Свет вечный - Анджей Сапковский

Ночь застала их поблизости Хойнова, который послепрошлогоднего рейда всё еще оставался руиной и пепелищем. Приглядевшись утром кпожарищам города, Рейневан засомневался, сможет ли он когда-нибудь подняться изруин.

Они попрежнему держались полевых дорог, тропинок и ухабистыхлесных просек, направляясь на запад. Поглядывая сверху вниз, они миновалирасположенную в долине деревушку над поворотом извилистой речки. И тут Рейневанпочувствовал магию.

Он чувствовал ее, чуял нюхом в лесном запахе мха и живицы,слышал в нервном покрикивании соек и сорок, в шуме листвы и скрипе стволов. Внезапнонарастающая волна беспокойства заставила его остановить Риксу, сильно схвативза трензель ее коня. Прежде, чем она успела о чем-либо спросить, началось.

– Adsumus! Adsuuumus!

Из-за поросшего ежевикой хребта слева выскочили и бросилисьна них по склону десять Черных Всадников.

Они развернули коней и головокружительным галопом помчалисьвниз, к реке. Когда они ее форсировали в брызгах грязи, с правого фланга ихокружили еще пять Всадников. Рейневан уже успел, хоть и на ходу, накрутитьбарабан своего охотничьего самострела, подбросил ложе к щеке и нажал на спуск.Помня старую науку и собственный опыт, он целился не в человека, а в коня.Получивший болтом вороной жеребец встал на дыбы и понес, сбросив на землю нетолько собственного Всадника, но и двух соседних, остальные пришли взамешательство, которое позволило Рейневану с Риксой прорваться. И сейчас онигнали, вонзая коням шпоры в бок, котловиной вниз, на равнину, туда, где белелаполоска Высокой дороги. из-под копыт летел вырванный дерн. А погоня наступалаим на пятки.

– Adsumus! Adsumus!

С яра справа, совсем близко, выскочили еще пять Всадников,на пяти конях. Они были так близко, что в одном из них Рейневан узнал девушку.«Я ее знаю, уже видел», – подумал он. И согнулся в седле, как раз вовремя,потому что брошенное копье скользнуло ему по плечу.

– Adsuuuumuuus!

С топотом копыт они выскочили на Via Regia, разогнались всумасшедшей скачке. Всадники мчались следом за ними. Рейневан с изумлениемзаметил, как один из них выдвигается во главу погони, как он мчит сразвевающимся наподобие демонических крыльев плаще. Он знал, кто это. Знал,прежде, чем узнал его лицо. Он наклонил голову на гриву и пустил коня в дикийбег. За Риксой, гнедая кобыла которой мчалась, как олень. Несмотря на бешеныеусилия, Черные Всадники начали оставаться позади. Сначала незначительно, потомвсё заметнее. Но погоню не прекращали. Рейневан знал, что они не прекратят.Рикса тоже это знала.

– Палата! – Она перекрикивала ветер. –Таможенная!

Он понял. Контрольный пункт в Томашове, который они хотелиобойти, сейчас мог прийти им на помощь. Скопление людей могло быть ихспасением.

Но от палаты их всё еще отделяло значительное расстояние. Акони, хоть и быстрые, хоть попрежнему не позволяющие Черным Всадникам сократитьдистанцию, всё-таки, не были железными.

Рейневан почувствовал магию. Услышал ее.

Стенолаз, не прекращая галопа, поднял руку, выкрикнулзаклятие. Кони Рейневана и Риксы в ответ дико заржали.

Дорога перед ними, бегущая среди шеренги деревьев Via Regia,до этого времени плоская, как стол, вдруг словно встала на дыбы. Там, где ещемгновение тому было ровно и гладко, теперь выросла крутизна. Бесконечный крутойподъем.

– Это иллюзия! – крикнул Рейневан. – Эточары! Этого нет!

– Скажи это коням!

Говорить не было смысла. Кони сбавили ход на подъеме. Ониначали храпеть, хрипеть, ронять комья пены. Снизу доносился триумфальный крик.

– В поле! С дороги и в поле!

Они свернули. Но и поле уже не было полем. Была гора, на видеще круче, чем дорога.

«Пришло время, – решил Рейневан, – для отчаянныхсредств».

Он вытащил из куртки шнурок и подвешенный на нем камень спрожилками в форме человеческого глаза. Якобы кастильский, якобы привезенный изБургоса, приобретенный в легницком Переулке Магов. Купленный за три гроша. И,вероятно, столько же и стоявший.

– Viendo, no vean![227] – закричал он,сжимая талисман в спотевшей ладони, так сильно, будто хотел егораздавить. – Viendo, no vean! В сторону, Рикса, в сторону! К лесу! Езжай клесу!

– Они видят нас! Окружают!

– Поворачивай к лесу!

Произошло невозможное. Невероятное и неправдоподобное.

Талисман отреагировал на активирующее заклятие. Иподействовал.

Они мчались к лесу, а их догоняли крики, крики изумления инедоверия. А потом – крики злости. Они не оглядывались. С лицами, прижатыми кгривам, они мчались, сколько было силы в конях. Их бег замедлил и притормозилтолько лес, чаща, ветровал, глубокие буреломы. И тишина.

– Они нас не видели… – втянула воздухРикса. – Действительно нас не видели… Мы стали для них невидимыми…

– Смотрели и не видели, – подтвердил он, глубокимивдохами успокаивая бешенные удары сердца. – Этот амулет… Я даже ненадеялся… А если он действует действительно хорошо, то обманет их еще больше,им покажется, что они нас слышат… там, где нас нет. А это может быть, потомучто это, в самом деле, хороший был периапт…

– Был?

Он молча показал ей шнурок. Без камня, который послеактивации рассыпался в порошок.

– Одноразовый, – вздохнула Рикса. – Как долгобудут действовать чары?

– Там Грелленорт, – вспомнил он ивздрогнул. – Не будем слишком обманываться надеждой. Пока естьвозможность, бежим. Затеряемся в лесах.

– Чтобы сбить их со следа, – Рикса подпихнула взлохмаченныеволосы под капюшон, – давай сменим направление. Они будут высматривать насна дорогах, ведущих в Болеславец. Подумают, что мы сделаем круг и вернемся натракт. Давай поедем прямо на юг, как можно дальше…

– Не медля.

Она повернулась в седле.

– Ты видел ту девушку? Ту светловолосую?

– Видел.

– Это была Дуца фон Пак, любовница Грелленорта. Сущаядьяволица.

Он вспомнил. Внутренний двор замка Троски. Копье,прошивающее подмастерье столяра. Глаза цвета пучины горного озера. Прекрасные иабсолютно нечеловеческие. Дуца фон Пак.

– Поехали.