Дверцы в решетке не было. Чтобы пробраться к Ласэну, нужно лезть через решетку. Толстые прутья вполне позволяли подняться по ним. Но я не решалась.

Сверху донесся гул голосов и звон золотых монет. Фэйри опять делали ставки. Поставит ли сегодня Ризанд на мою победу? В толпе мелькнули четыре рыжеволосых головы. Я сжалась. Братья Ласэна явились поглазеть на его мучения, рассчитывая, что вместе со мной погибнет и он. Но где же его мать? Где отец? Верховный правитель Двора осени наверняка должен присутствовать на моем испытании. Я вгляделась в толпу, но не увидела родителей Ласэна. Зато Амаранта и Тамлин стояли у самого края ямы. Наклонив голову, Амаранта указала на стену, которая находилась с ее стороны.

– Это задание, дорогая Фейра, вряд ли покажется тебе сложным. Тебе нужно ответить на вопрос, правильно выбрав рычаг, и победа твоя. Неправильный выбор обречет тебя на гибель. Поскольку рычагов всего три, думаю, я дала тебе огромное преимущество.

Амаранта щелкнула пальцами. В ответ послышался скрежет металла.

– Конечно, если ты сумеешь вовремя разгадать загадку, – добавила она.

С потолка медленно спускались две громадные решетки, унизанные металлическими прутами. Я поначалу не обратила на них особого внимания, приняв за старинные люстры.

Я повернулась к Ласэну. Теперь понятно, почему это помещение разделили надвое. Погибая сам, каждый из нас увидит, как гибнет другой. Такие махины мигом расплющат наши тела. Возможно, когда-то эти странные предметы действительно служили люстрами и в них вставлялись свечи или факелы, но Амаранта превратила их в орудия пыток. Без всяких факелов, силой своей магии она докрасна раскалила все пруты. Даже издали я чувствовала жар, исходящий от них.

У меня пересохло во рту. Ласэн дернулся, звякнув цепями, но они держали прочно. Смерть, ожидавшая нас, не будет быстрой и безболезненной. Но ужас перед жаровнями отодвинулся, когда я повернулась к стене, указанной Амарантой.

На ровной поверхности была вырезана пространная надпись. Ниже из пазов высовывались рукоятки трех каменных рычагов, помеченных номерами I, II и III.

Меня затрясло. Я вглядывалась в надпись, понимая лишь отдельные малозначимые слова. Прочитать другие я не могла. Они сливались в сплошную цепь незнакомых букв. Быть может, в тиши библиотеки Тамлина я бы и вспомнила их значение и даже сложила бы в слова, но здесь все решали считаные минуты.

Я дышала рывками. Жаровни ползли вниз. Теперь они висели на уровне головы Амаранты. Еще немного – и я уже не смогу выбраться из ямы. Меня придавливало жарким куполом. Я не успевала отирать пот со лба. У меня взмокла спина. Кто рассказал Амаранте, что я почти не умею читать?

– Тебе что-то неясно? – спросила Амаранта.

Я повернулась к надписи, стараясь, чтобы Амаранта не слышала моего сбивчивого дыхания. Она ведь ни единым словом не обмолвилась о чтении. Наверное, знай она, насколько я безграмотна, насмешек было бы куда больше. Такого жестокого поворота судьбы я не ожидала.

Снова звякнули и натянулись цепи. Увидев надпись на стене, Ласэн выругался. Я повернулась к нему, но поняла: он лежал слишком далеко от стены и даже своим зорким металлическим глазом не мог прочитать написанное. Если бы ему это удалось и я бы услышала вопрос, у меня появился бы шанс… хотя я никогда не отличалась умением разгадывать загадки.

Вторая жаровня замерла. Вероятно, она служила для устрашения Ласэна. Та, что висела надо мной, продолжала опускаться. Раскаленные пруты прожгут мне тело и раздавят, как виноградину.

Жаровня миновала края ямы и теперь опускалась внутри нее, занимая собою почти все пространство. Если я не успею ответить, пока она еще над рычагами…

Я задышала ртом, но у меня сдавило горло. Я лихорадочно вчитывалась в надпись… и ничего не понимала. Воздух сделался густым. Запах раскаленного металла был гораздо тяжелее и тошнотворнее металлического запаха магии. Решетка приближалась – медленно и неумолимо.

– Отвечай же! – не своим, высоким голосом крикнул Ласэн.

У меня щипало глаза, мир превратился в скопище букв. Их палочки и завитки насмехались надо мной.

Край решетки царапал полированную стену. Шепот зрителей становился все неистовее. Кто-то ехидно хихикал, кажется – самый старший брат Ласэна.

Прутья были толстыми, без заостренных концов. Мои мучения окончатся не сразу. Им еще нужно будет продавить мне тело. Пот лился с меня ручьями. Я смотрела на номера рычагов. Два несли смерть. Один – спасение.

Номера я видела и в надписи на стене. Загадка. Задачка на сообразительность. Лабиринт слов пострашнее, чем лабиринт любого червя.

– Фейра! – закричал Ласэн.

Он тоже дышал ртом, глядя на раскаленное орудие пытки и смерти. Сквозь просветы в прутьях на меня скалились лица зрителей.

«Три… ку… куз… кузнечика…»

Решетка не останавливалась. От нее до моей головы было меньше, чем от головы до пола.

«…они… пра… пру… пры… прыгали…»

Мне хотелось зажмуриться, закричать, умоляя о пощаде. Я почувствовала, что должна попрощаться с Тамлином. Немедленно. Моя жизнь подходила к концу. Мне оставались считаные минуты. Последние глотки воздуха. Последние удары сердца.

– Выбери хоть что-то! – закричал Ласэн.

В толпе засмеялись. Громче всех наверняка хохотали его братья.

Я протянула руку к рычагам. Мои татуированные пальцы дрожали. Я смотрела на три цифры.